Ромашка с шипами (СИ)

— Подходящий для того, чтобы стать моим первым мужчиной.
  
Глава 65
 
Артур
Ева не раз меня удивляла.
С тех пор, как я ее узнал, я постоянно хожу с ошарашенным видом. Но это… Это просто… Самый обалденный сюрприз из всех возможных!
Ева невинна. У нее никогда не было другого мужчины.
Я совершенно не ожидал ничего подобного!
Меня затопила волна нежности. Я чуть не захлебнулся в ней. Мне сдавило горло, я не мог произнести ни слова.
А моя сладкая невинная козочка смотрела на меня испуганно. Как будто я сейчас ее отругаю за то, что она не выполнила домашнее задание.
— Ты совершенно невероятна, — произношу, наконец, я.
И целую ее ладонь. Прижимаю ее к своей щеке, смотрю в распахнутые глаза Евы.
— Ты не ожидал такого, да?
— Не ожидал.
А сейчас меня распирает от внутреннего ликования. Которое я пытаюсь скрыть. Впрочем, безуспешно.
— Тебе это нравится… — выдыхает Ева.
— А ты сомневалась?
— Да.
— Ну ты… дурочка. Моя любимая козочка. Моя сладкая девочка… Моя и только моя!
У меня окончательно сносит крышу.
От близости Евы. От нежности ее кожи. От запаха ее волос.
И от того, что прижимаясь к ней, я ощущаю прелестные зефирки…
Но я наступаю на горло своей мужской природе и произношу:
— Я не буду торопить тебя. Если тебе нужно время…
— Да, нужно. Я думаю… примерно год.
— Что?!
— За год я к тебе точно привыкну.
Она издевается!
Коза снова надо мной издевается.
В глазах чертики, губы растянуты в улыбке. При этом она держит меня за верхнюю пуговицу рубашки. А потом берет… и расстегивает ее.
Запускает свою маленькую ручку мне за пазуху…
— Ева, учти, ты играешь с огнем! — рычу я. — Мне и так очень сложно сдерживаться.
— Посмотрим, насколько тебя хватит, — улыбается она.
И продолжает меня провоцировать, расстегивая вторую пуговицу. Призывно облизывая свои дерзкие губы. И выгибаясь мне навстречу зефирками вперед.
— Ни на сколько! — вырывается у меня.
Я хватаю ее в охапку и тащу в пещеру… то есть в спальню.
Как давно я этого хотел!
Я опускаю ее на кровать, падаю рядом. Я хочу целовать ее везде. От кончиков аккуратных маленьких пальчиков до корней мягких ароматных волос.
И я делаю это.
Ева трепещет в моих руках, отвечает на мои поцелуи сладкими стонами.
А я растекаюсь восторженной лужицей, созерцая ее совершенные формы…
— Ты мой любимый, — шепчет она, когда между нами остается последняя кружевная преграда. — Мой первый. И единственный.
В этот момент я просто умер от счастья и восторга…
— Тебе страшно? — спрашиваю я.
— Нет. С тобой мне не страшно ничего.
Я никогда в жизни не был так нежен. Я — воздушное облако, обволакивающее нежную козочку. Я — россыпь шелковых лепестков…
Но я ничего не могу поделать с тем, что мне придется причинить ей боль.
Ева широко распахивает глаза. Держится за меня, царапая кожу. Прикусывает губу и стонет.
Шепчет:
— Да!
А через некоторое время содрогается в моих руках, окончательно лишая меня остатков разума.
Это самое волнующее и яркое ощущение в моей жизни.
Ева стала моей. Навсегда.
* * *
Голова Евы покоится на моем плече. Я глажу ее по волосам. Она прижимается ко мне своими зефирками.
Я чувствую, что мне очень трудно будет оставить ее в покое этой ночью…
Но я должен сдерживаться изо всех сил.
Для Евы это первый раз… И, пусть она была смелой, страстной и сумасшедшей. Пусть она трепетала в моих руках и просила еще… Ей нужно отдохнуть.
Она сопит мне в шею, я блаженно улыбаюсь… И тут моя козочка вдруг выдает:
— У меня к тебе только один вопрос.
— Какой? — я чую подвох.
От нее всегда можно ожидать подвоха! Даже в такой умиротворенный момент.
— Как тебе моя сморщенная куриная жопка?
Я слышу обиду в ее голосе. Не выдерживаю, и начинаю смеяться.
— Во-первых, жопка не куриная, а козья. Во-вторых… официально заявляю — она самая прекрасная на всем белом свете!
Ева фырчит.
— Ты что, все еще обижаешься?
 
