Наследник на его условиях. Книга 1 (СИ)

— Я ведь все равно узнаю, — решаю еще раз надавить на дочь.
— Как? — нахально усмехается Кира. — А даже если и подмешала, что ты мне, беременной, сделаешь? Только тронь, папа, и скандал будет обеспечен. От ребенка я не избавлюсь, к суррогатной матери не обращусь. Достаточно того, что меня родная бросила. А я не брошу. Никогда. Смирись с этим. К тому же ты сам отец и вон как надо мной трясешься. Если аборт для тебя так просто, то возьми и убей меня. Сможешь?
Трясет меня и впрямь жутко. Никогда до этой минуты не злился на Киру так отчаянно. Возможно, прав был Бурман. Неблагодарное это дело — растить детей, хоть родных, хоть приемных. Проблем и без того невпроворот, теперь еще переживай за состояние дочери.
— Завтра к Вайлис поедешь. На полное обследование, — чеканю я.
— За этим и прилетела. Нервы, знаешь ли, не железные. Но я верю, что все получится. А если веришь, то так оно и будет.
— Постой… — Мозг скрежещет. — А Егор в курсе твоего диагноза?
— Думаешь, он бы позволил случиться беременности, зная, что я могу не выносить нашего ребенка? Ты вон на аборт отправляешь, и он тоже пошлет. Но я не собираюсь признаваться ему, что больна. Если Егор узнает, ты будешь первым, на кого я подумаю. И никогда тебя за это не прощу, понял?
Раздражением ошпаривает, словно кипятком. Хочется прочитать нотацию, что в двадцать лет убить себя из-за ребенка — безумная затея, но сам я что делал в этом возрасте?
Так что спокойствие, Зен. Хотя какое, к черту, спокойствие, когда собственная дочь ломает свою жизнь! Причем умышленно. А заодно и мою.
  
18 глава
 
Организм истощен стрессами последних дней, и, чувствуя эту усталость, я не хочу размышлять, почему возбуждаюсь от ласк Дамианиса. Лишь беру на заметку, что, каким бы обаятельным ни был этот грек, как умело бы ни влиял на мои гормоны, нельзя забывать, что он не так прост и, вероятно, приложил руку к приказу, из-за которого я сейчас здесь. Хотя устоять перед Зеном, когда он такой горячий и страстный, практически нереально. Поразительно, как одно событие может разбудить в нас совершенно неизвестного нам человека.
Именно об этом я думаю, направляясь к Егору. Нашу встречу пришлось отложить на вечер. Сначала переговоры с инвесторами и подписание контрактов, потом — мои попытки избавиться от настойчивого внимания араба. От иностранцев что-то отбоя нет в последнее время.
Остановившись перед дверью, за которой находится бывший муж, вспоминаю о нашем разговоре на кухне, после которого я приняла решение о разводе.
Сказала в тот день Егору, как мне больно и неприятно, когда он флиртует с другими женщинами, переписывается и встречается с ними за моей спиной. На что он ответил, что любит меня, а все остальное не имеет значения. Взбесила его позиция! Говорить ведь легко, но за словами часто кроется пустота. Я переживала ад, а Егору происходящее казалось пустяком. Так мучительно, когда предают, топчутся на твоих светлых чувствах и мечтах, а потом смотрят на осколки под ногами и «утешают»: «Сейчас склею, я же тебя люблю».
Решительно выдохнув, нажимаю ручку и захожу внутрь. В сумке лежит снимок узи, который я всегда ношу с собой.
— Привет, — первая здороваюсь с Егором, переступив порог кабинета.
Он поднимает голову и щурится, окидывая меня внимательным взглядом.
Месяц представляла, как скажу бывшему мужу о беременности, и в мельчайших подробностях прокрутила в голове этот момент, но сейчас теряюсь.
— Привет, Даша, — отзывается Егор, продолжая пристально смотреть в глаза. — Как поживаешь? Выглядишь превосходно.
Он, конечно же, льстит. Меня всего третий или четвертый день не мучают приступы тошноты. Да и в зеркало я смотрюсь по утрам. Цвет лица серый, сама осунулась. Лишь грудь осталась.
— Спасибо. У меня к тебе очень важный разговор.
— По работе?
— Нет. Помнишь ту сделку и утро после нее?..
Егор начинает щуриться еще сильнее. Я так волнуюсь, что забыла все слова, которые собиралась ему сказать.
— Вот. — Опускаю на стол снимок УЗИ.
 
