Ледяная душа (СИ)

- Так будет проще умереть. Когда окажешься там, на горе, просто выпей.
- Это яд?
- Травить невест нельзя. Просто сильное снотворное. Оно и холод сделают смерть скорой и безболезненной.
Я с благодарностью кивнула, понимая, это единственное, что могли сделать для меня стражники. Облегчить участь.
- Только сейчас не пей. Нельзя портить жертву, иначе придется искать новую. Ты ведь этого не хочешь?
Я этого не хотела. Даже если следующей все же станет Валенси, которую откупили. Интересно, что сделал ее отец, и как подставил моего? Разве так можно? Видимо, да, если в твоих руках сосредоточились власть и деньги.
За окном кареты ярко сверкали украшенные к празднику дома. В небе взрывались фейерверки, горели огни на елях, а у меня дома рыдали мама, папа и Энн. Вряд ли они смогут поступить как нужно и праздновать, во что бы то ни стало, пока я замерзаю насмерть в качестве жертвы ледяного дракона. И вот из-за этого испорченного родным праздника я расстраивалась сильнее всего. Слезы потекли по щекам, и весь остаток пути я прорыдала. Город закончился, огни погасли, и мы въехали на узкую горную тропку. Укутанные магией колеса повозки цеплялись за наледь, словно липучки, и наша карета, переваливаясь с боку на бок, ползла вверх по тропе к плато у Драконьего ущелья. Где-то там меня должны приковать к скале.
2
Перед тем как выпустить из кареты, мне дали еще настойки, от нее сразу же затуманилось сознание и стало тепло.
- А это что такое? – уточнила я, будто это имело значение.
- Не переживай, все снадобья нужны для того, чтобы тебе стало легче.
- Умирать? – спросила я, не испытывая по этому поводу почти никаких эмоций.
- Умирать, - согласно кивнул стражник и помог выйти из кареты. На плато было снежно, холодно и удивительно светло. Казалось, луна висит прямо над вершиной, а звезды сияют, словно тысячи фонарей. Невероятно красиво. Меня подвели к шесту, вкопанному у входа в ущелье, и приковали запястья тонкими цепочками из мелькориона – невероятно прочного магического металла.
- А что будет с телом? – спросила я, где-то в глубине души чувствуя, что сквозь зелье пробивается всепоглощающее отчаяние.
- А тела не будет… - тихо ответил страж. – По крайне мере, мы не находили ни одного. Это стало последней каплей, слезы потекли по щекам, сразу же превращаясь в ледышки. Карета уехала, а я осталась стоять на скале с леденеющими волосами, и дрожащими от холода губами – от мороза не спасло даже зелье. Еще один пузырек был у меня в кармане, но я не рисковала его доставать, хотя цепочка, сковывающая запястья была достаточно длинной и позволяла это сделать. Но глоток зелья означал для меня конец, а я так хотела насладиться звездами, луной, самой красивой ночью в году. Последней в моей жизни. Я же имею на это право? А зелье выпью, когда станет невозможно больше терпеть.
Снежный вихрь налетел внезапно. Холодный ветер пробрал до костей, заставил всхлипнуть. Обжигающий холод и ужас практически парализовали. Наверное, все же стоило выпить зелье и не геройствовать. Перед глазами распростерлись огромные крылья, состоящие из снежинок, и я со страхом увидела, как рядом со мной на плато опустился дракон. Он был словно отлитый изо льда призрак. Сквозь мощное, покрытое прозрачной, поблескивающей чешуей тело просвечивали звезды, а крылья напоминали два снежных вихря. Увидев такого в ночном небе, я, возможно, и не поняла бы, кто предо мной. Списала на причуды природы, на какое-то необъяснимое явление, типа разноцветного небесного сияния, какое в ближайшие недели появится в небе над долиной. Жаль, я его уже не вижу.
Дракон, которого несколько поколений все считали сказкой, внимательно уставился на меня своими прозрачными глазами, и начал медленно таять. Через секунду на его месте оказался неестественно красивый беловолосый мужчина в серебряном одеянии. Он поднял холодные льдистые глаза и приблизился ко мне.
