Вертел я ваши кланы! (СИ)
«Кажется, если я заикнусь о тебе — меня разберут на атомы».
«Мне тоже так кажется, — Рики кивнула, продолжая листать объёмную страницу. — Только сейчас начинаю понимать, какая это вообще авантюра. С другой стороны, мне — то терять было нечего».
«Странно, — я задумался, — а зачем вообще закрывать игру, которая поставляет реплики движка?»
«Тут пишут, что копию сделали всего один раз, и с тех пор тиражируют архив. При обнулении искина он в любом случае возвращается в исходное состояние».
«То есть живая игра, как поставщик копий — уже не нужна. А фирма чем занимается?»
«Корпорация Mind Technologies — занимается в основном разработкой оборудования для виртуальной реальности, в первую очередь клонированием движка. Если кто — то хочет создать свой проект — покупают у них готовый движок с базовыми настройками. У них всепланетная монополия. И понять, как работает движок — едва ли не сложнее, чем как работает головной мозг человека. Пока никому не удалось».
«Игра для них — обуза. Я понял. Интересно, сколько стоит движок?»
«Чистый движок стоит 1 тонну золотом. — Рики указала рукой на заметку, посвящённую этому занимательному факту. — Это много?»
«Это … это очень много. Я в ценах не разбираюсь, правда. Посмотри сама».
Неуловимое мелькание экрана — и потрясённый взгляд Рики.
«Столько стоит новый самолёт, на котором мы летели».
«Тогда, пожалуй, не так уж и много. Таких самолётов в мире — тысячи. Ладно, Рики, а сама Аврора во сколько оценивается? Можно её просто выкупить?»
Экран несколько раз мигнул, и замер на статье про Mind Technologies.
«Нельзя. Аврора не продаётся никому и ни при каких обстоятельствах. Потому что только она поддаётся тиражированию, все реплики такой возможности не имеют. Есть, оказывается, даже федеральный закон, который относит Аврору к национальному достоянию. Закрыть можно, передать или продать — запрещено законом».
«Мда… задача, кажется, будет не такой простой».
Только тут я заметил, что мои руки всё это время не двигались и вообще, Рики их не трогала, в смысле, не перехватывала контроль.
«Рики, а ты чем страницы листала?»
«Телекинезом, — обернулась она на меня, — а что?»
Я покосился на маму. Та смотрела в окно и на меня внимания не обращала.
«Вообще это круто, — подумав, ответил я, — буду знать, что так можно. Хотя непонятно, на что сенсор браслета реагирует, я думал он по видеокамере следит за руками. Но это не так важно, работает и ладно. Самое крутое — что ты тоже можешь в магию!»
«Всегда могла. Я же дух, чисто магическое создание. А, ты про то, что я в твоём теле это могу? Да, пожалуй, это круто».
«Давай попробуем кое — что, — я потянулся к бутылке с минералкой телекинезом и подвесил её перед собой. — Я буду держать минералку, а ты её нагрей, только чуть — чуть».
Рики кивнула, и через несколько секунд из минералки побежали пузырьки газа. Взяв бутылку рукой, я почувствовал, что она ощутимо нагрелась.
«Офигеть! Мы можем делать что — то параллельно и независимо друг от друга! Крутяк!»
«Это поможет нам навести шороху в академии?» — Рики улыбнулась.
«Да мы там всех порвём!»
Я откинулся в кресле. А жизнь — то налаживается!
Пока добрались — дождь прекратился. Приехали на огороженную территорию, к большому дому в классическом стиле. Даже очень большому, скорее не дому, а особняку. Явно здесь проживает не один Пётр Александрович, а ещё человек двадцать, не меньше. Не удивлюсь, если Патриарх окажется древним дедом, восседающим на троне. Вообще — то он приезжал к нам, видимо, посмотреть на меня. А может, увидеть мою маму. А впрочем, что гадать. В любом случае я его не помню, и при встрече, наверное, не узнаю.
Пётр Александрович встретил нас на пороге дома. Прямой, высокий, статный. С проседью в чёрных волосах и короткой пышной бороде. На вид ему было лет 50, вряд ли больше. Загорелое, обветренное лицо, проницательные голубые глаза. Одет он был по — простому, лёгкие брюки, рубашка навыпуск.
