Ботаник (СИ)
После того разговора, когда отец обрушился на меня с обвинениями в никчемности, я как и полагается одинокому, обиженному мальчишке — поплакал, порыдал, а потом…потом решил доказать всем этим негодяям, что я лучший. И лучший во всем! Правда — надолго меня не хватило, но занимался все эти годы регулярно — два, три раза в неделю. Бил макивару, отрабатывая удары, метал ножи, проделывал упражнения с мечом — с деревянным, а когда отец подарил настоящий — и с настоящим. Правда с настоящим всего один раз. Слишком заметно, когда ты уходишь гулять по замку с мечом в подмышке. Повесить же его на пояс — засмеют. Все равно как на корову надеть седло.
Вот теперь я понял, откуда у моего предшественника, вернее у его тела — вполне развитые, крепкие мускулы. Да — он гладкий, чистый, привык жить в комфорте, но под белой и гладкой кожей довольно-таки тренированные мышцы, которые работают соответственно возрасту парня, а может даже и лучше, чем у обычного пятнадцатилетнего. А его вид абсолютного ботаника — суть самая настоящая маска, которую он носит не без удовольствия, про себя потешаясь над незадачливыми родичами, неспособными проникнуть под облик недотепы и понять его настоящую суть.
Эх, жаль, что парень погиб! Надеюсь, в новом воплощении он получит то, чего заслуживает — почет, уважение, счастливую семейную жизнь. Ну а я постараюсь продолжить его дело — жить так, как он хотел. Ведь зачем он носил эту маску? Затем, что дурачка, неумеху, недотепу никто не пошлет на войну, никто не возьмет в набег на соседний клан, никто не потребует от него того, что он не хочет делать. Например — время от времени братья Альдиса казнили преступников, нарушивших законы Клана, а также врагов, которых посчитали невыгодным обратить в рабство. Не всегда, но казнили. Зачем? — спросит незнакомый со обычаями этого народа человек. А затем, что господа, правители земель, если выносят приговор, должны иметь в себе душевную силу и суметь привести приговор в исполнение. А еще, и это говорю уже я, Фролов — омыть Наследников кровью, чтобы они ее не боялись, чтобы всегда были готовы снести голову неприятелю и не заморачивались какими-то морализаторствами и общегуманными принципами. Нет человека — нет проблемы. И только так!
Я, то есть Альдис — ни разу никого не казнил. И это тоже было предметом насмешек. Я сразу сказал, что если будет война, опасность для Клана — пойду как все, и буду воевать. Но чтобы рубить головы беззащитным? Я не палач, и не мясник.
В общем — скандал был несусветный, папаша вопил, братья вопили: «Значит — что, ты считаешь нас мясниками?! Мы палачи?!» Да, палачи! О чем я им и сообщил.
Фингал и сломанное ребро вылечил лекарь — всего через полчаса. Но зато больше ко мне никто не приставал, не требовал рубить башку, или кого-нибудь вешать на перекладине. Тоже мне…моду взяли — самолично казнить! Только представить — Президент России пошел бы расстреливать какого-нибудь негодяя. Смешно ведь! Нет смертной казни? Будет…к тому все идет. И правильно. Штаты не отменили смертную казнь, а мы вон чего, передовые, понимаешь ли! Содержать всю эту шваль — маньяков-убийц и педофилов-растлителей. Впрочем — теперь речь не о Земле. Все, кончилась для меня Земля!
Отдохнув, встал с топчана, аккуратно сняв с груди сытого и довольного крыса и положив его на топчан. Все это время он спал, укачиваемой моей поднимающейся вверх-вниз грудной клеткой. Довольный такой, толстенький. И чего их женщины боятся? Симпатичная зверушка. Если свой.
Подошел к макиваре, нанес несколько резких, проникающих ударов в болевые точки. Хорошо! Двигаюсь быстро, ничего не болит, суставы не щелкают, пятнадцать лет — это тебе не семьдесят!
Минут пятнадцать истязал макивару, ускоряясь, превращая серию ударов в подобие вулканического извержения. Это когда летят раскаленные, смертельно опасные бомбы, и нет от них спасения. Главное — не заморачиваться на подготовленных сериях. Противник не должен догадываться, какой удар будет следующим. Бить из самого неудобного положения, без замаха, без кружения вокруг своей оси — как изображают это в дурацких голливудских фильмах о боевых единоборствах. Все просто, эффективно, и смертельно. И не выпускать противника из поля зрения ни на долю секунды!
