Расколотое правление (ЛП)

Мой хитрый ум хочет украсть у девушки вибратор для душа, у меня дерьмовое настроение, и я не хочу, чтобы у Пиппы сейчас были приятные вещи.
 4 
 КУИНН 
 
 
Когда я выхожу из офиса Фитца Мортимера, за моей спиной раздаётся хлопок бутылки шампанского, сопровождаемый его гнусным, пронзительным голосом.
— За продвижение и наше светлое будущее. Carpe regnum.
Слова застревают в моей голове, но разум слишком затуманен, чтобы вспомнить, где я слышала эту фразу, слишком занята неотложными мыслями о затруднительном положении моего брата.
Как я могу убедить Сэмми бросить стажировку? Он не знает всего, чем я занималась и действительно считает, что я получила полный курс в ТПУ и оплатила его непомерно высокую стоимость обучения своими выигрышами в покер из онлайн-игр. Мы приехали в Торн-Пойнт за лучшими возможностями, но он не знает, что я продала свою душу тому, кто больше заплатит, чтобы попасть сюда.
Неважно, где зарабатываю деньги. Я согласилась на работу Мортимера, потому что это были легкие деньги, и пока работала, чтобы получить доступ к Колтону, он развлекался тем, что проверял мои хакерские навыки. Он платил лучше, давая мне по штуке баксов за каждую строчку испорченного кода, который я отлаживала для него.
Я крала, лгала, мошенничала — все, что нужно было сделать, чтобы выбраться из некомпетентной приемной системы, в которую мы попали, воссоединиться с братом и выкарабкаться обратно к той жизни, которая у нас должна была быть. Жизни, которую безжалостно вырвали у нас, когда компания Astor Global Holdings выкупила компанию, которую построили наши дедушка и бабушка, и выдоила ее досуха, а затем и наше имущество через лазейку, которая давала им доступ ко всему — пока не осталось ничего.
Самый тяжелый урок, который я когда-либо усвоила, — это то, что мир будет брать, брать и брать, независимо от того, есть ли у тебя что отдать или нет.
Никому не было дела, когда наша бабушка перенесла обширный сердечный приступ и умерла, оставив нас с Сэмпсоном сиротами и без гроша в кармане. Никто не помог.
Вздохнув, я потерла лоб. Я что-нибудь придумаю. У меня всегда получается.
Длинный коридор к лифтам освещен только флуоресцентным светом, исходящим из небольшой зоны отдыха у лифтов. Не могу дождаться спуска на пятьдесят этажей и поездки в свою другую квартиру — ту, в которой действительно живу в Торн-Пойнте, когда не притворяюсь девушкой в беде, запертой в элитной башне Колтона с моим братом.
Забежав в нишу у другого офиса, расположенного рядом с тем, который покинула, я благодарна тени за то, что она укрывает меня, пока я снимаю рюкзак и низко приседаю. Мортимер не читает код. Даже нависая надо мной все это время, он не догадывается, что я ввела команду скопировать файл, открытый на экране Колтона, когда взламывала вход, прежде чем все стереть.
Если это была достаточно важная информация, чтобы он хотел ее стереть, это меня заинтересовало. Я забрала копию в качестве рычага на случай, если мне когда-нибудь понадобится козырь.
Включаю ноутбук и просматриваю содержимое того, что скачала и мои брови поднимаются все выше, чем больше я читаю. Торн, Астор, Стоун, Мортимер — список самых богатых фамилий Торн-Пойнта продолжается. В дополнение к именам есть краткий, путаный абзац о замках и королевствах, написанный как будто наспех. В верхней части страницы даны определения двум латинским фразам — carpe regnum и clavis ad regnum. Захватить королевство и ключи от королевства, согласно переведенному примечанию.
Подожди. Carpe regnum.
Мортимер сказал это минуту назад. Сегодня я тоже слышу это не в первый раз.
Колтон пробормотал это про себя однажды ночью, пока я делала вид, что не замечаю его. Он был в зоне, не замечая ничего за пределами своего поля зрения, отключаясь от окружающего мира.
 