— Я тебе этого никогда не прощу!
Я переворачиваю козочку на живот, кладу руку на предмет нашего обсуждения. Глажу, сжимаю. Нежно провожу кончиками пальцев…
— Готов заглаживать свою вину до конца дней, — выдаю я. — И зацеловывать все твои обиды.
— Ловлю на слове!
Козочка поворачивается ко мне, она улыбается. И немного смущается — потому что из одежды на ней только простыня. Которую я пытаюсь стянуть. А она сопротивляется.
— Ты такая красивая… — шепчу я. — Что я забываю, как дышать, когда смотрю на тебя.
Она опускает глаза и выдает:
— Ты тоже ничего. Но я это давно знала. У меня есть твоя голая фотка.
— Признайся, ты ее разглядывала?
— Конечно! Но в жизни ты лучше. И больше…
— Это потому что ты рядом… Блин, я скакал голым перед невинным ребенком! — осеняет меня. — Позор на мою седую голову!
Ева гладит меня по голове, перебирает волосы. Я мурчу, как довольный кот.
— У тебя не так уж много седых волос, — замечает она.
— Их стало больше, с тех пор, как ты приехала!
Ева смеется.
— А представь, сколько их еще будет…
— Намекаешь, что я стремительно старею?
— Намекаю, что со мной не соскучишься.
Это я и сам знаю.
Моя жизнь была скучной и однообразной до того, как я случайно завел козу. Зато теперь она заиграла всеми красками…
То ли еще будет!
  
Глава 66
 
Ева
Я чувствую себя странно.
Как будто во мне что-то кардинально изменилось. И я, конечно, знаю, что.
Я больше не маленькая девочка. Я стала женщиной. Женщиной Артура…
Хотя он зовет меня сладкой девочкой, сумасшедшей малышкой… и козой! И я даже не обижаюсь на козу. Потому что он произносит это так нежно, так восхищенно, что это звучит как самый изысканный комплимент.
У меня как будто изменилась походка. И движения. И улыбка… Она стала загадочной и блаженной. Именно такую я порой вижу в зеркале.
Все мое тело как будто поет от счастья!
Я не думала, что это будет так… Что это будет настолько… Боже, Артур — это что-то невероятное! Он нежный, страстный, сумасшедший. Он сводит меня с ума. Он заставляет меня умирать сладкой смертью…
Иногда, в какой-нибудь очень неподходящий момент, я вспоминаю, чем мы с ним занимались, и меня бросает в жар. По телу проходит внезапная дрожь, в животе что-то сладко ноет, перед глазами мелькают горячие картинки… Я сижу красная и смущенная. И очень-очень счастливая!
Например, на паре по культурологии. Или на работе, за обсуждением нового рекламного ролика.
И мне кажется, что все на меня смотрят и понимаю, что со мной происходит…
Но ведь на самом деле они не понимают! Я очень надеюсь, что нет.
Сегодня наш режиссер дал мне задание купить несколько разных видов красных футболок. Это нужно для нового рекламного ролика. И, пусть беготня по магазинам не входит в мои прямые обязанности, я, конечно, возражать не стала. Реквизиторы и так в мыле — у нас аврал.
Полдня я бегала по магазинам с высунутым языком. А, когда уже запаслась двумя десятками футболок и направилась обратно в офис, внезапно увидела Арину.
Она шла мне навстречу, болтая по телефону.
В первую секунду я почувствовала желание спрятаться за крупного дяденьку, который как раз оказался рядом. Во вторую мне захотелось просто убежать.
А в третью она меня заметила…
С того самого вечера, как Артур вытащил из кармана мой лифчик, а потом получил по голове от Никиты, я не видела его родственниц.
 
Он-то, конечно, встречался с сестрами. Для него семья вообще очень важна. И я ни в коем случае не хочу стать камнем преткновения в их отношениях… Артур говорит, что все в порядке. Что он всем все объяснил, и больше никто на меня косо не посмотрит.