Баллада о Великом Маге (СИ)

Как ни пытался Тео угомонить друга, как ни уговаривал его пойти домой и все обдумать как следует, Магос не обращал никакого внимания ни на какие увещевания. Тео взглядом проводил его широкую спину, исчезнувшую в дверях таверны. Он решил не идти за ним и устало побрел домой.
***
Шли дни и недели. После тогокак Тео по указанию Магоса в грубой форме отказался работать на мелких торговцев, никто не желал больше иметь с ним дела. Изредка ему перепадала тяжелая работенка по разгрузке телег, и иногда ему доверяли продавать кое-какую мелочь в самые жаркие дни на забитой до отказа торговой площади. Тех грошей, что он получал за свой труд, едва хватало на еду и оплату жилья у старой гномьей четы. Но ко всему этому прибавлялись непомерные счета Магоса из борделей, игорных домов и таверн. Все просьбы Теодора укрыться в провинции и переждать год-другой, пока ситуация наладится сама собой, Магос, редко теперь бывающий в трезвом уме, отвергал в резкой форме, будучи уверенным в том, что ему очень скоро удастся посмотреть в нахальное лицо капитана Джеронина, когда он снова будет на коне. Но работы так и не подворачивалось, а когда Тео подыскивал товарищу мелкие заказы в Глудио и Глудине, маг презрительно отказывался, называя Тео глупцом.
— Верь в меня, малыш. Не будь я Магос. Скоро мы с тобой выберемся из этого болота и, как прежде, заживем на широкую ногу.
Шли месяцы, но ситуация с каждым днем становилась все хуже и хуже.
Одним утром по дороге на рынок Теодора догнал худенький мальчонка. Он сказал, что работает в таверне на арене за городоми что Магос в беде и просил найти его, Тео. Он обещал мальчишке сто аден за то, что тот сбегает в город и приведет его рыжеволосого друга.
Тео злобно чертыхнулся, посетовал, что снова потеряет рабочее место, сунул мальчишке в руку пару монет и обреченно побрел за ним к северным вратам. Отступив левее от основного тракта, они углубились в негустой лес и, пройдя сквозь него по проторенной дорожке, очутились на небольшой опушке. В укромном месте было организовано ристалище, окруженное десятком домов, большую часть из которых составляли трактиры, гостиницы и ломбарды. Арена молчала после вчерашних боев. Пьяные храпели под заборами. Кто-то уже снова сидел с бутылкой у входа в кабак. Мальчишка провел Тео к дому управляющего и, махнув в сторону приоткрытой двери и получив от молодого человека остаток обещанной суммы, довольный скрылся за конюшнями.
Тео вошел в дом. В небольшом холле за круглым столом сидел усталый и небритый Магос. Тео не видел его последние несколько недель, но ему показалось, что за это время маг постарел на десяток лет. Голова мага висела на широкой шее, руки были связаны и лежали перед ним на столе. Рядом стоял невзрачный упитанный человечек средних лет в помятом костюме. Его окружали четыре амбала с топорами.
Завидев Тео, Магос приподнял голову и хотел было улыбнуться своей когда-то белоснежной обворожительной улыбкой, но человечек, явно хозяин всего этого увеселительного местечка, встал между Магосом и Тео и, представившись как Даггин, обратился к молодому человеку противным высоким скрипящим голосом:
— Магос заявил, что он Вас знает, что Выего други Вы не оставите его в беде в этом сложном для него вопросе.
Тео сухо смотрел на человека, пытаясь выловить глазами лицо товарища, но человечек в костюме, словно нарочно, не давал ему заглянуть себе за спину.
— Ваш друг Магос задолжал нам большую… — нет, очень большую — сумму денег. С любым другим человеком я бы немедленно расправился по своему усмотрению. Но Магос в былые времена выполнял для меня кое-какую работенку, и я подумал, что негоже поступать неучтиво со столь уважаемым человеком, — Даггин усмехнулся. — Так вот, — продолжил он, — просто заплатите мне, и я тут же отпущу вашего друга. В противном же случае… — управляющий запнулся.
— Вы хотите отдать его в руки охраны? — обеспокоенно спросил Тео.
Человечек засмеялся, и амбалы расхохотались вместе с ним.
— Да что мне с того, что его посадят? Нет, — лицо человека исказила безобразная ухмылка, — я поступлю с ним таким образом, чтобы все в округе знали, что со мной шутить не стоит. Уж поверь, его тело будет болтаться на указателе между Гираном и Дионом, пока его не сожрут дикие звери. И знаешьчто? Я даже не позволю тебе снять его и провести достойный обряд погребения.
 
