Никогда тебя не забуду (СИ)

— Сейчас ничего изменить нельзя. Никогда не обманывай меня! Я ненавижу ложь… — шепчет прямо в губы, отчего приоткрываю их, ожидая долгожданного поцелуя. — Поняла?
Киваю, как болванчик, и сдаюсь. Я растаяла от его речи. Значит, он тоже испытывает ко мне чувства. Пускай никогда и не скажет об этом напрямую…
Но этого и не нужно.
Ринат не медлит, впивается в мои губы. Жадно и всепоглощающе. Наши языки сплетаются в неистовом танце наслаждения. Приподнимаюсь на носочки и обвиваю шею мужа руками. Льну к нему настолько близко, насколько могу.
Страсть, напор и огненный темперамент Рината заставляет каждую неактивную клеточку моего тела активироваться и благоухать.
Желание опалило меня. Жар волной прошелся по телу, сосредоточив всю силу в одной точке…
На наших губах, слившихся в поцелуе.
Янгулов прерывается, убирая мои руки. Дышит тяжело, темный зрачок полностью заполонил пространство. Он возбужден не меньше меня. Но продолжения можно не ждать.
— Мне пора ехать, — произносит сдавленным голосом.
Разочарование перекрывает волну возбуждения, и я отстраняюсь.
— Ничего нового, — пробубнила едва слышно, обнимая себя руками. — Когда тебя ждать? — спрашиваю, придав лицу невозмутимый вид.
Ринат поправляет свою рубашку, фиксирует золотые запонки на рукавах. Как всегда, до неприличия идеален.
— Не знаю. — Пожимает плечами и идет к шкафу, чтобы выбрать пиджак.
Вот куда он такой нарядный собрался? Внутри начинает зарождаться червяк недоверия и следом ревность.
— Думаю, что вернусь поздно. К ужину не жди. И да, Капитолина уехала. Вернется только завтра. — Закусываю нижнюю губу. Мне предстоит еще один день провести в полном одиночестве.
— Можно, я съезжу в город? Не могу сидеть в четырех стенах, мучаясь от безделья. — Вновь делаю попытку выбраться хоть куда-нибудь. Одинокие и пустые дни тихо, но верно сводят меня с ума.
— Нет. Ты же знаешь. — Бьет словами, напоминая мне об участи пленника. — Времена нынче нестабильные. — Напоминает. Не верю, что когда-то будет по-другому. Он же связан с криминалом, рядом с ним всегда будет ходить смерть. — Дома ты под охраной, а значит, в безопасности.
Ничего не произношу в ответ, только тихо наблюдаю, как Янгулов накидывает на себя пиджак и идет на выход из нашей спальни.
— До вечера. — Легкий поцелуй в губы и ветерок, напоминавший о том, что теперь я в комнате нахожусь одна.
Мне судьба преподнесла подарок — одиночество.
Я всегда буду одинока…
Никогда не будет настоящей семьи и истинной свободной жизни.
Подхожу к зеркалу, рассматривая свое отражение: кожа, словно сам снег — бледная. Есть небольшие желтые синяки под глазами. Чувствую себя всю последнюю неделю отвратительно. Мучит постоянная бессонница. Аппетита нет. Не понимаю, с чем связан мой недуг. Хотя есть догадки. Наверное, я слишком много нервничаю.
Скоро именины у друга отца. Берцова Антона Геннадьевича. Не знаю, как подойти к Ринату с этим вопросом. Он запер меня в доме и выходить за пределы участка строго запрещено. Не в моих интересах его злить, проще позвонить и отказаться от посещения под каким-нибудь предлогом.
До обеда я преспокойно провалялась в постели. Встать решилась только ближе к двум часам. Но не по своей воле. Меня жутко начало тошнить.
Подрываюсь с места и бегу в ванную комнату. Едва успев упасть на колени перед фаянсовым другом, мой желудок начал заходить в спазмах, буквально выворачиваясь наизнанку.
Минут десять мне потребовалось, чтобы закончить не самые приятные дела. Ополаскиваю ротовую полость и лицо водой. Однозначно нужно сходить к врачу. Не нравится мне мое состояние. Что-то с организмом не так.
Взяв сухое полотенце, протираю им кожу лица, а затем руки. Внезапный стук в дверь меня заставляет обернуться.
— Анфиса Руслановна, к вам гости. — Слышится голос одного из охранника дома.
Прохожу к двери и открываю ее.
