Горькая сладость. Часть 1 (СИ)

Все что я знала про отца, его зовут — Дмитрий Игоревич, потому что в свидетельство о рождении, у меня было вписано отчество… Дмитриевна…Марина Дмитриевна… Марина Дмитриевна Гаврилова. Это я.
Дмитрию Игоревичу -46 лет, у него свой бизнес в N-ском городе, связанный с энергетикой. На этом мои познания заканчивались.
На следующий день, это была суббота, мы с мамой собирались на встречу с отцом. Решили, что прям специально для него не будем «нафуфыриваться». Все должно быть, естественно…просто встреча старых, давно не видевшихся приятелей…
Кафе, находилось недалеко от нас, в торговой центе. Мы с мамой, не сговариваясь, оделись почти одинаково, пуховики (только цвет разный, у нее бирюзовый, а меня-терракотовый), джинсы, угги…прыгнули в машину и поехали на встречу неизвестности.
Мама очень пунктуальный человек, не любит ни ждать, не догонять. Это я — капуша…всегда опаздываю, даже если бегу…у меня все часы ходят «вперед» на 10–15 минут. Это я у психологов вычитала, что если часы «идут вперед», то человек подсознательно, будет убыстряться, и таким образом не будет опаздывать, потому что у него есть мнимые 10–15 минут в запасе. Может это у кого-то и работает, но не в случае со мной. Себя-то не обманешь. Я ведь знаю про эти заветные минуты!!!И опаздываю.
К назначенному времени, припарковались в подземном паркинге, и пошли в кафе…
Честно сказать, мне было страшно…сердце трепыхалось…Мама тоже нервничала, но шла стремительной походкой, на ходу бросив:
— В конце — концов, мы ничего не теряем. Если уж, не получится, значит будем взращивать в тебе мечту о поступлении в архитектурный в другом городе, и будем думать, что именно он — ВУЗ твоей мечты!
Мы вошли в кафе, и стали осматриваться. Никого похожего на мужчину из профиля в соц. сетях обнаружено не было.
Не пришел что ли? Струсил? Вот это «да».
Мы сели за столик. Сняли куртки и повесили их на спинки стульев. На обеих оказались одеты черные водолазки, вот так мы друг друга чувствуем, не сговариваясь.
— Честно сказать, я вся на нервах. Марин, раз пришли давай хоть поедим.
— Мам, да прекрати…Переживем. Так даже лучше
Мы сделали заказ, фирменное блюдо и кофе.
Блин, обидно, честное слово…вот теперь обидно. ну за что он так с нами?
Сидим молча в ожидании заказа, мне очень хочется ободрить маму, а ей видимо, меня.
А что тут скажешь? Что? Подлец и трус?
И вдруг слышим откуда-то сзади мужское …
— Ольга? (так маму зовут)
— ???
— Не узнала?
Мы одновременно с мамой поворачиваем голову, в сторону говорящего, мама произносит тихо…
— Ну вот, Марина, и твой отец
К нам подходит хорошо одетый мужчина в дорогом тонком черном пуховике и джинсах. Несколько растерян. Останавливается около нашего столика.
— Ну привет, Дима. Присаживайся.
Он садится рядом с мамой.
Наступает неловкий момент, когда никто не знает, что делать и все выжидательно молчат.
Слава Богу, приходит официант с заказом. Расставляет заказ, и я опускаю глаза в тарелку, а «Дима» заказывает латте.
Как начать разговор? Кто решится? Из родителей? А может мне обнаглеть?
Но слова застревают в горле. Очень хочется его рассмотреть. Но боюсь поднять глаза.
Мама поворачивает голову в сторону отца, внимательно на него смотрит…и говорит…
— А ты изменился…Раньше, ты мне казался, таким высоким…а теперь вроде и нет…Хорошо выглядишь.
— Ой, Оля…вниз расту. Возраст. Ты отлично выглядишь, просто отлично. Совсем не изменилась.
— Не ври. Никто из нас не молодеет. Знаешь, я боялась увидеть тебя. Боялась разочароваться, что ты стал другим, ни таким, как в моей памяти 18 лет назад, что можешь быть толстым и лысым.
— Да…А смотри-ка, я еще очень даже ничего, — растягивается в улыбке
Я поднимаю глаза и смотрю на мужчину. Рыжий. Блин, он рыжий…Не огненно-медный, но рыжий. С аккуратной рыжей бородкой. Глаза серо-зеленые., и веснушки… Смотрит на меня. Я на него.
Так. Вот значит в кого я рыжая. В мамином роду-нет никого с таким цветом.
В детстве, я ненавидела цвет своих волос. Рыжая. Комплексовала. А после 15 лет, поняла, это — мой козырь-рыжие кудрявые волосы. К 16 годам, я только подкрашивала их до цвета янтарного коньяка, что придавало им ухоженный вид.
 
