Потусторонний. Книга 2 (СИ)

— Он спрашивал что-то Колю. Коля… Я не знаю как его зовут… С глазом. Ну… Он постоянный посетитель, такой щедрый всегда… Что с ним?
— Что спрашивал? — терпеливо продолжил я. — Попробуйте вспомнить.
— Про заказ какой-то. Я не поняла. Он ничего ведь не заказывал. Просто пришёл и стал убивать. Он требовал имя того кто сделал заказ. Там так хрустело всё страшно, будто кто-то хворост ломал! А Коля… Коля только смеялся. Он тоже… умер? Я дождалась когда всё затихло, выбралась и вот сюда. На улицу. Это всё что я знаю. Коля жив?
— Сколько ему было лет, Катя? — имя её я прочитал на бэйджике. — Нападавшему.
Она быстро-быстро помотала головой.
— Я не знаю. Но голос был молодой. Будто… Будто ребёнок к нам приходил. Понимаете? Злой ребёнок.
Нет, не понимал. Но полученной информации было, в целом, достаточно. Пусть и выходило, что моего языка попортил какой-то ребёнок, за пару минут перебивший пачку людей криминального вида. Такая себе версия. Претендент Свиридова заходил?
Я нахмурился, поблагодарил испуганную официантку и отошёл от неё. Кое-что вдруг вырисовывалось в ситуации. За всеми событиями вокруг зон и боданием со Свиридовым из головы совсем вылетело то, о чём говорил Маска в подслушанном Княгиней разговоре. Тот «рыбак» ловил кого-то и я был наживкой. Вот этого «ребёнка» он выслеживал? Хм.
Странные они. На месте любого из участвующих в этой игре чародеев я бы давно уже сам от себя избавился. Почему они так разумно не поступают, интересно мне? Какие-то дополнительные сложные установки, вроде данного слова или обета? Ой как много проблем от подобных насмешек над «честью» случается, уж поверьте мне. Выходит что разгром в «Сладкоежке» учудил мой покровитель, который, неожиданно, перешёл мне дорогу. И где-то поблизости ещё и Претендент пасётся, за ним охотящийся.
Как бы мне самому под раздачу не попасть, когда эти матёрые аристократ вдруг сойдутся в драке. Тут Свиридов со своим рангом покажется невинной девицей, приехавшей из деревни поступать в районный колледж для одаренных. Сметут и не заметят.
Я постепенно затерялся среди зевак. На набережную выехал бело-золотой автомобиль Первой Церкви. Двое иноков выбрались наружу, почтительно раздвигая толпу. Один сразу двинулся в «Сладкоежку», второй внимательно снимал показания сигнатур с округи.
Народу вокруг бара собралось уже порядочно, и чем больше их становилось, тем больше тянулось со стороны. Я пробился сквозь живое и взволнованное оцепление, и увидел Обухова. Княжич не стал рассекать людей своим великолепием и задумчиво ждал у парапета, чуть в стороне от зевак. Андрей старательно не показывал свою тревогу.
Старательно, но безуспешно.
Я прошёл через толпу и остановился рядом с княжичем. Молча облокотился на парапет, а затем поискал в телефоне отель «Сонная морщина». Минут тридцать до него ехать. Обухов молчал, ожидая когда я заговорю. Хотя точно хотел что-то сказать. Переминался с ноги на ногу и вздыхал, однако мне нужно было ещё подумать, поэтому я не обращал внимание на эти невербальные знаки.
Со стороны центра города вякнула сирена, затухая, и на гранитную набережную выползла машина скорой помощи. Люди расступались перед ней. Даже бело-золотой экипаж в сторону отъехал. Как хорошо работают службы в этом Острове. Молодцы.
— Что-то дурное произошло, Илья. Чувствуя я беду, — сказал, наконец, княжич. — Устрани подозрения мои и дай благородное слово, что не ты это устроил?
— Не я, — покачал головой я и этого ответа Обухову хватило.
А мне самому было крайне интересно: как же такое невероятное совпадение случилось. Человек, который устроил разгром в «Сладкоежке» совершенно точно пришёл в поисках того же прапорского клиента, что и я. Но как он на него вышел, а? На том убийце-неудачнике была прослушка? Не было, я бы почувствовал.
