Танго фрезерных станков (СИ)

— Что? Какого… Ах, да, поняла. Вот, смотри, — она разблокировала комм и положила его передо мной на стол. — Листай, там много, ребята наснимали.
Я листаю. И правда, много — несколько десятков картинок, клановые техники постарались. В кланах много технарей, разборка железа на Окраине — их основной бизнес. Учат их кланы сами, кажется, в их мобильных посёлках есть что-то типа школ, но я не уверен. Про кланы мало что известно. Это именно технари: разобрать, собрать, открутить, прикрутить. Починить машину, мот или кондей — их потолок. По нынешним временам для нерендовых и это много, но вычислительную технику им можно доверить только в вопросе «поднять и переставить».
— Не включали, надеюсь?
— Я запретила.
Вэцэшник сытый. Судя по железу, один из тех, что экстренно ставили в начале Чёрного Тумана. Тогда ещё надеялись спасти ситуацию.
— Он где-то рядом с центром, верно?
— А как ты…
— И высоко, не в подвале?
— Да, верхний этаж… не скажу чего.
Ну точно, один из этих. Их, кажется, собрали три, но я не уверен, что последний успели отладить. Эвакуировали персонал, оставив как есть.
— Твой клан какой район держит? — уточнил я.
— Мы клан Синей улицы, а зачем тебе…
— Уродливое такое здание, утюгом, но высокое, верхние этажи над Средкой. Они новее остальных, их достраивали в расчёте, что туман не достанет.
— Откуда ты…
— Неважно. Догадался. Может, это и не то, что мне нужно…
— Брось, Гарт, я же вижу, — с облегчением заржала Костлявая, — у тебя прям встал на это железо!
* * *
Центров киб-контроля должно было быть восемь, по одному на каждый сектор. Замкнув их между собой, Креон собирался получить «кольцевой вычислитель», супермейнфрейм. Но сначала не успели, а потом они стали не нужны. Креон, поняв, что своими силами кризис не вытащить, нанял кучу «внешников», а с ними пришла технология бионейрокластеров, которые оказались компактными, энергоэффективными, а главное — несравнимо более дешёвыми, чем железные суперкомпьютеры. Один нюанс — работать с ними могут в основном те же «внешники». Они ведут отбор, прогоняя через тесты интиков, но за все годы нашли пару человек, не больше. Интиков мало, а те, кто хоть раз рендовался, уже не годятся. Может быть, «внешники» не сильно стараются, берегут свою незаменимость. Ещё одна критическая зависимость.
Будь тогда у города ещё хотя бы пара лет, мы бы, наверное, обошлись без заимствованных технологий. Кольцевой вычислитель потянул бы проект «киб-сто», промышленность обошлась бы без ренда, население не сократилось бы так сильно, город не потерял бы Окраины… Но вышло как вышло. Кризис развивался стремительно, опасность Чёрного Тумана недооценили, когда спохватились, спасали что могли и как могли. В результате имеем то, что имеем.
Зато у нас появилась Средка.
* * *
С бывшим коллегой встретились в игровом клубе. Азартные игры в их прямой денежной форме запрещены: город не любит, когда токи у рендовых изымают так быстро и беззастенчиво. Однако есть разнообразные формы легальной игровой активности, например, «Бегущий шуздр». По расчерченной на сотню синих и красных клеток доске по сложным правилам передвигаются условные фигуры разного игрового достоинства. Игра медленная и считается «умной», такие суммы, как на электронной рулетке, в неё не просадишь. Поэтому рулетка, тотализатор, «кубики желаний», моментальные лотереи и прочая лудоманская муть скрывается в подвалах под вот такими скучными респектабельными клубами, где не брезгуют посидеть за доской даже вершки. Для публики попроще есть уличные автоматы-«угадайки», где можно попытаться угадать три цифры, три картинки и так далее.
