Ромашка с шипами (СИ)

Я попыталась выбраться из кольца его рук. Но он меня не отпускал.
— У тебя там что-то горит, — выдала я.
На плите, и правда, что-то жарилось. Кажется, яичница. Артур не потерпит, чтобы там произошла авария! Он дотошный аккуратист и маньяк чистоты.
— Пусть горит, — удивил меня он.
И еще крепче сжал объятия.
— Отпусти, — сердито буркнула я.
— Не отпущу.
— Да что тебе он меня нужно?
Он ответил. И от его ответа я так обалдела, что выронила Степу. Потому что Артур произнес:
— Выходи за меня.
  
Глава 48
 
Артур
Я не собирался этого говорить.
Клянусь!
Вообще не было планов вот так спонтанно, на кухне, под шкворчание подгорающей яичницы и бурчание брыкающейся козы делать предложение.
Эти слова вырвались из меня сами. Потому что я об этом думал. Целый день и полночи.
Коза должна быть моей. Женой.
А как иначе?
Вообще никаких других вариантов быть не может.
Конечно, вот так выпаливать предложение было глупо, преждевременно и вообще безумно. Но я чувствую себя именно безумцем!
Коза свела меня с ума.
А теперь добивает. Она смеется надо мной!
— Смешно, — улыбается она. — Лучшая из твоих шуток.
От растерянности я ослабляю хватку, она вырывается, поднимает зайца и обнимает его так, что я умираю от зависти.
— Это не шутка, — совершенно серьезно произношу я.
Пытаясь выражением лица и интонацией голоса соответствовать моменту.
Блин. Рано я открыл карты.
Очень рано.
Но, раз уж так получилось, надо продолжить достойно. На правильном уровне.
Правда, Ева все переводит на другой уровень.
— Да-да, я знаю, — выдает она. — Ты всегда шутишь с серьезным лицом.
Знает она… Ничего ты не знаешь, дорогая моя козочка!
— У тебя там реально пожар, — говорит она.
Да, пожар. И в сердце, и на плите.
Я выключаю газ, смотрю на угли, оставшиеся от яичницы, меняю режим вытяжки на максимум и открываю окно, чтобы проветрить провонявшую гарью кухню.
— Ева… Я, действительно, не шучу.
— Репетируешь?
— Что?
— Собираешься сделать предложение индюшке номер два и тренируешься на мне?
Да что за бред она несет? Какое предложение индюшке?
— Мы с Ритой расстались, — быстро произношу я.
Я хочу ей все объяснить. Как можно скорее.
Но она меня не слушает. Говорит с насмешкой и какой-то горечью.
— Что, вторая уже надоела? На подходе индюшка номер три?
— Да я не…
— Уже присмотрел? Или сестры тебе нашли?
— Ева! — рычу я.
Она меня совершенно не слушает! Талдычит свое. Несет какую-то откровенную дичь.
— Хотя я, наверное, неправильно их нумерую. Они же и раньше были, до моего приезда. Так под каким номером будет следующая индюшка? Сорок восемь? Семьдесят три?
— Да не будет больше никаких индюшек! — раздраженно восклицаю я.
— Ой, время! — Ева смотрит на часы. — Мне надо бежать. Еще раз спасибо за Степу.
И целует зайца.
А меня игнорит.
В дверях оборачивается и произносит:
— Нет, то было реально смешно! "Что тебе нужно?" “Выходи за меня!” Классная шутка. Можешь в стендапе с ней выступать.
Что за нафиг?!
Я впервые в жизни сделал девушке предложение, а она меня не слышит, не понимает, и вообще смеется надо мной.
И пусть это было сделано не вовремя и не должным образом… Но не ржать же теперь!
Я снова чувствую себя жалким задротом. Как в юности. Когда я признался в любви первой красавице, а она подняла меня на смех.
Да, я все тот же задрот. Я все так же влюбляюсь в неподходящих девушек и все так же туп и косноязычен, когда дело доходит до чувств и признаний.
Ева убежала. Со мной осталась подгоревшая яичница. Угли на сковородке и обугленное насмешками любимой сердце…
У меня в голове мысли сопливого романтика!
Артур, блин, Леонидович! Может, ты еще сядешь на подоконник и будешь плакать под грустную мелодию, глядя на дождь?
Погода как раз подходящая. С утра моросит, хотя вчера весь день светило яркое солнце.
 
