Сочеванец (СИ)

– Всё хорошо, папа, – ответила Латира.
– Да, достопочтенный Лидер, с нами всё в порядке. Мы отдохнули на «Приджеле» и готовы приступить к боевым заданиям, – отрапортовал Бельгазо.
– Сначала нам надо разобраться, как избавиться от тиронских кораблей-разведчиков, которые фиксируют все наши шаги. Но наших технологий пока недостаточно, чтобы противодействовать тиронской разведке, – сказал Лидер Мадин.
– Папа, у нас есть Сергей, – вдруг сказала Латира.
– Какое-то повышенное внимание к моей персоне, – высказался я, осматривая беглым взглядом окружающих меня людей, которые почему-то возводили большие надежды на мою помощь.
– Сергей, насколько мне известно, ты нашёл в резервации бульбульцев искусственный интеллект, обладающий знаниями до Новой эры. Так ли это? – спросил Мадин.
– Да, нашёл. И уже успел воспользоваться некоторыми его услугами, – ответил я.
– Способность к языкам? – спросил Мадин.
– В том числе и способность к языкам, – подтвердил я.
– Наши «наблюдатели» были очень удивлены, когда ты заговорил с ними по-бульбульски, – сказал Мадин.
– Какие «наблюдатели»? – спросил я.
– Внедрённые в общество бульбульцев и замаскированные под них. Это биологи Сочевана. Так они изучали эволюцию собачьей жизни, находясь в непосредственном контакте с её представителями. Ну и все поселения нашпигованы фиксирующими устройствами, которые в полной мере освещали быт бульбульцев... И твои передвижения тоже, Сергей.
– Папа, ты знал о Сергее с самого начала? – удивилась Латира.
– Ну почти, – ответил Мадин, а я стоял ошарашенный от осознания того, что все эти месяцы сканировался тысячами глаз. – Дроны заметили Сергея, когда он появился в пустыне, – продолжал Предводитель. – Но вот само место или портал, откуда он прибыл, к сожалению, обнаружить не удалось.
– Это шахта лифта, – сказал я грустно, понимая, что поиски обратного пути сильно усложняются.
– Ничего, совсем ничего не смогли найти дроны даже при более тщательной проверке всей пустыни, – с сожалением сказал Мадин, заметив, что я немного расстроенный.
– Значит, вы знаете и то купольное строение, куда я ходил на обучение? – спросил я.
– А вот это уже нет. Нам не известны некоторые твои шаги. Видимо, срабатывали глушилки разведгрупп тиронцев, поэтому не вся информация передавалась нам.
– Я думаю, Сергей нам поможет найти то купольное строение. Правда, Сергей? – с улыбкой спросила Латира.
– Конечно, помогу. Но позвольте поинтересоваться ради любопытства - зачем вам тот искусственный интеллект?
– Я отвечу, – опередил остальных Ворди. – Дело в том, что во время Глобального Кризиса Человечества были потеряны почти все результаты достижений в различных сферах жизни людей. И, хотя, мы уже догнали и, скорее всего, давно перегнали в развитии людей того двадцать восьмого века, но всё же уверены, что искусственный интеллект того купола владеет информацией, которая поможет в большей степени укрепить нашу цивилизацию в технологиях для достойного отпора давлению тиронцев.
– Я не очень разбираюсь в этом, но, наверное, вам виднее. Поэтому я обязательно познакомлю вас с Григорием Ивановичем, и он, возможно, чем-то поможет сочеванской расе, – твёрдо высказался я.
– Похвально, Сергей, – обрадовался Предводитель Мадин. – Сегодня отдыхайте, а завтра с утра выдвинетесь на «Приджеле» к бульбульской резервации.
  