  
Бректон надел маску и электронные очки, но узнать его нетрудно. Худой, высокий, неловкий в движениях, дёрганый неврастеник. Слишком азартный, слишком жадный, слишком бессовестный даже для вершка. Из семейки потомственных промов, ходили даже слухи, что бастард Владетелей. Не дурак, техническое образование, но небрежен, поверхностен и до серьёзного уровня всегда чуть-чуть не дотягивал. Люто завидует «внешникам», получающим оплату в разы больше просто за то, что соизволили к нам приехать. Люто завидует Владетелям, их власти и неподсудности. Люто завидует всем, кого считает умнее, удачливее, талантливее или выше по положению. Люто завидовал мне, будучи моим заместителем. Уверен, приложил руку к моему падению, или, как минимум, пил неделю на радостях.
Я тоже пришёл в маске. Начну разговор анонимно, а там как пойдёт.
— Что вы хотите за мапу? — спросил он и передвинул зачем-то фигуру на доске.
Сделал первый ход партии, сходив кибом «синих».
— Бывшую мапу, — уточнил я.
Подумав: «Почему бы и нет», — протянул руку к доске и перепрыгнул линию «безов» фигуркой коптера «красных». Как будто мы и правда собрались тут ради игры.
— Неважно. Сколько? Учтите, это будет разовая выплата. Обмен мапы на токи. Никакого «вечного шантажа». Состояние мапы мне не критично, готов забрать тело.
Он сходил гвардейцем, атакуя мою главную диагональ, я ответил манёвром Владетеля, делая вид, что буду играть от защиты.
— Сначала несколько вопросов.
— Какого чёрта я должен на них отвечать? Чем больше вы знаете, тем опаснее.
Продолжил атаку, усиливая напор вторым гвардейцем; я снова отступил, подпирая защитную линию армокибом.
— Чтобы по моим вопросам понять, как много мне известно, например.
Он задумчиво поводил рукой над доской, выигрывая время на размышление, потом решился и двинул своего Владетеля вперёд. Бректон всегда предпочитал простые быстрые решения; необходимость думать больше, чем на ход вперёд, его раздражает.
Я сманеврировал гвардией и подпёр фланг вторым армокибом, принимая его игру.
— Спрашивайте.
— Как ты выводишь токи со счёта Миракиты?
Вот тут его проняло — рука, тянувшаяся к фигурке коптера, дрогнула и зависла. Думал он быстро, буквально несколько секунд. Потом принял решение — вместо маневра коптером провёл «линейный рывок» Владетелем, манёвр, который можно сделать раз за игру. Самая мощная фигура врубилась в центр моего защитного построения, вынеся три киба из четырёх. Хочет победить быстро? Ну-ну.
— Она много тратит на игры. Ей не везёт в «угадайку».
Атаку Владетеля поддержала его гвардия, клином взломавшая мой левый фланг.
— Поставил свой автомат?
— Зачем? Просто создал виртуальный с реальным счётом. Приходится платить налоги, но ничто не идеально. Раз вы докопались до Миракиты, то дело хуже, чем я ожидал.
— Даже не сомневайся.
Мой Владетель ушёл от атаки, пожертвовав гвардейцем, и Бректон думает, что он в паре ходов от победы.
— И что тебе нужно?
— Токи, которые у тебя в сумке.
— И всё?
Его Владетель вдвигается на клетку к моему, и ловушка захлопывается.
— И базу ренд-хэшей.
— Откуда у меня может быть…
Мой Владетель делает свой «линейный рывок», вынося разом восемь сильнейших фигур, которые удачно выстроились на одной диагонали. Теперь Бректону остаётся только сдаться.
— Чёрт, — осознаёт он, — я проиграл партию.
— Полностью, Бректон.
— Мы знакомы?
— Достаточно, чтобы знать, что доступ к базе у тебя есть. До того, как стал альфонсом при Мираките, ты промышлял дерендом силовиков для корп. Продавал хэши корповым ломщикам и подчищал контракты. Ты не знал, но шло внутреннее служебное расследование, и, если бы не померший не вовремя Креон, тебя бы вышвырнули к чёрту, и с работы, и из вершков. А Верховный мог просто срубить твою тупую башку. Тебе повезло, что всем стало не до тебя, а потом начальство сменилось. Новым был нужен кто-то такой, как ты, верно?