Дело скандальных ведьм (СИ)

У одиночества масса преимуществ: свобода передвижений, которые ни с кем не надо согласовывать; свобода встревать в неприятности и ни перед кем потом не чувствовать вины. Свобода выбора мужчины на ночь (совершенно ей не нужная и трудно применимая, но всё-таки свобода); свобода проводить выходные как вздумается, а не так, как требуют общественные и политические интересы вампирского клана. У одиночества реально масса преимуществ! И один крупный недостаток: тебя никто нигде не ждёт. Не страхует твой полёт, не подхватит при падении. Не встретит у порога дома, где тебя втянул в передрягу очередной клиент. Поскольку того, кто мог бы встретить, просто не поставят в известность о происшествии с тобой, ведь вы давно чужие друг другу люди, совместное прошлое которых засекречено её собственными стараниями и усилиями его родни. И поскольку их давно ничто не связывает, никто не кинется звонить ему с сообщениями, что адвокат Мэнс опять встряла в очередную историю. Как это бывало раньше... и бывало часто.
И сейчас Вэл вспоминался тот день, когда в контору Мэтта Донована поступил очень странный звонок об улетевших воздушных шариках. День, когда она впервые в жизни выехала к клиенту как лицензированный, имеющий разрешение на самостоятельную практику адвокат. И вечер того дня, когда её окутало заклинанием мужа. Впервые за пять лет она пожалела о своём решении избавиться от дарованной ей защиты. Пожалела не потому, что опасалась пострадать в предстоящем штурме, а потому, что до боли захотела вновь ощутить на теле мягкую, еле уловимую пелену магии супруга, вернее множества слов подтверждающую неизменность его любви к ней. Увы, заклинание было уничтожено по её требованию и с её полного согласия, и никакие сожаления не могли вернуть ей утраченное. И не могли перенести сюда её любимого монстра. Он узнает обо всём постфактум, наверняка опять рассердится, но они всё решат, особенно если у неё на руках будут решающие доказательства поддельности той гадкой истории в бунгало.
Рядом с Вэл прилегла вернувшаяся с зачистки Кэтрин и лукаво ей подмигнула.
И всё-таки жаль, что с другой стороны от неё сейчас нет второго силуэта, да и взяться ему неоткуда. И у следующего рубежа, куда скомандовали сместиться, его тоже не будет.
Спустя ещё две пробежки капитан скомандовал идти на штурм. Небо исчертили лучи стихийной магии. Грохнули боевые артефакты специального отряда полиции, разрывая вязь последних защитных заклинаний на стенах дряхлого дома, под которым в глубоком подземелье располагалась нелегальная лаборатория Хоупа. В небе зашумели вертолёты. Вэл расправила крылья и помчалась вперёд на бреющем полёте, прикрывая собой бегущую по земле Кэтрин.
...
Всеми силами подавляя неуместные сожаления, Вэл не подозревала, что личный помощник с самого утра трижды пробовал до неё дозвониться.
Не добившись успеха в четвёртый раз, Тони покрутил в руках потемневший телефон, сумрачно нахмурился и почесал затылок. Встревожено пробежался по конторе, заглянул в молчащие мессенджеры и электронную почту. Позвонил в гостиницу и услышал прежний ответ, что мисс Мэнс ушла на рассвете и не возвращалась. Тони чертыхнулся и набрал тот номер, что вчера ему оставил со своей визиткой судья Кэмпбелл. Оставил со словами, что если его шеф вздумает всё-таки нагрянуть в горы к драконам, то лучше сообщить об этом тому, кто несёт тяжкий долг по охране жизней адвокатов.
– Доброе утро, сэр, это Тони Ли, личный помощник адвоката Мэнс. Нет, не к драконам, по крайней мере не к нашим. Шеф улетела ночью в Лос-Анджелес, сэр, причём не на самолёте. А когда она срочно уносится за тысячи миль на собственных крыльях – это к неприятностям, сэр. Особенно, если она берёт с собой некроманта и пропадает из зоны действия сотовой связи.
  
