Космодесантник поневоле (СИ)
Не знаю уж, чем они тут стреляют: мыльными пузырями, флажками или лазерными лучами, но, судя по всему, ничего удобнее пистолетов, дубинок и длинных ножей у человечества придумать не получилось? Не, ну а какие ещё могут быть варианты? Волшебные палочки? BFG9000[1]? Ракетницы Гатлинга[2]? Смех смехом, но нужно не забывать, что не все оно то, чем кажется с первого взгляда. Пистолеты и впрямь могут стрелять лазерными лучами, а короткие клинки в ножнах — это какие-нибудь джедайские гладиусы[3]. Впрочем, пистолетов и мечей мне никто пока не показывал, а вот дубинки выглядели примечательно. Длиной сантиметров по восемьдесят, с рукоятями из серого металла и небольшими светлыми выступами на концах. Электрошокеры? Или что-то похожее?
Эти трое определенно прибыли по мою душу, но кто они, я пока что не понимал. Солдат видел в космопорту, но у тех форма выглядела иначе. Наверное, это и впрямь полицейские, и переживать особо не стоит. Документы у меня в полном порядке, и ничего я вроде бы не нарушил. Ведь вряд ли у них тут запрещено сидеть на траве. Задницей в смысле сидеть, а не то, что сразу приходит в голову.
При этом все трое выглядели совсем не опасными. В машине у них никого не осталось, дубинка была в руках только у азиата, который в этой тройке был старшим. Идут уверенно, на лицах спокойное безразличие.
Все эти мысли пронеслись в голове за пару мгновений, когда мужчины приблизились и встали вокруг меня треугольником. Двое зашли с боков и замерли в расслабленных позах. Азиат остановился в двух метрах напротив и смерил меня недобрым оценивающим взглядом.
— Какие-то проблемы? — уточнил я, краем глаза следя за белым и мексиканцем.
— Сержант Хоул, служба охраны порта, — представился азиат и добавил: — Кто ты такой? И чем здесь занимался?
— Смотрел, как взлетает корабль, — спокойно пояснил я. — Меня зовут Александр. Документы могу предъявить.
И вроде бы ничего такого он не спросил, но ситуация нравилась мне все меньше и меньше. Подошли, встали как гопники, разговаривают как провинциальные мусора. При этом каждый ниже меня на голову, но ведут себя нагло. Настолько уверены в своей силе? Или у них такое в пределах нормы?
— Смотрел, как взлетает корабль… — сержант усмехнулся и покачал головой. — Документы покажешь в конторе. Сейчас руки медленно за голову и становись на колени! Давай шевелись!
— А не пойти ли вам на хер с такими запросами? — так же спокойно уточнил я. — Друг к другу. Так и допрыгаете до машины…
Нет, тот я с Земли не стал бы спорить с тремя вооруженными мужиками. Да только тут уже не Земля… Возможно, какие-то блоки в сознании, но у меня и в мыслях не было делать то, что он приказал. Воин никогда не опустится на колени. Эти идиоты просто не понимают, кто перед ними стоит.
Язык у местных чем-то похож на русский. Такой же емкий и образный, и смысл сказанного сержант понял в ту же секунду.
— Ах ты ж тварь, — прошипел он и, резко выбросив руку ткнул меня палкой в живот.
Тело среагировало само. Уйдя влево, я поймал Хоула за запястье и ударом ноги опрокинул на землю шагнувшего ко мне мексиканца. Вывернув кисть, я забрал у сержанта дубинку и коротко пробил локтем в грудь. Тело второго противника ещё только падало на траву, когда я оттолкнул Хоула в сторону, коротко ткнул его палкой в бедро и шагнул в сторону третьего.
К слову, у этого парня с реакцией был полный порядок. Мгновенно оценив ситуацию, он выхватил пистолет, но навести его уже не успел. Палка описала короткую дугу и ударила парня в запястье. Хрустнула кость, пистолет отлетел в сторону. Тело несостоявшегося стрелка конвульсивно дернулось, и он кулем завалился на траву.
Заметив краем глаза движение, я рванулся влево, подхватил с земли пистолет, развернулся и двумя выстрелами сбил подлетевший дрон. Не останавливаясь, прыгнул вперед и ударом палки успокоил поднимающегося с земли мексиканца. Затем быстро оглядел неподвижные тела и тут меня наконец накрыло.