— Черт, — вздохнула я.
Что это, черт возьми, такое? И почему оно было у Колтона?
Лифт дзинькает в конце коридора, звук заставляет мое сердце учащенно биться. Сейчас нерабочее время. Я никогда не видела, чтобы кто-то из персонала задерживался допоздна, когда я тут. Единственные, кого Мортимер держит здесь, это его надутые лакеи.
По коридору раздаются тяжелые шаги, и я замираю, бесшумно закрываю ноутбук и приседаю в тень. Срабатывает инстинкт выживания, отточенный за восемь лет бдительного наблюдения за спиной, когда меня вырвали из хорошей, нормальной жизни и погрузили в суровую реальность мира.
Что-то не так.
Я понимаю, что не ошиблась, когда высокая фигура проходит мимо моего укрытия и входит в офис, который покинула.
— Где эта девушка-хакер, которую ты держишь рядом? — грубо спрашивает он.
Вот черт. Я узнаю его голос.
Таннер Соса. Он один из наемных головорезов, которые таскаются по офисному зданию Мортимера после окончания рабочего дня — в то время, когда меня обычно вызывают на задание. Бывший спецназовец с позорным увольнением, которое было прикрыто такой ерундой, что даже мне было трудно пробиться через бюрократию и отредактированные записи, чтобы выяснить, кто, блядь, следил за нашей квартирой в Каслбруке, прежде чем мне заплатили за сближение с Колтоном. Он так и не нашел меня в доме Колтона в центре города, пока я там оставалась.
— Мы только что закончили. — говорит Мортимер. — Почему?
— Мистер Снайдер поручил аналитику прочесать то, что произошло в замке, и он заинтересовался ею. Я здесь, чтобы задержать ее.
Наступает ошеломленное молчание — и у мужчин в офисе, и у меня. Задержать меня? Какого хрена?
— Какое отношение она имеет к этому? Ее использование исчерпало себя после сегодняшнего задания. Сомневаюсь, что мне понадобится обращаться к ней снова.
Мои глаза сужаются, и неприятное чувство поселилось в моем желудке, как зазубренный камень. Зачем какому-то богатому, заплесневелому белому чуваку посылать за мной частную охрану?
Ответ прозвучал слишком тихо, чтобы я могла его расслышать. Это не имеет значения. Они покончили со мной. Вот к чему приводит то, что я опускаю голову, когда знаю, что дело нечисто, и не задаю никаких вопросов. Моя челюсть сжимается. Легкие деньги всегда слишком хороши, чтобы быть правдой. Я знаю лучше, и теперь в дерьме из-за этого.
Это может быть что угодно. Тот факт, что я расходный материал, занимает первое место в быстром списке, прокручиваемом в моей голове, за ним следует похищение, которое я помогла Колтону раскрыть, чтобы защитить Айлу Вонн, и которое оказалось торговлей людьми. Это было во всех новостях после того, как какое-то торжественное мероприятие за городом закончилось хаосом из-за того, что фейерверк устроил пожар. Жуткая задница фургона Castle Delivery была на заднем плане позади репортера, вызывая у меня мурашки отвращения.
Эти люди готовы убить самых выдающихся наследников в городе из-за украденной информации, и они, без сомнения, сделают то же самое со мной.
— Понятно. — Мортимер звучит недовольно. — Ну, она не может быть далеко. Она взбалмошная, но ушла всего за несколько минут до твоего прихода.
Сапоги Таннера эхом отзываются, выходя в коридор.
— Не проходил мимо нее, она все еще может быть на территории.
Мое сердцебиение замирает. Едва дыша, я отправляю Сэмми закодированное сообщение. У нас закончились хлопья. Это наш сигнал друг другу, что мы всегда найдем друг друга. В последний раз я сказала это, когда его увезли из детского дома, который позволил нас разлучить, оставив меня. Код, который я больше никогда не хотела передавать между нами.
Я не даю ему достаточно времени, чтобы ответить, прежде чем выключить телефон, и как только выхожу из этого здания, моя сим-карта тоже отключается.
Мне не следовало принимать это предложение. Игра в покер была намного безопаснее, чем игра с высокими ставками, в которую втянула своего младшего брата и себя.