Река Душ (СИ)

Через неделю Властелин вышел под жёлтый свет местного неба – первое дело было сделано, пора было отправляться на второе – за головами предателей. За пять дней он, уже в сопровождении двадцати сержантов и оружейников, созданных им по пути, добрался до расположения ближайшей захватнической армии и изъял всех простых солдат из пещеры старшего сержанта, затем далее и далее, пока не собрал у себя тысячу отделений, возглавляемых вновь созданными им командирами и оружейниками, таким своим решением он не остановил захватническую армию, просто немного замедлил её продвижение, – «вин-вин, все в выигрыше», – вспомнилось наставление из любимой книги про бизнес.
Ему не хотелось заводить армию на мирные земли и очень хорошо получилось, что один из предателей имел территорию, примыкающую к мёртвым землям буферной зоны, – «Хорошее начало», – подумал Властелин, отдавая своей армии приказ на продвижение вперёд. Предателя он теперь не чувствовал, но законы мира, давая власть над обычными сущностями, играли с возвышенными и высшими в злые игры, привязывая их к определённым территориям и местному населению, и высшим этих земель был теперь не Властелин, – «Ха-ха три раза, хотели свободы – получите и сдохните». Его армия не имела червей, ведь вырезать всех под ноль не было её задачей, пусть обычные разбегаются и несут весть о его гневе, другим наука.
Первый возвышенный вышел против его армии на третьи сутки продвижения по его территории, молчаливый и гордый, он окутался щитом и начал убивать его солдат. Властелин дал ему убить пять отделений, оценивая его силу – кстати, ничем не впечатлил, возвышенный как возвышенный – и применил на него «прибор» Кхета, снимающий все щиты. Вот на это уже стоило посмотреть – удивление, первые раны от оружия, боль, попытка восстановить щит, радость от его появления, потеря щита, осознание неизбежности смерти, паника, принятие своей участи, смерть – «Какие разные и яркие эмоции» – подумал Властелин, стоя над телом предателя, – «А чувствовать себя повелителем чужих судеб оказывается тоже очень приятно».
Армия прошлась катком по данной территории, не оставив на своём пути ничего живого, но кто успел, тот убежал – Властелин не препятствовал бежавшим, так как они несли его весть, новый закон Империи Тьмы – «Всех предателей ждёт смерть! Все их земли признаются мёртвыми и подлежат очищению! На мёртвых землях запрещено находиться мирным сущностям! На мирных землях запрещено находится армии! Таков теперь закон!».
Второй предатель-возвышенный вышел против армии в первый же день, он пытался говорить, что он не предатель, что его создал сам Тёмный Властелин и он верен ему и Империи Тьмы, он требует от армии уйти с его земли и хочет встречи с Властелином, – «Ага, вот прямо так взять и уйти, да ещё и встречи, и непременно со мной», – злорадно подумал Властелин, отдавая старшему сержанту мысленную команду атаковать наглого предателя. Всё повторилось, только эмоции этого возвышенного были «вкуснее», чем у предыдущего – слишком он был уверен в себе, оттого и избавление его от заблуждений длилось дольше и ярче.
Третий был самым молодым и слабым, потому объединился с четвёртым, территории этих возвышенных примыкали друг к другу, и они дали бой его армии на стыке своих земель. Здесь Властелин узнал, что у его «прибора» есть время бездействия – после первого применения он смог отключить щит второго возвышенного только через два часа – очень неприятная особенность, приведшая к потере двенадцати отделений (надо было этого первым отключать).
Пятый возвышенный оказался самым сильным и толстокожим из всех и, даже с отключённым щитом, смог убить двадцать отделений, страха Властелин не испытывал, он находился вдали от схватки и полностью контролировал ситуацию, но неприятно удивился силе и живучести, созданной им когда-то сущности. После зачистки пятой территории Властелину пришлось дать армии двухнедельный отдых – солдаты обожрались убитыми и не могли выполнять свои обязанности – слишком умелым оказалось его руководство по сравнению со старшими сержантами армии.
