Сочеванец (СИ)

– Слушай, друг, а давай с нами в сорок второй век. Мне твоя поддержка очень нужна там. Поверь, нам там не придётся скучать, – предложил я Ваньку.
– Ну-у..., – начал Ванёк.
– Прощу прощения, – прервал его Григорий Иванович, – но в данном случае необходимо спросить у Барди – возможно ли это.
– Да-да, точно, – понял я Иваныча. – Барди, а мы сможем взять с собой моего друга Ваньку? – спросил я по-сочевански у Барди. – Он умный, а ещё он бывший спортсмен – будет очень хорошим сочеванским разведчиком.
– Мне приятно, что у тебя есть такие друзья в этом времени, но, увы..., – недоговорил Барди.
– Я понял. Значит нельзя, – перебил я Барди и грустно посмотрел на Ванька.
– Извини, Сергей, но у нас только три возможных места для переброски, – сказал Барди с серьёзным лицом.
– «Три места» – звучит, как о местах в автобусе, – попытался улыбнуться я. – Автобус времени – это замена названию «машина времени»! – попытался пошутить я, но никто из воспринимающих сочеванский язык не понял меня. – А когда мы прибудем в сорок второй век, возможно, будет вернуться за Ваньком? – не терял я надежды.
– Только Аросо-Кон ведает об этом, но мне кажется, что это маловероятный сценарий, – утверждал Барди.
– Почему же? – спросил я.
– Тиронцы – очень рациональный народ. И если ты, Сергей, показал свои возможности и стремление в борьбе за справедливость, то о твоём друге, извини, им ничего не известно.
– Я попытаюсь убедить Аросо-Кона, – сказал я и повернулся к Ваньку.
– Ну, что там, что там? – с искрой в глазах спросил Ванёк. – Я решил, что очень хочу с вами в будущее и участвовать во всех этих ваших захватывающих мероприятиях.
– Э-э..., – не знал я как начать. – Видишь ли, Ванёк, именно в этот сеанс переброски не получится тебя взять с собой. Но обещаю, как только я прибуду туда, сразу же займусь этим вопросом. Сколько бы там времени это не заняло, всё равно, если я смогу опять воспользоваться временным порталом, то вернусь именно в то время, в тот час, в ту минуту, в которую мы расстанемся с тобой.
– Ясно..., – опечалился Ванёк и опустил голову.
– Кстати, а ты проведёшь нас?
– О, конечно, – обрадовался Ванёк. – Я так хочу посмотреть, как это произойдёт.
– Меньше чем через два часа мы должны быть на нашей строительной площадке, а проходить через охрану – не вариант. Там где-то в кустах была пробоина в стене. Ты не в курсе, где именно? – спросил я Ванька.
– Конечно, знаю. Не раз замечал как Саня Головатый через эту пробоину цемент «налево» тягал.
– Отлично! Тогда вызываем такси и выдвигаемся туда, – сказал я. – Иваныч, я пока закрываю ноутбук. Включу тебя уже на месте переброски.
– Хорошо, Серёжа, – ответил мне электронный спикер.
Переодевшись с Латирой в чёрные комбинезоны, обув левитационные ботинки и натянув рюкзаки, в один из которых я положил свой ноутбук с Иванычем, мы вчетвером вышли на улицу, где нас уже ждало такси. На дорогу к южной стороне строительного объекта заняло около сорока минут. По приезду на указанное место я расплатился с таксистом, а остальные деньги, что у меня были, отдал Ваньку. Сам же таксист с интересом рассматривал мой комбинезон и ботинки, когда я сидел на переднем пассажирском сиденье, и даже поинтересовался – не байкер ли я, на что был получен утвердительный ответ.
Пока мы шли пешком к ограждению строительной площадки, Ванёк расспрашивал меня о тех «чудовищах», которые выскочили на нулевом этаже. Ну, я ему и рассказал о бульбульцах и о маскировке под них, на что он рассмеялся и сказал, что у меня, действительно, теперь началась жизнь, наполненная интереснейшими событиями.
На поиски пробоины в стене Ванёк потратил совсем немного времени, что очень обрадовало нас, так как до сеанса переброски оставалось не более десяти минут. Но дальше всё пошло уже нет так гладко, как в предыдущие часы. Как только мы пробрались на территорию стройки, как назло, в это время совершал дежурный обход патруль охраны, и, прям, нос к носу мы столкнулись с ними.
– Кто вы такие? – спросил один из двух охранников, которые светили нам в лица фонариками, и, видимо, по причине своего нетрезвого состояния не узнавали во мне и Ваньке работников этого предприятия. – Кто вы такие я спрашиваю? Как вы сюда попали?
 