Тео в гневе сжал кулаки, но, упершись взглядом в охранников, тут же постарался держаться спокойно.
— И сколько Магос тебе должен? — пытаясь унять дрожь в голосе, спросил Тео.
— Четыре миллиона, — небрежно ответил Даггин.
Тео замер, не в силах выговорить ни слова. Еще лет пять тому назад они бы с легкостью нашли такую сумму, но в теперешних условиях даже полмиллиона собрать было ему не по силам.
«Ах, если бы Тэль-Белар был рядом, — промелькнуло в голове у Тео. — Как он мог так предать нас? Ведь именно после его ухода Магос стал все сильнее нарушать закон, именно уход Белара стал причиной тому, что Магос потерял всякую честь и стыд».
Управляющий сделал резкий шаг влево, и Магос предстал перед взором Тео.
— Ты меня не оставишь, нет же, дружок? — прохрипел Магос, не в силах даже поднять голову.
Тео на ватных ногах подошел к столу и, присев на стул рядом с Магосом, уставился в его полузакрытые глаза. Лицо пожилого мага было украшено синяками, правый глаз и вовсе заплыл.
— Это ничего, — прошептал чародей. — Двух из шести верзил мне удалось спалить, прежде чем они забрали мой меч…
— Да, меч, — усмехнулся Даггин, крутя в руках тонкий изящный меч Магоса. — Красивая штучка. Если учесть его стоимость, то Магос должен нам лишь три с половиной миллиона.
— Ах тысобака, — прошипел Магос, пытаясь подняться, но тут же бессильно опустился на свое место. — Это Меч Избранных. На его крафт пошли полсотни единиц энрии, а также кристалл редкого розового сапфира размером с кулак. Это один из лучших магических мечей в южной части света. Он стоит миллиона два — не меньше. Он зачарован волшебным камнем жизни…
Толстякснова неуверенно повертел в руке светящийся меч.
— Не вижу никакого волшебства, — пожал он плечами.
— Это потому что его надо уметь использовать, — отозвался маг.
— Не разбираюсь во всех этих тонкостях, — усмехнулся человечек, — пятьсот тысяч — и ни аденой больше.
— Тео… — Магос посмотрел на Тео видящим глазом. — Ты сможешь достать деньги?
Тео нагнулся к самому лицу мага и прошептал:
— Даже если я продам все свои вещи и кинжал, что ты мне подарил, я наберу от силы полмиллиона. Но ты можешь предложить ему свою робу.
Магос дернулся на стуле, словно по нему пробежал разряд молнии.
— Отдать Робу Кошмаров?! Да ни за что! — вскричал он. — Пусть лучше похоронят меня в ней.
— Магос, — пытаясь успокоить, продолжал убеждать его Тео, — если они тебя убьют, то все равно заберут твою робу себе. Отдай ее под залог. Мы постараемся ее выкупить, а если нет — жизнь по-любому дороже.
Магос с ненавистью глянул на Тео, затем на управляющего.
— Я все слышу, — раздался за их спинами визгливый голос. — Эта роба… Я не верю, что она так уж много стоит.
— Она стоит больше четырех миллионов, это уж точно, — уверенно заявил Тео.
— Хорошо! По рукам, — усмехнулся человечек. — Забираю меч и робу.
— Так не честно — меч ты должен отдать! — Тео хотел было возмутиться, но четверо с топорами обступили его.
— Это мое последнее предложение, — Даггин кивнул головой в сторону Магоса, и один из амбалов, схватив мага за волосы и прижав его голову к столешнице, замахнулся над ним топором.
 
— По рукам, — крикнул Тео.
Топор был опущен, руки Магоса развязаны. И после того как Тео помог обессилевшему другу раздеться, друзья были отпущены на все четыре стороны.
Огромных трудов стоило Теодору дотащить грузное обмякшее тело Магоса до города. Тот то проваливался в глубокий сон, то порывался броситься назад, с тем чтобы покарать обидчиков. Наконец Тео довел Магоса до дома и, оставив отдыхать, вышел подышать душным воздухом промышленного уголка Гирана. Он задолжал за комнату за несколько недель и понимал, что им с Магосом следует, скорее всего, подыскать себе жилье поскромнее. Да и работу теперь придется снова искать.