Шестой и седьмой возвышенные повторили судьбу третьего и четвёртого, им не хватило ума сбежать, но хватило ума объединиться, – «По мне так лучше лотерея с деградацией, чем гарантированная смерть от моей руки» – подумал Властелин, отправляя на них десять отделений и выбирая сильнейшего для первого отключения щита «прибором». – «А вот пятого мне уже жаль, но воспитание подданных важнее» – сделал он очередное умозаключение и приказал добить оставшегося возвышенного.
Новоявленный высший ему так и не показался, предпочитая десятипроцентный шанс лотереи неизбежной смерти, – «Умный ублюдок, не зря именно он высшим стал», – подумал Властелин, но это уже ничего не решало, карательная акция была завершена, новый закон озвучен. Пришла пора подводить итоги:
Какое теперь будет устройство у его Империи Тьмы? Не более десяти мирных территорий.
Как он будет осуществлять контроль за тем, чтобы мёртвые земли оставались незаселёнными? А вот эта тысяча отделений этим и займётся. Войска будут по кругу обходить все мёртвые земли и убивать всё, что на них обнаружат.
Но ведь таким образом он уничтожит всех разумных в мире? Да и наплевать, чего их жалеть-то.
Для контроля огромного количества мёртвых земель понадобиться огромная армия, там будет много обычных, из них родится возвышенный, а затем и высший, как решить эту проблему? Постоянным движением армии, надо тасовать обычных сущностей из одной территории в другую, они не должны долго находиться на одном месте. Посмотрю, что получится, других решений пока нет.
Как я стану богом, если всегда буду единственным высшим? Сначала стань этим единственным, потом думай.
– «Вроде все насущные вопросы себе задал и на них ответил» – Властелин чувствовал некую ущербность в своих мыслях, но пока ничего не мог с этим поделать – страх был силён в его сознании и сохранение текущего положения вещей казалось более правильным, чем мысли о великом, но неопределённом будущем.
************************
Кхет сидел на кривом колченогом стульчаке и всеми четырьмя глазами мечтательно смотрел в оконный проём на красивое вечернее небо цвета кроваво-молочного гноя. Он был по-своему счастлив, хотя само чувство счастья не было ему доступно, но вожделение и предвкушение – его хорошие знакомые, на них и ориентировалось объединённое сознание в своей задумке, гордо называемой им «Великим планом».
И этот план, в уже не столь далёком будущем, должен был увенчаться успехом. Чтобы стать полноценным Кхету необходимо захватить мир, не больше и не меньше, только так можно доказать свою состоятельность, стать вровень с хозяевами жизни.
Всеобщее недоверие и необходимость публично подтверждать свою силу – на этих двух столпах стоит Мир Гнили – или ты ничтожная подстилка или хозяин жизни. А Кхет, пока что, был подстилкой, бесправным ублюдком при мастере – прислуживал и выполнял все повеления хозяина жизни, терпеливо сносил насмешки, оплеухи и издевательства, взращивал и копил ненависть – она давала ему силы жить дальше.
А свободное время, которого, спасибо славному мастеру, у него почти не было, он посвящал своему миру. Кхет нашёл его сам, запомнив действия мастера и позаимствовав у него «прибор по обнаружению новых миров», Кхет даже не знал его названия, но, косо-криво, смог провести ритуал и получить доступ, мир стал открыт для него.
Дальше было сложно, но он опять справился и нашёл своего адепта, проводника его воли в новом мире. Главными качествами своего приспешника он определил трусость, зависть и жажду власти. Критерии не были очерчены им строго и очередной «позаимствованный» у мастера «прибор» дал ему на выбор сто шестнадцать кандидатов, из которых идеальной оказалась серая кракозябра Калё: трусость, зависть, властолюбие, умение действовать чужими руками – воистину любимые качества хозяев жизни из Мира Гнили у подчинённых иномирцев.
Кхет не был идиотом, он разработал долговременный план и начал его реализацию, «сломав» у мастера «прибор» переноса, за что год не мог вертикально стоять на своих, постоянно уродуемых мастером, хвостах. Ужаснувшись такому наказанию, второй «прибор» он просто стащил из хранилища – их там много, а этот все равно пылился без дела. Что ему сделает мастер, когда обнаружится пропажа, Кхет старался не думать: если он станет равным – то ничего, а если не станет – зачем ему такая жизнь, самоубийствами в Мире Гнили невозможно кого-либо удивить.