Мертвым – мертвое (СИ)

Наконец, накануне смерти короля он решил отправить Железного Герцога в замок на границе с Казантаром — отдалённым государством на северо-востоке Малдонии. Вызвав писца, он продиктовал ему приказ, но потом выхватил бумагу, пробежал глазами, яростно скомкал и бросил.
— После! — раздражённо крикнул он, отпуская писца жестом и жалея, что поведал свой план первому встречному.
Теперь, конечно, весть о почётном изгнании дойдёт до герцога Эла. У принца промелькнула мысль приказать стражникам догнать писца и посадить в темницу до тех пор, пока не настанет время вручить герцогу приказ о новом назначении, но затем махнул рукой и опустился в глубокое кресло. Ему было ясно, что авторитет Железного Герцога слишком силён, чтобы противостоять ему в открытую. Нет, здесь следовало вести тонкую игру. Для начала неплохо бы подделать несколько документов, свидетельствующих о связи полководца с вампирами (а в этом Мархак не сомневался), и придать их гласности. А затем… можно организовать процесс по обвинению в государственной измене. Это всегда несложно подстроить, а оправдаться слишком трудно. Потом — публичная казнь. Или наоборот, сделать всё тихо, без лишней огласки, чтобы не вызывать в народе недовольства — реакция черни бывает порой непредсказуема. Принц Мархак задумался, перебирая на груди тяжёлые золотые цепи.
  
Глава 11
 
Величественная процессия двигалась по затянутым чёрными тканями улицам Ялгаада. Толпы народа заполнили каждый фут мостовой и площадей, горожане стояли и сидели на крышах, высовывались из окон. Их лица были печальны, многие плакали. Голоса сливались с воем труб и фанфар, бряцаньем оружия и хрипом лошадей. Хоронили короля Мирона, короля-освободителя.
Большой гроб, формой повторявший фигуру и лицо монарха, везли на колеснице, запряжённой четвёркой волов, чьи рога по случаю торжества были покрыты позолотой и украшены бронзовыми кольцами. По обе стороны гроба шагали гвардейцы, облачённые в траурные одежды. Они несли на плечах обнажённые мечи, непокрытые головы были склонены в знак скорби. Ветер трепал их длинные волосы.
За ними следовал окружённый свитой принц Мархак. Лицо его не выражало ничего, как если бы происходящее не имело к нему никакого отношения. Далее тянулись ближайшие придворные, в том числе, герцог Эл, возвышавшийся надо всеми подобно скале. Изредка принцу хотелось обернуться и взглянуть в ненавистное лицо полководца, чтобы попытаться прочесть мысли своего соперника (а именно так и следовало расценивать на данный момент народного героя), но он понимал, что делать этого ни в коем случае нельзя. Во-первых, будет нарушен этикет, а во-вторых, так он выдаст Железному Герцогу свою неуверенность.
«В конце концов, — думал принц, — что он может сделать? Коронация назначена на послезавтра, сейчас же я считаюсь регентом, так что власть в моих руках. Армия не пойдёт без причины на военный переворот, не поднимет руку на законного наследника. Но у проклятого герцога есть время. Два дня — это немало для столь энергичного человека, как он. Нужно сегодня же обезвредить его, выслать из столицы. Показать, у кого власть! А потом сфабриковать обвинение в измене, найти доказательства — всё это не займёт много времени».
* * *
После похорон Эл сидел в своей комнате и перечитывал список возможных претендентов на трон. Он помнил о предложении лорда Виля и не переставал думать о том, кого аристократы хотят посадить на место Мирона. Конечно, для Малдонии было бы лучше, чтобы к власти пришёл законный правитель, Мархак, но у Железного Герцога имелись свои планы на королевство. У него было одно дело, для которого требовалась армия, и он уже почти получил то, что хотел.
Раздался стук в дверь.
— Вам послание из дворца, мой господин, — вошедший слуга почтительно склонился, протягивая Элу запечатанный красным сургучом свиток.
— Только что принесли?
— Да, мой господин. Королевский гонец.
Эл ломал печать и быстро пробежал глазами написанное. Принц Мархак приглашал его на поздний ужин, чтобы обсудить некие «дела чрезвычайной важности».
  
