Библия для верующих и неверующих
«И было, после сих происшествий бог искушал Авраама и сказал ему: Авраам! Он сказал: вот я. Бог сказал: Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака (хотя, как мы знаем, Исаак вовсе не был единственным сыном, так как был другой, от Агари, Измаил, о котором библия рассказывает только что перед этим. — Ем. Я.), и пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой я скажу тебе» (Бытие, XXII, 1–2).
Что бы сделал современный человек, даже верующий, если бы ему приснился такой сон? Неужели он исполнил бы повеление этого бога? Конечно, нет! Но в далекие времена подобные «всесожжения» богу (человеческие жертвоприношения) были настолько обыкновенны, так часто сжигали на алтарях богов людей, что Авраам, если судить по рассказу библии, нисколько не удивился этому приказанию своего бога. Библия рассказывает:
«Авраам встал рано утром, оседлал осла своего, взял с собою двух из отроков своих и Исаака, сына своего; наколол дров для всесожжения и, встав, пошел на место, о котором сказал ему бог (когда он ему об этом говорил, библия этого не рассказывает. — Ем. Я.). На третий день Авраам возвел очи свои и увидел то место издалека. И сказал Авраам отрокам своим: «Останьтесь вы здесь с ослом, а я и сын пойдем туда и поклонимся и возвратимся к вам». И взял Авраам дров для всесожжения и возложил на Исаака, сына своего; взял в руки огонь и нож и пошли оба вместе» (XXII, 3–6).
Вы только представьте себе эту картину: перед вами форменный еще дикарь. Он не умеет быстро разводить огонь, он несет его с собой готовым в виде горячих углей в черепке. Он наваливает на юношу, которого собирается зарезать, дрова, на которых хочет его сжечь, держит в руке нож, которым собирается зарезать сына, — таков праведник библейский! Конечно, сын тревожится.
«И начал Исаак говорить Аврааму, отцу своему, и сказал: отец мой! Он отвечал: вот я, сын мой (так как никого около них в то время не было, то трудно проверить, такой ли действительно был разговор. — Ем. Я.). Он сказал: Вот огонь и дрова, где же агнец для всесожжения? Авраам сказал: бог усмотрит себе агнца для всесожжения, сын мой. И шли далее оба вместе и пришли на место, о котором сказал ему бог; и устроил там Авраам жертвенник, разложил дрова и, связав сына своего, Исаака, положил его на жертвенник поверх дров. И простер Авраам руку свою и взял нож, чтобы заколоть сына своего» (XXII, 7–10).
Собственно говоря, библейский писатель мог бы на этом поставить точку, потому что ясно, что происходило в этих условиях при человеческих жертвоприношениях. История Финикии [35], Греции, Мексики и целого ряда других стран сохранила нам описание самых ужасных человеческих жертвоприношений, где иногда гибли сотни и тысячи людей, зарезанных и сожженных «для бога», и тысячи таких попов-жрецов, наподобие сказочного библейского Авраама, резали и сжигали детей и взрослых на жертвенниках.
Но если бы на этом месте кончался рассказ, то библией нельзя было бы одурачить людей. Поэтому к каждому такому рассказу прибавляли обязательно еще что-нибудь «чудесное» для нравоучения. Чудесное в библейском рассказе заключается в том, что:
«Ангел господень воззвал к нему с неба и сказал: Авраам! Авраам! Он сказал: Вот я. Ангел сказал: Не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего; ибо теперь я знаю, что боишься ты бога и не пожалел сына твоего единственного для меня. И возвел Авраам очи свои и увидел: и вот назади овен (баран. — Ем. Я.), запутавшийся в чаще рогами своими. Авраам пошел, взял овна и принес его во всесожжение вместо сына своего» (XXII, 11–13).
Мы знаем, что человеческие жертвоприношения сменились жертвоприношениями животных. Может быть, здесь в этой сказке и нашел себе отражение этот переход от человеческого к животному жертвоприношению, эта замена человеческой жертвы животной жертвой, да только рассказано это почудесней.