Черт, коза же промокнет!
Надо довезти ее до университета.
Я ломанулся к пограничной двери.
Влетел в квартиру Евы, как раз когда она собралась выходить. Стояла перед дверью в джинсах, кроссовках и куртке. И с сумочкой на плече.
Обернулась, посмотрела на меня удивленно.
— Чего тебе?
— Подожди, я тебя подвезу.
— Не надо.
Она открыла входную дверь. Я в два прыжка оказался рядом и закрыл ее.
— Да что сегодня с тобой такое? — воскликнула Ева. — Ведешь себя, как чокнутый.
— Я просто хочу тебя подвезти, — я старался говорить спокойно.
Одной рукой я вцепился в ручку двери, вторую сунул в карман. Чтобы удержаться от искушения схватить Еву в объятия.
Я ее только напугаю…
— Не надо меня подвозить. Отойди.
— Там дождь, ты промокнешь. Я тебя мигом домчу.
— Ты вообще меня слышишь? — раздраженно произнесла Ева. — Я говорю: не надо!
Она нетерпеливо спихнула мою руку с ручки двери.
И я дал ей это сделать.
Я бы легко мог схватить ее в охапку. Не дать ей выйти, вообще никуда не пустить… Но это ее напугает.
Она и так смотрит на меня, как на буйно помешанного! Козу надо приручать постепенно. Менять ее мнение обо мне. Она привыкла, что я держу дистанцаю. Я два месяца внушал ей мысль, что между нами ничего не может быть.
Внушил на свою голову…
Я отступил. Решил быстро одеться и нагнать Еву на улице. Настоять, чтобы она села в машину.
Но Ева выдала на прощанье:
— Меня Никита подвезет.
Блин!
  
Глава 49
 
Ева
Не было внизу никакого Никиты.
Я сама не знаю, почему сказала Артуру, что меня подвезет его племянник. Он вел себя так странно! Если не сказать больше.
То ли он сошел с ума, то ли насмехается надо мной таким удивительным способом, то ли… это было настоящее предложение.
Ну нет. Последний вариант исключается.
Предложения так не делают!
Да и вообще — с чего? Еще вчера он был с индюшкой, еще недавно он убеждал меня, что у нас ничего не может быть…
Я знаю его второй месяц. И все это время он демонстрировал свою незаинтересованность. Говорил, что я слишком маленькая для него, что мне больше подходит Никита, что суповые наборы вроде меня ему категорически не нравятся…
Что изменилось? Ровным счетом ничего!
Может, это изощренная месть? Сначала я к нему липла, навязывалась и не давала проходу, а теперь он делает это в отместку? И вроде как в шутку?
У него странное чувство юмора. И шутит он всегда с серьезным непроницаемым лицом…
В общем, я не знаю.
Я ничего не знаю и не понимаю.
Я в шоке и в прострации!
Увидев проезжающую маршрутку, я махнула рукой, и водитель сразу же затормозил.
Это редкая удача, обычно маршрутки тут переполнены и не останавливаются. Так что я иду до метро пешком. Это занимает минут двадцать быстрым шагом. Но сегодня, как правильно заметил Артур, идет дождь. К тому же я опаздываю. Так что не до прогулок.
Весь день я была не в себе. Не реагировала, когда ко мне обращались однокурсники, пару раз задумалась на ходу и врезалась в стену. Апогеем стало мое обращение к преподавателю “Артур Леонидович”. Преподавателя, кстати, зовут Леонид Маркович…
И весь день я с нетерпением смотрела на экран телефона. Не знаю, чего я ждала. Что Артур напишет мне и объяснит, что происходит? Наверное.
Но он не написал. И моя растерянность к вечеру только усилилась.
Сегодня у нас кроме лекций были практические занятия, поэтому освободилась я поздно. Потом мы еще зависли в кафе с ребятами, так что вернулась я только под вечер.