Жемчужина темного дракона (СИ)

Губы вмиг пересохли, и в груди словно лопнул воздушный шар из вожделения, романтики и стыдливости.
— Мне безумно нравится, что ты таешь от моих слов, — признался он с истинной радостью и даже гордостью. — И прикосновений, — добавил он, прикоснувшись губами к моей истошно бьющейся жилки пульса на шее, — дрожишь от поцелуев, — он подул на влажный след на моей коже, и мои руки ослабли. Ниточки и ленточки выпали из дрожащих пальцев и растеклись лужицей дорогой ткани по ковру.
— Рас, — выдохнула я слабо и едва слышно.
Я даже не знала, чего хотела — чтобы меня прижали к стене и по-настоящему поцеловали, или отпустили, тем самым дав привести мысли в порядок.
Послышался цокот тонких каблуков по паркету, я поняла, что к нам направляется работница салона и уже собиралась вырваться из объятий дракона. Вот только не учла один немаловажный факт — Расону было плевать на любое присутствие. Главное, что он получал наслаждение и доставлял его мне.
Как мужчина мне и говорил, драконы очень открыты со своей парой. Я уже успела понять одно — если нам обоим что-то доставляло удовольствие, то Расону неважно, кто еще был свидетелем этого. Скрытность, это не про драконов.
И миловидная блондинка с отработанной годами, приклеенной к губам улыбкой, явно не особо удивилась, поймав нас в обличающей позе. Она, как истинно профессионал своего дела понимающе кивнула и лишь спросила, все ли нам понравилось.
— Да, Изана. Мы берем все, что вы предложили и еще по два комплекта с корсетами. Покупки можете прислать по адресу Драконий узел, 25, — совершенно без эмоций отдал распоряжение Рас и чмокнул меня быстро в щеку. Он обошел меня, оказавшись сбоку и согревая своим теплом и лишь своим присутствием.
От одного лишь прикосновения к дракону внутри меня все пело от радости и умиротворения. Казалось, что даже в желудке летали бабочки, и я никак не могла поверить, что все это происходило именно со мной.
— Слушаюсь, господин Луэн, — низко поклонилась Изана, практически подметая своей тугой, толстой косой пол. Ее платье было довольно открытым и откровенным, и я бы даже начала волноваться, что девушка вдруг решила обратить внимание Расона на себя, вот только меня в объятиях держал этот потрясающий мужчина, и от меня его натура дракона сходила с ума. — У вас еще есть какие-нибудь пожелания? — спросила она совершенно без эмоций, так и стоя в наклоне.
— Нет, можешь быть свободна.
— Как велите, — Изана выпрямилась, махнула рукой, отчего рассыпанные вещи взлетели и прилетели к девушке, а после ушла, оставила нас с Расоном наедине.
— Она владеет магией? — удивилась я.
Мне всегда казалось, что волшебники работают с магическими предметами, раскрывают секреты мироздания или на крайний случай варят исцеляющие зелья, но никак не пытаются ублажить богатых жителей империи. Стереотипно, конечно, даже спорить не буду, но такое вот у меня было представление о современном мире.
— Конечно, это основное требование. Многие элитные заведения, начиная от ресторанов и заканчивая булочными, имеют магов на своей службе, — просто объяснил мне Рас. — Куда теперь отправимся? — спросил мужчина, нежно поглаживая меня большой рукой по спине и, несомненно, отвлекая от даже самого простого мыслительного процесса.
Искуситель, не иначе!
— М-м-м? — растеряно отозвалась на вопрос и посмотрела на Раса чуть затуманенным взглядом. — Ты меня отвлекаешь, — призналась с тяжелым вздохом и пожелала отойти от мужчины, чтобы иметь хоть какой-то шанс на нормальное общение. А то так я себя форменной идиоткой ощущаю. Причем, влюбленной.
— Я знаю, — довольно оскалился на мою фразу Расон и облизнул свою полную, нижнюю губу, отчего у меня потемнело перед глазами и сердце замерло в груди. — Хорошо, тогда предлагаю вернуться домой, чтобы я мог без стеснений и отвлекающих факторов и дальше соблазнять тебя, жемчужина, — и он, даже не дав не возможности возмутиться или воспротивиться, махнул рукой и притянул меня к себе, открывая для нас портал.
Уже привычные зеленые всполохи утянули нас в подпространство, перенося… домой.
 