О-о-о, «папа» одет неплохо…кашемировый серый свитер Lacosta, синие джинсы — явно не Турция, кроссы-Baldinini
— Ну что, не будем глядеть в гляделки, — произносит медленно мама. Марина, это — Дмитрий, твой отец. Дмитрий, это-Марина, твоя дочь. Понимаю, момент неловкий, и всем нам нужно его пережить. В конце концом именно для этого мы и собрались.
— Здравствуйте… — говорю я.
— Привет…Марина. Оля рассказала, что ты хочешь поступать в архитектурный у нас в городе?
— Ну, я — то хочу, но шансов мало…Я математику не тяну…Тройка. И другими предметами не добрать. Она профилирующая.
— Тройка? Ну это не двойка… — улыбается. Все можно исправить. Время есть. Я хочу тебе помочь…Как ты посмотришь, на то, чтоб переехать ко мне…переведем тебя в лицей, который специализируется, на поступлении в хорошие ВУЗы, попробуем найти, чтоб именно в выбранный… Оля, ты как на это смотришь?
— Неожиданно. Очень неожиданно. Я ошарашена, если честно.
А я? Кусок в горле аж застрял…я закашлялась.
— Слушайте. Я понимаю, что неожиданно… Я пока ехал сюда, к вам…много чего передумал. Я помогу, Марине, и на коммерческий поступить, если нужно, оплачу, не вопрос. но проходной балл никто не отменял. Да и в этом ВУЗе учиться сложно, именно учиться, иначе, это просто трата времени и денег. Там профильные предметы сложные. Теоретическая механика, сопромат, начертательная геометрия…
— Даже не знаю, что сказать, — говорит мама. Предложение твое очень заманчивое, очень…Как жена твоя на это отреагирует?
— Да никак. Она уравновешенная женщина. Мы сына вырастили, он от нас отдельно живет. Дом — большой. Мы, каждый день на работе.
— Так у тебя — сын? Обалдеть…Не поняла, про отдельно живет…он, что старше Марины? Помнится, когда мы «встречались», ты был женат, но детей-то не было. Или врал?
— Так это вторая жена…Лариса. С Леной-не было детей…Мы прожили 10 лет, и тихо развелись. А с Ларисой я уже тоже 10 лет.
— Не поняла тогда, как сын-то может от второй жены быть старше Марины? — удивляется мама. Потом глаза у нее делаются большими, и она спрашивает-Ты что ли сначала с Ларисой, потом со мной, и все во время первой жены? С ума сойти…
Я уставилась на отца…вот это «да»
Дима, поднимает бровь, и губы его расползаются в довольной улыбке. А потом он начинает смеяться…
— Ой, Оля…нет…не так…не настолько я пропащий — то. Саша-сын Ларисы, ну и мой тоже, конечно. Я, когда на ней женился, усыновил его. Ему сейчас 21. Он тоже в институте учится на 4 —уже, в энергетическом, на программиста с каким-то с «космическим» уклоном.
Мы с мамой сидим с открытыми ртами.
— А что сразу не сказал про сына?
— А зачем? Речь о дочери шла.
— Неожиданно… — произносит мама уже какой раз за вечер. — Мы не хотим тебе доставить неудобств, или претендовать на членство в твоей семье. Поверь, для меня, очень непросто обратиться к тебе…Это для Марины…
— Я все прекрасно понимаю, — перебивает ее Дмитрий. Зная тебя, это-сродни падению метеорита, что ты нашла меня. Нет никаких неудобств. Я очень рад, что смогу принять участие в жизни дочери. Очень. Рад. Лариса, сама предложила вариант «с пожить с нами». Оля…я-не зверь. Отец-хреновый. Но я хочу лучшего для своей дочери.
— Для моей дочери, ты хотел сказать…для моей… — в голосе мамы начинают появляться стальные ноты.
— Для нашей, Оля…Для нашей.
 
Я сижу с открытым ртом, слушая их диалог. Нервничают все. Открываю рот, чтобы сказать отцу, что с отцовством он опоздал…лет этак на 17…
— Дима, нам нужно подумать…очень внимательно подумать и обсудить с Мариной. Я тоже хочу для дочери лучшего. Мозгами я понимаю, что ты можешь дать ей сейчас больше и качественнее. Но мне нужно это переварить.