– Что-то лица у вас знакомые, – сказал второй охранник, по голосу которого я узнал Петровича – старшего смены охраны.
– Мы заблудились немного, – стал отвечать я виноватым голосом.
– Как-то странно вы одеты... Сталкеры что ли? – спросил Петрович, посветив нам на рюкзаки. – Или обычные воришки?!
– У нас осталось мало времени, – шепнула мне Латира, посмотрев на хронометр на своём рукаве.
– Вот это техника! – воскликнул первый охранник, увидев этот хронометр. – Да они же шпионы от компании-конкурента!
– Бежим!!! – крикнул я, подхватил Латиру под руку и рванул, что есть силы, в сторону нужного нам здания. Одновременно за нами сорвались с места Ванёк и Барди, а за ними сразу же и охранники.
– Стой! Стой! Стрелять будем! – кричал Петрович.
«Не будут. Не такое это уж и нарушение», – подумал я и продолжал бежать, но вдруг прозвучали выстрелы.
– Сейчас я их обезврежу! – крикнул мне Барди.
– Не стоит, Барди. Они в воздух стреляют. Не имеют права в нас стрелять, – уверял я его.
Но прозвучали ещё выстрелы, и послышался свист пуль рядом.
– А-а! – закричал Ванёк. – Меня подстрелили!
– Держись, Ванёк! – я остановился и стал поднимать упавшего Ванька.
– Ну, всё, моё терпение лопнуло, – как-то спокойно сказал Барди, потом повернулся и с его рукава вылетели два красных объёмных луча, которые поразили охранников и остановили их. – Некоторое время постоят спокойно... Что там у него? – поинтересовался Барди за Ваньку.
– Похоже, что по ногам стреляли, – ответил я ему. – Ты как? Нормально? – спросил я у стонущего Ванька.
– Болит. Но видно, не «огнестрел» – с «травмата» стреляли. Но всё равно очень больно.
– Сейчас заживлю, – подошла к нему Латира и посветила на него со своего рукава. – Только давай пошевелимся, а то опоздаем. Показывай, куда попали.
– В бедро и ягодицу.
– У нас осталось пять минут, – сказал Барди, посмотрев на хронометр Латиры, который отображал обратный отсчёт в местных единицах времени. – Если не успеем, второй возможности может и не быть.
– И на шум сейчас остальные охранники сбегутся, – добавил я. – Вот уже этот подъезд. Нам осталось только подняться на четырнадцатый этаж.
– Снимай штаны! – крикнула Ваньку Латира.
– Может не стоит штаны снимать? Как-то стеснительно, – робко сказал Ванёк.
– Быстро снимай, а то останешься здесь! – ещё громче крикнула Латира.
– Ванёк, давай, не задерживай нас! Ты мне друг или не друг! Будь мужиком – я же тебя рекомендовал в нашу группу разведчиков! – уговаривал я Ванька.
– Ну, ладно, ладно, – Ванёк стал стягивать свои джинсы, обнажив застиранные обесцвеченные семейные трусы. – Вот здесь и здесь сильно болит, – показал он обширные красно-синие гематомы на задней части бедра и ягодице. – Не могу ногу разогнуть.
– Не дёргайся, – Латира активировала на своём рукаве «заживитель» и провела шевелящимися неоновыми лучами вдоль Ванькиного бедра. – Всё. Бежим наверх.
Ванёк натянул джинсы, поднялся на ноги и даже два раза подпрыгнул, удивившись отсутствующей боли от ранений, но, увидев, что мы уже вбегаем в подъезд, ринулся за нами. Четырнадцать этажей и двадцать восемь пролётов мы преодолели, как спринтеры на стометровке, при этом мне удалось на ходу включить ноутбук, чтобы активировать Григория Ивановича.
– Как удачно сложилось – не надо двери отжимать, – сказал я, увидев отсутствие лифтовых дверей на четырнадцатом этаже и посмотрел на Ванька.
 
– Не смог я сегодня работать, поэтому отпросился пораньше. Ну а Головатому эти двери вообще «по барабану», – оправдывался Ванёк за неустановленные согласно наряду лифтовые двери.
– Значит, судьба так распорядилась, – сказал я. – Ну что, Ванёк, будем прощаться. И, вероятно, для тебя это расставание будет не больше минуты, а для меня, возможно, долгие месяцы или годы.