— Ну здравствуй, внучка! — дед распахнул объятия.
— Здравствуй, дедушка! — легко поздоровалась с ним мама и обнялась.
— А ты, значит, Миша, — дедушка оценивающе оглядел меня с ног до головы, и протянул руку.
— Приятно познакомиться, — я пожал руку. Как в тиски попал, думал всё, хана костям.
— Ну, пойдёмте в дом, освежитесь с дороги, да давайте к столу, позавтракаем да поговорим заодно.
Какая — то девушка лет двадцати показала нам наши комнаты. Скромное убранство, почти аскетичное. Мне досталась маленькая комнатушка, однако, со своим туалетом и душем. Видимо, специально гостевая.
По — быстрому ополоснувшись, я переоделся в свежее. Мама предупредила, что на всё про всё у меня максимум 15 минут, так что я постарался по — быстрому. Вроде уложился. Когда я открыл дверь из комнаты, мама как раз занесла руку постучаться.
— Идём. Дедушка очень не любит ждать, — мама убрала с моей футболки невидимую соринку.
«Кажется, она очень волнуется», — подала голос Рики.
«Будешь тут волноваться…» — буркнул я в ответ.
Дедушка ждал в столовой один. Длиннющий стол, за которым, наверное, спокойно уместились бы человек пятьдесят, был пуст. Только с одного края, возле деда, стояли тарелки и стаканы.
Только теперь я почувствовал, что проголодался. На завтрак оказалась яичница с беконом, отлично! Самое то!
— Давайте, ешьте, вон у Мишки глаза голодные, — дедушка одобряюще улыбнулся, — разговоры подождут.
Уговаривать меня не пришлось, я смёл завтрак подчистую за минуту. Дед тоже на аппетит не жаловался, а вот мама едва притронулась.
— Значит, открылся у тебя Источник, — приступил дед к расспросам, как только заметил, что я насытился. — Как это произошло?
— Я в игру с полным погружением играю, — мама заранее меня проинструктировала, что от деда скрывать ничего не надо, — в ней я мага отыгрываю. Ну и перепутал игру с реальностью. Забыл, что я уже из игры вышел.
— Ну, хорошо хоть, полетать не задумал, — усмехнулся дед.
— Летать я не умею, — развёл я руками.
— По секрету скажу, — дед наклонился ко мне, прикрыв рот ладонью, чтобы его типа только я слышал, — я тоже летать не умею. Если у тебя получится — научишь потом.
Я машинально кивнул. Так — то дед норм оказался, чего мама так волнуется?
— Ладно, а что умеешь?
Мама едва заметно кивнула мне. Ну хорошо.
— В реале попробовал только телекинез и файербол, а, ещё нагреть воду попробовал. В игре много чего умею, но в реале пока не пытался, да и боязно немного, там — то если умер, то ничего страшного, а здесь можно и совсем, ну, того…
— Поймай! — тарелка деда внезапно полетела по дуге через весь стол.
Я проводил её взглядом, перехватил, затормозил, вернул обратно, мягко опустил на стол. Этот фокус, только не с тарелкой, а со стрелами, когда в тебя стреляют, я проделывал много раз.
— Неплохо для новичка, совсем неплохо, — дед удовлетворённо покивал. — А огонёк покажи?
Я выставил ладонь и сформировал плотный сгусток огня. Дед потыкал в него пальцем и остался доволен.
— А почему вас с мамой мой огонь не обжигает? — задал я интересовавший меня вопрос.
— Так родня мы потому что, — дед усмехнулся, — ну и ты вроде как нам зла не желаешь. Вот если пожелаешь, то огонь жечь начнёт. Но такой — не сильно. Поднять температуру сможешь?
Представил, что огонь в руке становится горячее. Сам я жара не чувствовал, свой собственный огонь и мне вреда не причинял. Но температура явно росла — цвет сменился с рыжего на жёлтый, потом на белый. Воздух над рукой колебался, как над кастрюлей с кипятком. Становилось уже тяжело, к тому же огонёк ощутимо тянул ману из Источника. Какой там запас?
«Сейчас, попробую оценить», — Рики подала голос.
Почти на границе поля зрения появилась привычная голубая полоска, такая же, как в игре. Почти полная, но в красной рамке — расход превышает скорость пополнения.