Но вот что напрашивается само собою для верующего и неверующего: зачем это богу, который ведь является вездесущим, всезнающим богом, зачем это ему надо было «испытывать» Авраама? Разве он не знает заранее, что сделает Авраам? И тут прежде всего для каждого должно быть ясно — и для верующего и для неверующего, — что понятие это о боге — человеческое, что богу всегда придаются те же свойства, что человеку. Бог не знает, что будет делать Авраам, он испытывает его, а затем только говорит: «Ну, теперь я знаю, что ты слушаешься меня». И тут же следует премия за послушание, награда. Бог говорит и даже клянется, божится (значит, полагает еще, что Авраам-то ему может не поверить без клятвы):
«Мною клянусь, — говорит господь, — что так как ты сделал сие дело и не пожалел сына твоего, единственного твоего, то я благословляя благословлю тебя и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря, и овладеет семя твое городами врагов твоих» (XXII, 16).
Другими словами, бог посулил Аврааму, что он будет всемирным завоевателем. Конечно, этот бог не мог сдержать своей клятвы просто потому, что его не существовало и не существует. Но здесь любопытно именно то, что религия основана на коммерческом расчете: ты мне дай вот своего сына, а я тебе за это пообещаю города.
Верующие могут сказать: а все-таки Авраам не зарезал своего сына, и нет указаний в библии, чтобы благочестивые люди убивали для бога своих детей или взрослых. Но это, конечно, неверно. В библии рассказывается, как полководец Иеффай [36] в трудную минуту дал обет богу, что принесет ему в жертву первое, что встретит по возвращении домой. Так как бог все делает исходя из коммерческого расчета, то он за это обещание даровал победу Иеффаю.
И вот, когда Иеффай возвращается домой, то навстречу ему вышла приветствовать его дочь; и в библии рассказывается о том, как Иеффай принес в жертву богу единственную дочь и как ее оплакивали.
Да и не только библейский Иеффай приносил человеческие жертвы. В главе XXI второй книги Царств рассказывается о семи сыновьях из дома Саулова, которых Давид выдал гаваонитянам;
«И они повесили их (на солнце) на горе перед господом… И умилостивился господь над страной после того» (XXI, 9, 14).
Значит, богу потребовалось ни больше ни меньше как 7 сынов из дома Саулова для того, чтобы он «умилостивился». Как они их повесили «перед господом», мы точно сказать не можем, но, по-видимому, их просто-напросто повесили перед изображением этого господа или перед его алтарем, перед жертвенником, принесли богу в жертву.
В книге Числ (XXV, 4) сказано:
«И сказал господь Моисею: возьми всех начальников народа и повесь их господу перед солнцем и отвратится от Израиля ярость гнева господня».
Значит, на этот раз богу потребовалась большая жертва, чтобы отвратился гнев его, и пришлось повесить господу перед солнцем всех начальников народа.
В книге Иисуса Навина рассказывается, как Иисус Навин посвятил всех жителей завоеванного города Гая господу, а «царя гайского повесил на дереве до вечера» (должно быть, этому царю было все равно, повесили ли его до вечера или до утра, но дело здесь, по-видимому, в том, что повесили его до захода солнца). В главе X книги Иисуса Навина рассказывается:
«Потом поразил их (пять царей. — Ем. Я.) Иисус и повесил их на пяти деревах, и висели они на деревах до вечера» (X, 26).
Здесь, конечно, бросается в глаза то, что жертвы приносятся господу перед солнцем, и это относится к тому времени, когда почитание солнца было связано с культом еврейского бога Ягве [37]. Факт многочисленных человеческих жертвоприношений в древности остается несомненным, и они нашли свое отражение в библии. Только значительно позднее эти человеческие жертвоприношения были запрещены.
Если бы попы были добросовестны, то они могли бы рассказать таким образом: «Дети, в древности существовали человеческие жертвоприношения богам. Об этом рассказывает XXII глава Бытия, об этом рассказывается в книгах Царств, Числ, Иисуса Навина и других. Теперь мы не требуем, чтобы на алтарях в храмах приносили в жертву людей, но если для нашего бога потребуется истребить миллионы людей, то мы призовем вас именем бога, и вы, верующие в бога, идите, убивайте, вырезывайте, сжигайте города! Бог, сидящий на небесах, вам за это отплатит хорошей жизнью после вашей смерти, а некоторых наградит еще при жизни богатством, домами, рабами, скотом и проч., и проч.».