Глава 24, о вулкане и правилах безопасности
 
На долю воинственно настроенных подруг, ворвавшихся последними в подвальные помещения, свободных злодеев уже не осталось. Персонал Хоупа, состоявший в основном из ведьм и ведьмаков невеликих сил и щуплого телосложения, безропотно сдался группе захвата. Белые как мел аферисты дрожали, как листья на ветру, позвякивая антимагическими кандалами. Единственный среди них некромант пытался бежать, атаковав бойцов спецотряда нитями чёрной магии, но его, не дожидаясь подмоги коллеги, быстро успокоил штатный маг смерти полицейского департамента. И теперь все преступники с немым ужасом взирали на грозного высшего демона – мастера их города, крайне рассерженного тем, что на его землях завелась такая скверна. Доктор Хэлл умел выразить недовольство не менее впечатляюще, чем судья Кэмпбелл, но Вэл было некогда смотреть по сторонам: она метнулась к стеллажам с картотекой, где уже трудились криминалисты. Перед глазами зарябили сотни выдвижных ящичков, расположенных по алфавиту. Ей нужна буква «К»!
 
Обратившись человеком, она принялась поочерёдно открывать ячейки хранилища, не обращая внимания на свою наготу. Навешанные на её звериную ипостась бронежилеты с магической защитой и различные амулеты грохнулись на пол, слетев со ставшего тонким тела. Привычные к оборотням детективы деликатно отвели от девушки взгляды. Раз начальство не пресекает действия адвоката, значит, у неё есть соответствующая санкция на обыск.
Титульная карточка «Кэмпбелл Брэд, гибрид, клан вампиров Нового Орлеана» нашлась не быстро, но в итоге нашлась. Руки Вэл задрожали, когда извлекли из ящичка тонкую тетрадь, подписанную тем же именем. На картонную обложку тетради изнутри была приклеена скотчем карта памяти – наверняка та самая, на которую сохранялось видео, снятое скрытой камерой в спальне. В глубине стоял флакон с маркировкой «Брэд Кэмпбелл + №2». Флакон был наполовину пуст и чуть заметно пах тем ароматом «страсти», который намертво врезался в её память той немыслимо горькой ночью.
– Ну, номер два, погоди! – прошипела Вэл.
Заглянула вглубь ящичка – и извлекла на свет божий ещё один флакончик. Полный, тоже с датой двадцатипятилетней давности. Надпись на нём гласила: «Брэд Кэмпбелл + №3»!
– Тьфу, плейбой чёртов, – сморщилась Вэл и хорошенько потрясла ящичек. Новые флаконы ниоткуда не выкатились, и она, присев на пол, спрятала находки в широкий внутренний карман бронежилета.
– Надеюсь, у вас один клиент, адвокат? – вкрадчиво пропел над её плечом капитан Уильямс. Его тон открыто намекал, что умыкнуть содержимое ещё одной ячейки ей не удастся. Лояльность капитана и его готовность пойти на уступки в благодарность за раздобытые сведения ограничивалась одной уликой, упущенной цепкими ручками следствия.
– Один, – подтвердила Вэл и повела рукой: – Вам тут на сотню дел улик хватит! Драгоценности и раритеты, украденные из банков, нашли?
– Да, уже погрузили ворованные ценности в вертолёты, – смягчился капитан. – Отыскалось практически всё, кроме наличных денег. Впрочем, это ожидаемо: сбыть товар сложнее, чем пустить в оборот доллары.
Ответить Вэл не успела – под сводами подземелья прошелестел голос Эрла Хэлла:
– Советую поспешить с выносом улик и уходом: мне не нравится высокая концентрация магии здесь. И большая просьба ко всем присутствующим: активировать все защитные амулеты, а некоторым – ещё и подобрать их с пола!
– Чтоб мне окаменеть под взглядом василиска, – проворчала Вэл, вновь меняя ипостась и плюхаясь на задние лапы, чтобы подошедшей Кэтрин было удобнее закреплять на ней амуницию и вешать на шею амулеты. – Ты обчистила ячейку супруга?
– Да, забрала флакончик, капитан разрешил, – зло рыкнула некромант, – а ты?
– Целых два флакончика, – мрачно откликнулась Вэл, и подруга весело присвистнула. – Видела, что в тетрадке?
– Да, полюбопытствовала. Там отчёты все. Всё расписано буквально по минутам как и что, а в начале информация о привычках имеется. Знаешь, почему-то фраза «два куска сахара в кофе» взбесила меня больше, чем «свалила на кровать и раздела донага».
– Потому что эти «два куска сахара» позволили дамочке создать видимость, что в ней не до конца угасли чувства к твоему мужчине. Что она, якобы, годами трепетно хранила воспоминания о нём! Эти «два куска сахара» разбередили в твоём муже то чувство вины, которое позволило ей дойти до пункта «свалила и раздела».