Получается на удивление хорошо. Пока у меня не поднялись со дна памяти основные воспоминания, я считал бывшего владельца тела абсолютным ботаником, неспособным дать отпор, неспособным на активное сопротивление. Жалкая личность, точно. А оказалось — он не трус. И совсем даже не неумеха. Он сосредотачивался, ждал своего момента. Оружие наготове, дух крепок — держись, подонки!
Кстати, ведь он собирался сбежать из дома — как только повзрослеет, и как только сумеет добыть более-менее достаточную сумму денег. Достаточную для жизни и организации бизнеса. Уехать, и жить под чужим именем — лечить людей, выращивать редкие растения, жениться, завести детей — нормальных, без этой тупой агрессивности в черепной коробке. Жить — как обычные люди. Ему ведь совсем немного надо — поесть, попить, крыша над головой. И книги! Много, много книг!
Расправившись с макиварой и немного разогревшись, отправился к мишени, в которой торчали пять метательных ножей разной формы и размера. Ооо…с ножами была еще та история! Упереть метательные ножи у такого строгого Мастера над оружием — это была еще та задача! Пришлось готовиться к ней очень серьезно. Во-первых, найти заклинание, которое отводит глаза. Во-вторых, потратить много сил на изготовление снадобья, на которое, собственно, и наводится заклинание отвода глаз. И в-третьих — перенести последствия действия этого заклинания — а именно: головную боль, депрессию, слабость и ломоту в костях
Почему такие заклинания настолько тяжело переносятся? Почему нет абсолютно безболезненных заклинаний третьего уровня? Этого я не знаю. И никто не знает. Есть гипотеза, что организм человека сопротивляется наложенному на него заклинанию, и в результате получает травмы различной степени тяжести. Так себе версия…не объясняющая практически ничего. Впрочем — о магии никто ничего не знает. Дали ее боги, она работает, а как работает — это только богам известно. И на всех действует по-разному. Кто-то ее вообще не замечает, а для кого-то магия — болезненная, труднопереносимая штука.
Вытащил ножи из мишени, сделанной из сложенных вместе чурбаков, отошел на пятнадцать шагов и один за другим методично переправил снаряды в центр мишени. Легко, привычно, без каких-то особых усилий. Я-Фролов прекрасно разбираюсь в метании ножей, лопаток, штык-ножей, томагавков и любой острой потенциально летающей хрени, вплоть до столовых вилок и крестьянских серпов. И вот что скажу: у парнишки великолепное чувство расстояния, уверенная, набитая рука, и нет ни малейшего сомнения в том, что нож попадет в центр мишени! Мышечная память в купе с умением меня-Фролова…мы бы с Альдисом могли выступать на соревнованиях метателей!
Кстати — это надо уметь сделать так, чтобы на людях постоянно мазать мимо мишени, или бить ножом в нее плашмя. И это притом, что парень может засандалить узеньким, похожим на рыбку-уклейку ножиком прямо в глаз противнику на расстоянии семи-десяти метров абсолютно без промаха! Ну ты Альдис…и фрукт! Черт подери, это уже гордыня какая-то! Изображать из себя неумеху и тайно смеяться над своими обидчиками! Неужели в этом есть свой «фан»? Ну ладно бы среди врагов, среди чужих людей — я вот постоянно прикидывался эдаким растяпой, абсолютно безобидным ботаном, неспособным нанести кому-либо серьезный вред, но я-то был на службе! Я работал! Моя маска служила делу, без этого никак! А ты для чего это делал?! Ты-то никому не служил, кроме себя!
Я еще покидал ножи, восстанавливая рефлексы, которые могли работать не так как положено после травмы и после переселения душ, убедился, что я-Фролов управляет новым телом так же, как его прежний хозяин, а то и получше…и оставив ножи торчать в мишени занялся гимнастикой.
Разминался, растягивался минут пять, обнаружив у парня завидную, в сравнении с Фроловым гибкость. У меня и в молодости не было такой гибкости, а в семьдесят лет — и подавно. Приятно ощущать себя молодым и здоровым! Кровь бурлит, упругие, прочные мышцы растягиваются, повинуясь командам, сжимаются в тугие комки, и ты можешь делать со своим телом такое, что никогда не придет в голову человеку на склоне лет. Я легко закладываю ногу за шею — обе ноги, черт подери! Делаю поперечный шпагат, не рискуя порвать связки, и машу ногами, как завзятый балерун! Мда…крут парень, ей-ей крут!