Потусторонний. Книга 2 (СИ)

— Некогда мне, Андрюша…
— Посмотри непременно. Вы там кроме лаборатории еще и склад с кровомантскими богатствами рассекретили. Представляешь? Свиридов, получается, с кровомантами связи имел! Как ты вообще там оказался-то, а⁈ Ночью! После того как нас едва ли в зоне госпожи Юшникой не прибили. Сколько жил в тебе, Илья? Я приехал домой и возлёг аки труп бледный, глаза закрыть не успел как спал. Утром просыпаюсь и тут такое. Наш поспел везде пострел!
Кровоманты… Кто ты такой, господин Бек? Проклятье, я ведь даже не знаю настоящее ли это имя. Но если серьёзно: наркотики, запретные школы. И всё под эгидой местных демоноборцев. Скандал должен быть знатный, конечно. Местное сообщество могут и дёрнуть вежливые люди с холодными глазами.
— Ладно, Илья. Отоспись. Завтра позвоню ещё раз. Я говорил с Павлом, он просил выслать ему приглашения на следующие наши заходы. Ты ему понравился! Мы ему понравились. Правда, я не знаю, осведомлён ли граф о гибели Свиридова, может ему станет неинтересно нам помогать, но… Иисус Милосердный, нет больше этого мерзавца. Поверить не могу!
Я встретил просящий взгляд Княгини и перевернул страницу. Улыбнулся покосившейся на это Лизе.
— С ума сойти, Илья. С ума сбежать, клянусь. Ах, прости, оставлю тебя в покое. Тяжёлый день, понимаю. Отдыхай. Обязательно отдыхай!
— Изучи вопрос по серебряной зоне, — сказал я ему. — Подумай, как бы ты сражался с летающей тварью размером с лошадь. Времени у тебя два дня.
— Отличный план. Я сам хотел предложить сразиться в серебряной зоне! Нет чести нашу мощь растрачивать по таким мелочам как бронза!
Будто бы ещё вчера мы чуть дуба не дали в зоне госпожи Юшкиной. Ишь ты какой торопыга. Бронза у него вдруг мелочью оказалась.
— Всё, я пошёл спать, — попрощался я и отключился. Положил телефон на стол. Значит, две зоны объявилось. Ну да, это музыка может быть вечной. Как говорят мудрецы, если где-то закрылась дверь, значит скоро откроется окно. Мы зачистили три сопряжения. Ещё два до этого я прикрыл. Итого пять.
Значит скоро можно ждать пополнения. Тянет Тёмный Лорд, тянет.
Я вдруг вспомнил знамёна Мордарда, которые видел в портале. Безмерное безвременье, ведь не Лорд там теперь заправляет, а Князь Падали. Совсем другая фигура. Опасная. Затаившаяся после неудачного прорыва у школы. Надо бы заглянуть в серый мир, разнюхать что да как. Не мог Мордард так легко сдаться, получив разок по зубам. Не того уровня демон. Что-то там точно затевается. И этот рыцарь чёрный ещё, кем-то накаченный, и оборона организованная у анталов. Слишком много подозрительного. С той стороны происходит нечто совершенно нетипичное. Будто бы моё возвращение изменило реальность, и теперь история будет не такой, как прежде.
В принципе, это и логично. Свято место пусто не бывает, вот только случилось моё становление в сером мире совсем не сразу. Прошло много времени, прежде чем Илья Артемьев перестал быть пустым местом среди демонов. Мир не мог так измениться просто из-за того, что я не попал в тот портал.
Но что-то же определённо стало другим.
— А это мальчик или девочка? — Лиза выдернула меня из размышлений.
— Кто? — не понял я.
— Ну, твой фамильяр, — она кивнула на пустой стул, где сидела Княгиня. Моя мерцающая от недостатка сил напарница приподняла левую бровь в недоумении, смерила меня возмущённым взглядом.
— Девочка. И не говори про неё так, пожалуйста.
Кивок одобрения получен, гроза миновала.
— Она… Нас слышит?
— Конечно. Слышит, видит, если захочет может даже щелбан прописать.
— И даже когда мы… Ну… Ты понимаешь… — она же старше меня, а краснеет будто бы наоборот. Что за странная модель поведения, Елизавета? Это мило, но, ёжкина ты кошка, ты же с семнадцатилетним подростком разговариваешь! Имей совесть!
— Она весьма деликатна, не волнуйся, — успокоил её я и, не моргнув глазом, соврал: — Делать ей больше нечего, как на нас глазеть.