Нет, никакой истерики не было, и в содеянном я не раскаивался. Просто стоял и пытался понять, как вообще такое возможно? И я, и в тоже время не я… Секунд десять на все, и у меня даже не трясутся колени. При этом я прекрасно помню эти секунды и точно знаю, что никого не хотел убивать. Убить было бы проще и быстрее, но они не враги. Обычные идиоты…
При этом этот я знал, как обращаться с полицейской дубинкой. Небольшая кнопка на рукояти активирует импульс. Электрический или еще какой — не знаю, но плевать на это — главное ведь результат. И из пистолета стреляю неплохо, м-да… Знаю, где находится предохранитель… Так, может быть, Билата права? И у меня действительно получится вспомнить? Если помню такое…
И кстати! Билата!
Я вытащил из кармана телефон, вздохнул и коснулся синей иконки.
Да, наверное, герой хорошего боевика забрал бы у них машину и умчался бы на ней в светлое будущее. Только проблема в том, что я не представляю в какой оно стороне и очень сомневаюсь, что у меня получится завести этот микроавтобус.
Натворив дел, спецназовец отступил за спину и вытолкнул вперёд испуганного парня с Земли. Нет, не сказать, что я хоть сколько испуган. У моего нового организма такая функция просто не предусмотрена. Однако не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы адекватно оценить ситуацию, и понять в какое дерьмо я только что наступил.
Нападение на сотрудников при исполнении, завладение оружием, легкие телесные повреждения. По меркам Земли лет на пять я набрал, но не знаю, сколько это будет по местному законодательству. Билата забыла меня на этот счет просветить, вот пусть сама и разгребает последствия этой недоработки.
Рина ответила сразу.
— Александр? Что произошло? — не включая видеосвязь, напряжённо поинтересовалась она. — С тобой все в порядке?
— Со мной — да, но возникли небольшие проблемы, — я с сомнением оглядел неподвижные тела полицейских. — Проблемы, в смысле, не у меня… У меня они еще только намечаются…
— Ты кого-то убил? — упавшим голосом уточнила Билата.
— Нет, — успокоил я собеседницу. — Все живы, но пока без сознания.
— Хорошо! Жди! Сейчас буду! — облегченно выдохнула она и повесила трубку.
М-да… Я усмехнулся и убрал телефон в карман.
Оперативно и без лишних вопросов. Хотя зачем что-то спрашивать, когда от больницы сюда можно доехать минуты за три. Ещё семь, допустим, на сборы, и по итогу мне нужно как-то пережить эти десять минут.
Я ещё раз огляделся, затем подобрал тела двоих полицейских и отнес к бетонной конструкции. Там положил их у одной из стен и вернулся за третьим. К слову, взрослые мужчины в обвесе, по ощущениям, весили килограммов по пятнадцать, и никаких трудностей при переноске тел у меня не возникло. Уложив тела, я оперся спиной о стену, и принялся наблюдать за окрестностями. Вот не знаю, насколько оно поможет, но других идей у меня не возникло.
В конторе уже, наверное, хватились этих парней и должны как-то отреагировать. Возможно, вышлют группу захвата, но, если рассуждать логично, им гораздо проще послать сюда для начала парочку дронов. В общем, на открытом пространстве находиться нельзя. Сейчас стена прикрывает мне спину от пуль, ну а эти парни послужат страховкой, если кто-то вздумает повоевать. Да, наверное, книги фильмы и игры не очень хорошие советчики в подобных ситуациях, но ничего другого мне в голову не приходит.
Вообще интересно оно получается… «Турбо-режим» включился в стрессовой ситуации, отработал по полной, и выключился. При этом сам я приобрёл какие-то навыки, или скорее вспомнил… Да! Именно так! Все, что произошло пять минут назад, намертво прописалось в сознании, и сейчас я на сто процентов уверен, что без включения «турбо-режима» легко попаду из пистолета в пролетающий дрон.
Это радует и вместе с тем напрягает. Навыки и умения — это, конечно, здорово, но проблема в том, что у меня полностью отсутствуют берега и в стрессовой ситуации я могу натворить такое, что мало никому не покажется. Еще могу умереть, посчитав, что жертва будет оправдана. Вот только я не хочу умирать. Тут бы со своими проблемами как-нибудь разобраться. И самое печальное, что никакой психиатр мне не сможет помочь. Да даже если бы и могли, я все равно ни к кому бы не обратился. Без «турбо-режима» мне тут не выжить, и выход только один: нужно как можно быстрее превратиться в настоящего космодесантника и постараться сделать это мирным путём.