- Жива… - кажется, с облегчением выдохнул он, а я подумала, что жива, но только пока. Почему-то этот нереально красивый парень с алебастровой кожей и длинными серебряными, волосами, снежинками в колючих ресницах и холодной улыбкой пугал меня даже больше, чем ледяной ящер.
 
Его руки были обжигающе холодными. То место, которого он коснулся, когда освобождал мои запястья, моментально заледенело, и я вскрикнула. Он взглянул с затаенной грустью и тихо сказал: «Прости», - а потом подхватил на руки, и мы взмыли в воздух. Так холодно мне не было никогда в жизни. Создавалось впечатление, будто меня прижимает к себе ледяная статуя. По-моему, я завизжала, потом замерзла, потом увидела полупрозрачные крылья из вереницы снежинок, землю где-то далеко под ногами и звезды, которые кажется, могут упасть на прямо на голову, и отключилась. Я как-то рассчитывала умереть быстрее и с меньшими потрясениями.
Очнулась с мыслью «сожрет меня дракон или нет». И, вообще, что делают ледяные драконы со своими жертвами? Удивительно, но я чувствовала уютное тепло. Возможно, просто еще не прошло действие зелья. Но когда я открыла глаза, поняла, тепло мне, потому что я лежу, заботливо укутанная меховыми шкурами отличной выделки. У нас дома таких не было. И окружает меня ледяное великолепие. Я осторожно уселась на кровати, завернувшись в шкуру, свесила ноги вниз и с визгом убрала обратно, когда пальцы коснулись пола. Он оказался ледяным, в прямом смысле слова.
Отполированный до блеска, словно каток на озере, где мы все детство катались на коньках. Такие же стены, расписанные морозными узорами. Я дотянулась до изголовья кровати, оно тоже оказалось ледяным. Но при всем этом, в помещении не чувствовался холод. Я забралась на кровать с ногами, покрутилась и, наконец, с другой стороны обнаружила симпатичные меховые башмачки, удобное белое шерстяное платье с высоким воротом и меховую накидку из горной паркули – мелкого зверька с удивительно нежным, но в тоже время теплым мехом серебристого цвета.
Любопытство победило страх. Я слезла с кровати, оделась в удобную и теплую одежду и решила исследовать место своего заключения. Страха почти не осталось. Я уже должна быть мертва. На жизнь я даже не рассчитывала. Меня никто не обижал, мне дали одежду, и это однозначно лучше, чем замерзать, прикованной к горному плато.
Я очутилась в ледяном замке. Неизвестная мне магия поддерживала здесь вполне комфортную температуру, но притрагиваться к вещам все же было неприятно. Дверь моей комнаты выходила в длинный холл. От его ослепительной белизны стало некомфортно глазам. Сотни ледяных подсвечников на стенах, мерцающие огоньки свечей (я готова была поклясться, что пламя в них магическое, и тоже не способно согреть), морозные узоры на стенах, ледяные двери и широкая сверкающая лестница. На отполированные до блеска ступени положили белоснежный ковер, видимо, чтобы никто не убился. Я размышляла отстраненно, потому что пока не видела не единой живой души. Кто следит за всем этим зимним великолепием, неужели сам дракон? Но это нереально.Я спустилась по лестнице в просторный зал, в центре которого стояла огромная белоснежная ель. На ней поблескивали сосульки и снежинки – переливающиеся зимние украшения. Осмотр замка занял много времени, и все равно я не изучила его не полностью. Не было конца галереям и комнатам, я бродила одинокая и потерянная, испытывая странные чувства. Облегчение от того, что жива, страх перед неизвестным и предвкушение. В этом месте все было непривычным и сказочным.
Я не ждала встречи с ним, но понимала, через несколько дней прогулок по холодным коридорам замка в одиночестве, буду рада любому общению, если, конечно, до этого времени не получится сбежать или я не умру от голода. Только надо придумать. И не как, а куда. Нельзя чтобы жертва вернулась. Это сулит беды всем жителям долины, и как бы ни рыдала вчера мама, как бы ни тосковал отец, они не позволят ступить мне на порог родительского дома. А куда бежать? Этого я не знала, да и скоро поняла, что невозможно. Нужно было всего лишь выйти на балкон второго этажа. Дверь на него вела из просторного зала.