— Что-то он быстро… — пробормотал Эл. — Мог бы потерпеть до коронации. Что ж… — взглянув на слугу, он жестом отпустил его.
Когда дверь закрылась, Эл сел в кресло возле зарешеченного окна и, глядя на башни королевского дворца, задумался. Было очевидно, что принц хочет от него избавиться, но демоноборец полагал, что Мархак сначала постарается прочно укрепиться на троне, а затем уже покажет зубы. Но молодому наследнику короны не терпелось. Настоящий политик должен уметь выжидать, пока не настанет идеальный момент для осуществления его плана, и тогда сделать решающий ход, не оставляющий противникам ни единого шанса. Впрочем, обладать способностью действовать, мгновенно ориентируясь в неожиданно изменяющейся ситуации, тоже необходимо.
Мысли Эла прервал робкий стук в дверь. Камердинер заглянул в комнату и взволнованно прошептал:
— Господин, к вам посетитель!
— Кто?
— Не знаю. Одет в длинный плащ, на лице капюшон. Говорит, у него к вам срочное дело. Позвать телохранителей?
Эл помедлил мгновение прежде, чем принять решение. Это мог быть подосланный убийца. Очень в духе принца Мархака.
— Пусть войдёт, — распорядился демоноборец, поднимаясь и вставая за кресло, чтобы межу ним и гостем была хоть какая-то преграда. — Не нужно охраны.
Диодор коротко поклонился и исчез, а через несколько минут в комнату вошёл незнакомец. Эл сразу узнал фигуру первого королевского советника.
— Семнадцать лун, — сказал тот негромко, останавливаясь у порога.
— Проходите, лорд Виль, — предложил Эл, — Располагайтесь, — он указал на широкий диван.
— Вы меня узнали? — царедворец откинул капюшон.
Лицо его казалось измождённым, глаза лихорадочно горели. Почти безумный взгляд вперился в переносицу некроманта и, казалось, стремился прожечь череп герцога насквозь.
— Что привело вас ко мне? — поинтересовался Эл. — Хотите вина?
Лорд Виль нетерпеливо отмахнулся и заговорил:
— Час пробил, господин герцог! Король мёртв, а коронация ещё не состоялась. Пришла пора выполнить наш с вами договор. Сегодня ночью мы ворвёмся во дворец, пленим принца Мархака и обвиним его в сговоре с вампирами. У нас всё готово. Мы предъявим документы, изобличающие его, а затем будем судить и либо казним, либо приговорим к вечному изгнанию. Верные нашим идеям люди вооружены и ждут сигнала. Но вести их должны вы, народный герой, спаситель отечества, верный долгу, чести и справедливости. Потом мы передадим власть нужному нам человеку, а вы получите земли от Кадрадских гор до Казантара — это огромное богатство. Кроме того, за вами останется должность верховного главнокомандующего с правом военного регентства во время войны, — лорд Виль замолчал, выжидающе глядя на герцога.
  
Глава 12
 
— Сегодня я приглашен к принцу Мархаку на ужин, — ответил Эл, помолчав. — Вероятно, он захочет так или иначе избавиться от меня. Отказаться нельзя — это может вызвать подозрения и заставить его действовать более решительно. Мне бы не хотелось быть обвинённым в государственной измене, например. Если гвардия осадит мой замок, я буду лишён свободы действий, а тогда принц беспрепятственно сможет клеветать на меня.
— Во сколько ужин? — спросил лорд Виль, нахмурившись и что-то обдумывая.
— В половине девятого. Время, как видите, позднее.
— Мы хотели занять дворец в два часа ночи. Но наши люди будут поблизости на непредвиденный случай. Я сам и… другие, имеющие свободный доступ в замок, постараемся не упускать вас из виду.
— Скажите, лорд Виль, зачем вам непременно нужно, чтобы я принял участие в вашем заговоре? Не проще ли позволить принцу Мархаку избавиться от меня, а затем расквитаться с ним?
Первый советник покачал головой.
— У нас нет времени, — сказал он честно. — Мы не можем позволить ему короноваться. Кроме того, за вами армия, господин герцог. А без солдат переворотов не бывает.