Глава 9
 
Провёл ночь я в квартире для гостей, которая находилась неподалёку от того места, где встретился с Предводителем Мадином. Но в отличие от приёмной Лидера, моё временное жилище было оснащено панорамными окнами по всему периметру, поэтому мне посчастливилось увидеть окрестности города в лучах заката солнца, постаревшего на две тысячи лет. Как я и рассказывал ранее, архитектура зданий сочеванцев имела шарообразную форму, но вот сами строения имели цвет не только зелёный, но и синий, и жёлтый. Видимо, тогда при быстром приземлении синий и жёлтый цвета слились в одно целое для моего зрения, и поэтому  показалось существенное преобладание зелёного. Структура же поверхности домов напоминала живую растительность, что-то вроде мха, в котором гнездились многочисленные птицы. Некоторые люди из нашего времени подумали бы, что это не эстетично расселять птиц в стенах своих домов, что продуктами жизнедеятельности этих крылатых собратьев всё вокруг загадится. Но не тут-то было. Люди будущего рационально продумали соседство с представителями фауны и запустили достаточное количество дронов-уборщиков, которые своевременно реагировали на возможное нарушение чистоты города. Урбанизированная футуристичность выглядела в то же время гармонично и с природой. Никакого смога над городом не было заметно, а воздух казался мне ароматным и свежим, когда я вышел на террасу подышать воздухом. Периодически над городом кружил различный транспорт сочеванцев – как местный, так и межзвёздный – который не издавал никаких звуков, и поэтому не вносил дискомфорт в жизнь горожан. С высоты пятидесяти метров было заметно, что сочеванцы передвигаются не только на вспомогательных средствах, но и пешком. Поэтому я решил, что по истечении командировки к бульбульцам, вернусь сюда и прогуляюсь улицами 4127 года.
 
На следующий день мы отправились в сторону бульбульской резервации уже сформированной командой, в состав которой входили: Латира, Ворди, Бельгазо и я. Расстояние от штаб-квартиры Сочевана до территории бульбульцев составляло почти пять тысяч семьсот километров, которое «Приджел» преодолел за две с половиной минуты с максимальной высотой подъёма в двадцать семь километров над уровнем моря. На такой огромной скорости, даже при высоком подъёме, трудно разглядеть, как изменился рельеф местности за две тысячи лет, но, как сказал Ворди, я успею ещё насмотреться на планету в разных её уголках.
«Приджел» припарковался в скрытом бункере пустыни, примерно в тридцати километрах от границ резервации, чтобы не привлекать к себе внимания. Дальше, одев вакуумные рюкзаки и защитные шлемы, мы двинулись на левитирующих скоростных ботинках, и через пятнадцать минут прибыли к туннелю, ведущему в бульбульский лес. Сам же туннель вывел нас на неизвестную мне густо поросшую местность.
– Отсюда сможешь сориентироваться? – спросил меня Ворди, когда мы спустились на землю.
– Нет, Ворди, я не настолько хорошо знаю этот лес. Дорогу могу найти только от ворот того поселения бульбульцев, где прожил последние полгода своей жизни, – ответил я, осматриваясь вокруг.
– Тогда надо идти к тому поселению пешком, – решил Ворди.
– Переодеваемся? – спросила Латира.
– Да, другого выхода нет. Если заметят нас в таком количестве, то это может вызвать панику у бульбульцев.
– Преображаемся, ребятки, – сказал Бельгазо, после чего отстегнул лямку на рукаве комбинезона и что-то нажал на своей электронной панели.
Из рюкзака Бельгазо, как паутина, вылезла некая субстанция и стала обволакивать его голову, прорезаясь во рту, ноздрях, глазах и ушах. Обтекая шею Бельгазо, эта субстанция заползла под комбинезон и через пару секунд вылезла из-под его рукавов на кисти. И вот уже Бельгазо – это бульбулец с обезьяне-собачьими чертами лица и крупными лапами с повышенным волосяным покровом. Живой костюм бульбульца органично обтянул тело сочеванского парня.
– Браво! – коротко поаплодировал я такому преображению. – А не упреешь в этом костюме?
– Наоборот, даже лучше, чем без него. В костюме такого класса предусмотрена терморегуляция и обмен веществ с окружающей средой, – объяснял Бельгазо.
 
– И ты вот в образе бульбульца пойдёшь в таком современном комбинезоне? – продолжал я его расспрашивать.
– Ох, Сергей, конечно же, всё предусмотрено. Вот, смотри, – Бельгазо опять воспользовался панелью на запястье, и комбинезон перестроился в одежду простецкого старославянского  покроя – такого же, как носят бульбульцы.
– Теперь понятно, – сказал я спокойно и заметил, что Латира с Ворди уже тоже преобразились в бульбульцев.