В наш общий дом, который стал для меня родным и самым прекрасным в мире. В голове мелькали картинки, как Расон прижимает меня к своему сильному телу и впивается в мои губы голодным, требовательным поцелуем, от которого подкашиваются ноги и плавятся внутренности… вот только… у этого мира и его людей были абсолютно другие планы на наше время.
Стоило нам выйти из портала в большой, солнечной гостиной, как тут же появилась Марна с несколько злобным видом. Честное слово, вот если бы я не была с ней знакома, то точно спряталась за широкой спиной Расона. Но теперь женщина для меня была не столько пугающей жутью, сколько очень понимающей и заботливой домоуправительницей, которая искренне беспокоилась о каждом жителе замка.
— Господин, — немедленно поклонилась она, подняв сцепленные в замок руки над головой, словно ожидая наказания. — Прошу, не гневайтесь, — добавила Марна и упала на колени. — Это все моя вина, исключительно моя, и ничья больше, — ее заметно трясло.
Расон опешил от подобного поворота и посмотрел на меня с нескрываемым удивлением.
— Марна, перейди к сути проблемы, — настоятельно попросил женщину Расон, заметно напрягаясь. — И поднимись с колен.
Но женщина не спешила выполнять приказ-просьбу. А после объяснения и не потребовались, когда из-за угла, сжимая пальцы на плече Мурана, появился незнакомый мне седовласый, высокий мужчина. Его глаза горели внутренней тьмой, от которой внутри меня все похолодело и замерло, как в ожидании боли. Бледное лицо отливало серостью, и черный, явно шитый на заказ костюм лишь подчеркивал эту болезненную явственность.
Я сглотнула.
Мужчина еще даже ничего не сказал, а я едва сдерживалась, чтобы не закричать от ужаса в его присутствии.
Но я осталась стоять. Во-первых, тут был Расон, а во-вторых, незнакомец вцепился в Мурана мертвой хваткой, и просто сбежать я не могла себе позволить. Я невеста ненаследного принца драконов, его поддержка и опора и у меня нет права бросаться в истерику с головой, как сильно ни хотелось.
— Расон, — голос незнакомца был скрипучим и жутким. Он лишь произнес имя моего дракона, а у меня уже было чувство, что я битого стекла поела. Горло сжал спазм страха, все внутри меня заледенело и застыло, как в ожидании удара. Ладони вспотели, и я вцепилась в Расона, мысленно умоляя его прогнать это воплощение мрака.
Смотря на этого темного нечеловека, мои органы сжались, сердце ушло в пятки и хотелось укрыться, убежать как можно дальше и никогда не возвращаться. Лишь присутствие Расона и не позволило мне банально выбежать из дома с криками о помощи.
— Вижу, что слухи подтвердились, — мужчина окинул меня изучающим, пытливым взглядом и у меня перед глазами все потемнело. Я сжала пальцы на запястье Расона, и сцепила зубы, чтобы не завизжать. В горле истошно забился пульс, на кончике языка ощущался тошнотворный привкус металла. Значит, я прокусила себе губы, пока пыталась взять себя в руки.
Голова кружилась от ужаса и хаотичных картинок, что мелькали перед глазами кровавым веером красоты и мерзости. Меня затошнило, холодный пот струился по спине, впитываясь в платье. Я тряслась так сильно, словно стояла под ледяным ливнем, не имея сил уйти. Крик скребся в двери моего рта, желая покинуть горло, но я стиснула зубы так сильно, что у меня даже челюсть свело. На глазах навернулись слезы, и едва различимый всхлип слабости сорвался с моих губ.
Я цеплялась за Раса, словно он был моим воздухом, единственной защитой перед той силой, которая беззастенчиво и безжалостно атаковала мое хрупкое тело.
 
Этот страшный мужчина что-то делал со мной. Как-то воздействовал на мои чувства, своей кошмарной и могущественной силой. Я была в этом уверена, и откуда-то знала, что и он был в курсе моих ощущений. Он игрался со мной, как палач перед тем, как отрубить преступнику голову на радость беснующейся толпе.
— Немедленно прекр-р-рати! — взбешенно рыкнул Расон и вышел чуть вперед, заслоняя меня от взора чужака. — Первый и последний раз предупреждаю, Эган, — добавил дракон и все резко прекратилось. Мои внутренности перестало скручивать, и голова больше не трещала. Горло перестало разрываться от едва сдерживаемых криков боли и ужаса. Я резко выдохнула, ощущая давящее, уносящее с собой все тревоги спокойствие. — Муран, подойди к матери.