Княгиня хитро улыбнулась. Видимо, здесь я погорячился. Экие у вас интересные интересы, уважаемая…
— Никогда к этому не привыкну, — сказала себе под нос Лиза. Осторожно облизала ложку, встала и подошла к мусорному ведру, бросила туда упаковку из-под творожка, обернулась. Несколько секунд смотрела в пустоту, будто пытаясь разглядеть Княгиню, а затем махнула рукой.
 
Она уехала к своему учителю, а я завалился на кровать, праздно болтаясь в телефоне и изучая новости. Писали о ночном бое очень много. С домыслами, с фантазиями. Фотографии погибшего Свиридова были везде, и каждая старательно подобрана так, чтобы подчеркнуть всё его злодейство. Тут прямо целая наука по подбору изображений была. Если новость про хорошее, то ищем получившийся снимок, где герой благороден, с улыбкой на лице, чистый взгляд да добрый вид. А ежели пал в бою с полицией, или пойман за растление малолетних, то надо постараться и отыскать фотографию где лицо чуточку мрачное, коварное, надменное. Порочное такое, чтобы простому человеку понятнее было и не пришлось напрягаться.
И с этой задачей журналисты справлялись. Свиридов на всех снимках казался натуральным монстром. А ещё в заголовках склоняли кровомантию на все лады. «Наследие Кровавых Чародеев обнаружено в заброшенном подвале!», «Амулеты крови были повсюду, признаётся очевидец», «Точно таким же амулетом запретной школы был убит губернатор Сергеева Посада», «Логово кровомантов в сердце Опочки».
Это перебивало даже убийство Свиридова. Ох сейчас возьмутся за ребят барона крепко-крепко. Из столицы точно нашлют комиссий, трясти опальных демоноборцев. Ничего, сами заслужили. Но говорить об этом громко я, конечно, не буду. Может быть из бывших людей барона получится найти парочку бойцов и к себе в команду. Сделаем Пушкинские Горы великими снова!
Устав от экрана, я отключил телефон и закинул руки за голову, глядя в потолок. Повернулся к Княгине, лежащей рядом. Призрак парила в паре сантиметров над простынёй, сложив руки на груди и по-прежнему нехорошо мерцая. Глаза её были закрыты.
Я попытался дать ей больше энергии, но канал будто забило. Сила едва сочилась в измученную спасительницу. Очень странно.
На исследование проблемы ушло больше часа, но в конце концов я нашёл место повреждения. Удар Свиридова повредил контур Княгини, замяв его. Исправлять такое разом не выйдет. Здесь нужен долгий и кропотливый труд. Ежедневно и по чуть-чуть, ибо грубое решение приведёт к тому, что поток нас связывающий пересохнет, и Княгиня исчезнет.
Чёрт. Я даже представлять такой вариант не хочу!
С контуром подруги я провозился ещё около часа, но зато добился того, что мерцание чуть замедлилось. Глаза напарницы распахнулись, зрачки отыскали меня и губы призрака тронула слабая улыбка.
«Спасибо», прочитал я по ним.
На улицу я в тот день так и не вышел. Слепил себе ещё троих бронемяков( одного сделал мастером) и пару клювобушей. Теперь такая работа давалось значительно проще, спасибо новому рангу.
На обед заказал из грузинского ресторана оджахури, и, забрав у курьера заказ, устроился за столом. Рот наполнился слюной от ошеломительного запаха, и когда я отведал этот кулинарный шедевр с Кавказа, то промычал от удовольствия.
Рррупи на это что-то недовольно заворчал и сделал крики на планшете погромче. Надо с ним что-то делать, заскучал бедолага страшно. Он ведь как в тюрьме здесь. И должно быть стыдно тебе, Илья. Обещал красивый мир, а запер в четырёх стенах. Вот бы его легализовать, а? Сказать, что диковинный зверёк из Камбоджи, домашний и пушистый. Хорошо танцует и, главное, не кормить его после полуночи и не мочить, а то станет диким и лохматым.
Эх, если бы не Первая Церковь, то могло бы и прокатить. Но ведь унюхают святоши его натуру и всё, конец вредному созданию. Мы не то чтобы слишком сблизились, конечно, но… Он мне поверил. А мы в ответственности за тех, кого приручили.
Как бы разрешить его неспособность прятаться за пределами серой зоны, а? Какой-нибудь динамический камфуляж. Оболочку какую-нибудь создать, накачать в неё спор Пожирателя… Хм… Я задумчиво уставился на Рррупи, наслаждаясь оджахури. Кое-какие мысли на этот счёт у меня неожиданно появились. Не знаю, хватит ли мне ранга ученика для такого, но попытаться следовало. Есть же хомяки в пузырях? Почему бы не быть демонёнкам? А потом может и отпустить его на все четыре, а? Пользы от него мне нет, ему же здесь откровенно скучно, а снаружи, где много «крррасивого» опасно.