— Кто? — без приветствия задаю вопрос молодому мужчине. Он единственный из охраны, кто вызывает у меня симпатию. Разговаривает культурно и знает свое место, тем временем как его коллеги предпочитают мне «тыкать».
 
— Ваши родители. — Огорошивает меня новостью.
— Родители? — переспрашиваю еще раз.
— Да, они ждут внизу, в гостиной.
— Хорошо, скоро спущусь. Спасибо. — Закрываю перед носом парня дверь, пребывая в легком шоке.
Не ожидала, что они смогут просто взять и прийти ко мне. Мы с ними не общались со дня свадьбы.
Заставлять ждать гостей неприлично. Быстро привожу себя в порядок и спускаюсь в гостиную.
На диване за чашкой кофе расположились родители. Мама выглядит безупречно: модная укладка, макияж, брендовое платье. Отец по сравнению с ней — сник. Лицо осунулось. Он совершенно точно похудел. Темные круги под глазами залегли. Вид небрежный и какой-то растрепанный. Странно видеть его таким, учитывая, что ему нужно часто появляться в публичных местах. Депутат же.
— Здравствуйте! Мама, папа, — выдавливаю из себя едва заметную улыбку, проходя вглубь комнаты.
— Анфиса! Доченька! — Мама вскакивает с дивана и, преодолев между нами расстояние, сильно стискивает меня в своих объятиях. — Я так соскучилась. Мы с папой места себе не находим. — Я слышу, как ее голос дрогнул. — Зачем ты так с нами? — Она плачет?
— Анфиса… — Мать начинает всхлипывать, а я теряться. Никогда эта женщина себе не позволяла такой слабости. И мне вдалбливала в голову, что слезы — это удел слабых.
— Мама, успокойся. — Неуверенными движениями глажу ее по спине, не зная, как реагировать.
— Мы пришли поговорить с тобой. — Отец в своей манере говорит сухо и по-деловому. — Раз ты не выходишь с нами на связь, — напоминает он.
Мама отстраняется, берет меня за руку и ведет за собой.
— Кажется, ты похудела. — Поджимает идеальные губы и усаживает меня рядом с собой. — Доча, тебе здесь плохо? — Не унимается мама, жалостливо заглядывая мне в глаза.
— Тамара! — прикрикивает отец на мать, и она тут же замолкает.
— О чем ты хочешь поговорить? — задаю вопрос отцу.
— Мы очень плохо закончили наш последний разговор. — Вспоминаю, как себя вел отец после моего возвращения, и ощущаю жгучую обиду. Будто это было вчера. Острые чувства. — Я хочу убедиться, что с тобой все в порядке, — продолжив речь, заключает он. Сегодня сплошной день откровений.
— У нас хорошие отношения с Ринатом. Мы притираемся друг к другу. Думаю, со временем сможем стать такой же примерной семьей, как вы. — Льщу скорее маме, чем отцу. Она слишком много делала, чтобы ее брак был идеальным.
— Рад, что мой выбор тебе не в тягость. Мы заехали ненадолго. Завтра вечером мы ждем вас у нас на даче. Ринат знает, — бросает отец и встает с дивана, поправляя пиджак. — Тома, нам пора, — струнит мать, и она нехотя встает с дивана.
— Доченька, я очень жду тебя завтра. — Искренность в ее глазах неподдельная. Она, в отличие от папы, скучает по мне.
Родители прощаются со мной и уходят. Такая короткая и немногословная встреча. С одной стороны, я рада их внезапному визиту. А с другой — отец совсем не переосмыслил свое поведение и ужасный поступок с принудительной свадьбой.
* * *
Время близилось к глубокому вечеру. Сегодня дом был по-особенному пустой. Капитолина уехала к своей знакомой на юбилей. Повара только готовят нам еду и накрывают на стол. В свободное время их не увидишь.
Навожу красоту на своëм лице. По фигуре садится маленькое черное платье. Для него я приготовила очаровательные золотые сережки. Не забываю и про кулон, подаренный родителями. Он всегда со мной, как некий талисман. Фигурка в форме сердца немного вытянута в длину. Острый кончик закруглен. Внутри него узор, который напоминает дерево. В середине этого дерева большой черный бриллиант. Лепестки украшены этим же камнем.
Надеюсь удивить Рината своим образом. Хочу провести с ним романтический вечер. После ссоры, которая произошла сегодня, стоит переступить через себя и пойти навстречу. Нам ведь хорошо вместе, когда нет холодного безразличия со стороны мужчины.