Чёрт! Я даже поморщился от досады на себя. Ах ты зараза. Тот след у реки… Рядом со стрелком этим поганым! Всё то время, пока я пытал лишившегося руки снайпера — за мною наблюдал другой одарённый⁈ Причём наблюдал так, что я его не почувствовал⁈ Как? Астральная проекция? Невидимку бы я точно почувствовал.
 
Твою ж бабушку… Сколько же мой таинственный соглядатай про меня теперь знает? Как он будет использовать своё знание? И… Вдруг он и сейчас здесь? Я шмыгнул носом, покосившись в сторону толпы. Вряд ли. Здесь уже Первая Церковь, здесь такое не прокатит. Эти применение силы точно отловят, тем более со сканером сигнатур.
За себя я не переживал. Моё вмешательство в контур совершенно не оставляет отпечатков. Не тот уровень материи, и не требует заклинаний.
— Мне надо ещё кое-куда съездить, дружище, — сказал я Андрею. Княжич хмыкнул, отлепился от парапета.
— Там тоже будет полиция? — поинтересовался он.
— Я честно тебе признаюсь, Андрей, тут её тоже быть не должно было.
— Это может быть опасно?
О, он так хотел чтобы я ответил «Да». Ноздри раздувались, глаза сверкали. Ты не персонаж героической книги, Обухов, ты княжич которого и шлёпнуть могут случайно, когда большие дяди друг другом в баре кидаться начнут. Вон сколько там сейчас трупов в «Сладкоежке» нечаянных.
— Ещё как, — не обманул я ожиданий княжича.
— Тогда почему мы теряем время, друг мой?
* * *
«Сонная морщина» была небольшим придорожным двухэтажным домиком. Стояла она через дорогу от парковки дальнобойщиков, на небольшой возвышенности и за высоким кирпичным забором. По трассе на Петербург летел нескончаемый поток машин, и наш «Москвич», стоящий на обочине, покачивался от воздушных волн.
Мы притормозили у въезда на стоянку придорожной забегаловки «У Сигизмунда Достоевского». Дождались, пока у кафе не освободится местечко, припарковались и вышли на улицу. Моросил дождь.
Я смотрел на отель и вроде бы ничего страшного там сейчас не происходило. Подъезд чист. На парковке две хорошие машины, одна внедорожный ЧАЗ последней модели, а вторая премиальный ядовито-красный «Сорен». Трупов не видать, никто не бегает, сирены не мигают. Вроде бы и хорошо да покойно? Убийца Прапора и не мог знать об этом месте, но осторожность не помешает. Надо оглядеться.
Мы вошли в кафе, сев у окна. Андрей попросил меню, и улыбающийся кавказец принёс его буквально сразу. Обменявшись с ним дежурными шутками и заказав «лучший шашлык на ближайшие сто километров», мы оба уставились в окно.
А через пару минут я отправился в туалет, где устроившись в чистой кабинке, с трудом принял позу лотоса, устанавливая связь с новым мастером-хомяком.
Мой питомец уже был в гостинице. Мы выпустили его ещё на парковке, и к тому моменту как я закрывался в туалете, зверёк добрался до гостевой книги. Служитель отеля смотрел телевизор в фойе, прислонившись к стене. Одинокий посетитель читал книгу в дальнем углу.
В отеле было всего пять номеров. Три пустовали. Судя по тем ценам, что писали в интернете — это и не удивительно. Натуральный грабёж. В книге учета значилось всего два постояльца. Макар Стрельцов и Александр Хромов.
Вот последний мне и был нужен, определённо. Некоторое время я изучал читающего гостя, пытаясь понять не он ли тот таинственный Александр. Но слишком уж у того был потрёпанный вид, а ещё бородка эта чахлая, да глаза подслеповатые. И читал он какой-то мусор про инопланетян. Рядом с мужчиной стояла чашка с остывшим чаем. Сложно себе представить, что он может якшаться с людьми типа почившего Прапора.
Я, наконец, нашёл план комнат и бронемяк, повинуясь моей команде, двинулся в сторону нужного номера. Хромов обитал в апартаментах за нумером четыре. На втором этаже. Питомец успешно вскарабкался по ступенькам, перебрался через порожек и его лапки тихонько засеменили по лакированным доскам пола.
Когда ведомый мною зверёк повернул в уголок, где пряталась нужна дверь, то я аж вздрогнул. Перед моими глазами нарисовался огромный чёрный кот. Выгнувшийся дугой, он зашипел, глядя на бронемяка сверху-вниз.
— Бзибзи? — спросил у него разведчик.