Егор берет его в руки и рассматривает. Изумленно пялится на меня:
— Что это?
— Я беременна.
— В смысле?
— В прямом.
— А я здесь при чем? — недоумевает Егор.
— То есть?.. Мы в ту ночь…
— А, понял… — обрывает бывший. — В тот вечер ты перебрала и ушла из ресторана с Дамианисом. Я к этому… — Он бросает взгляд на снимок, — не имею никакого отношения. Между нами ничего не было. Кабинетом ты ошиблась, Даш.
— С кем? С Зеном? — Голос против воли начинает дрожать.
Егор кивает:
— В моей постели ты проснулась, потому что этажи перепутала. Оставил отсыпаться у себя, на свой страх и риск. Благо Кира об этом не узнала, а то был бы грандиозный скандал. Так значит… тебя тоже можно поздравить? Надо же, как у нас одновременно. А в браке не получалось.
— Не может этого быть… — потрясенно выдыхаю я, пропустив мимо ушей про «не получалось».
— Как видишь, может, — вкрадчиво говорит бывший муж, возвращая снимок УЗИ. — Так что прибереги новость для настоящего отца. Однако не уверен, что Дамианис придет от нее в восторг.
— Почему?
— Кира не раз говорила, что ее отец поставил крест на личной жизни после смерти жены. Может, это слухи, конечно, и причина совершенно в другом. — Егор передергивает плечами.
Ноги подкашиваются, и я оседаю в кресло. Смотрю на снимок УЗИ, не веря в услышанное. Этого просто не может быть. Я совсем ничего не помню. Какими-то обрывками. Как такое возможно?
— Даша, тебе плохо? Вызвать врача?
Плохо ли мне? Да ужасно! Я в полной растерянности и ошеломлена, что отец ребенка не Егор, а Зен. Все даже хуже, чем я думала!
Отворачиваюсь к окну и стараюсь дышать. Это все, что остается. В мыслях беспорядок.
— Сейчас попрошу, чтобы вызвали врача.
— Не смей! — поспешно окликаю, когда Егор открывает дверь и зовет секретаршу. — Дай мне чуть-чуть времени прийти в себя.
Бывший муж делает, как прошу.
— Даш, ты совсем ничего не помнишь из того вечера? — Егор нависает надо мной, с тревогой смотрит в лицо. — Хотя я еще тогда в ресторане, когда увидел вас с Никой, обратил внимание, что ты ешь говядину. Думаю: ни фига себе, как после развода вкусы у женщин меняются. А причина, оказывается, в беременности была?
Душа разрывается от того, что это сейчас происходит именно со мной.
— Господи, какой кошмар… Выходит, мы не предохранялись?.. — запоздало понимаю, что произнесла последнюю реплику вслух.
— Этого я не знаю, — улыбается Егор. — Возможно, это и не имело значения. Мы вот с Кирой пользовались защитой. Я все задавался вопросом, как тогда наступила беременность, но врач предположил, что дело в высокой фертильности. А если половых контактов за ночь много, то…
— Можно меня уволить от подробностей?
— Ты сама спросила.
Аномалия какая-то с этими Дамианисами! Как можно было так попасть, а главное — так напиться, чтобы не помнить, как занималась сексом с мужчиной? Нет, что-то мелькает в подсознании, но… Никогда еще с мной такого не было! Даже в молодости, если пила больше, чем положено, всегда наутро могла воспроизвести в памяти события. А тут, как со снами после резкого пробуждения. Сколько ни напрягай мозги, не получается ухватиться за ниточку и размотать клубок.
— Что ты собираешься теперь делать? — интересуется Егор.
Нервно сглотнув, изо всех сил стараюсь не выдать своего состояния… Потому что я раздавлена, растоптана, и мне до безумия страшно за свое будущее. Особенно после того как Зен узнает о моей беременности.
Зато все его подкаты, откровения, взгляды и слова, которые он себе позволял, вмиг становятся понятными. Боже-боже…
— Не знаю. Ничего. Егор… Я бы пока не хотела говорить Дамианису о своем положении…
Вспоминаю о Кире. Как отреагирует дочь Зена на эту новость? Ума не приложу, что делать. Совершенно!
— Если бы ребенок все же был твоим, что тогда?