Мертвым – мертвое (СИ)

Обернувшись, Ольгерд заметил в её руке слегка изогнутый меч с тонким лезвием. Женщина приближалась довольно быстро, ветер почти не мешал ей. Эрнадил прибавил шагу, но до портала оставалось ещё футов двадцать. Он запаниковал. Клинок женщины со свистом рассёк воздух, скользнул по кольчуге, распорол мешок. Оставшийся тубус полетел на землю, покатился в сторону, подхваченный порывами ветра. Женщина расхохоталась. Ольгерд бросился за артефактом, стараясь не обращать на неё внимания, но она следовала за ним, размахивая мечом. И тут сработал активированный тубус: превратившись в столб синего пламени, он ударил в молочное небо, растёкся по земле сотнями молний, наполнил воздух светящимися искрами. Женщина закричала — не то от страха, не то от гнева. Эрнадил схватил тубус, бросился к порталу, прыгнул в него и через мгновение уже лежал посреди пустыни.
Последняя сфера казалась совершенно безжизненной. Покуда хватало глаз, виднелись только дюны. Некоторые из них довольно быстро перемещались вдоль горизонта. Тут же было несколько вертикально поставленных камней, изъеденных песками и покрытых трещинами. Ольгерд открыл портал, размышляя, куда он его забросит, задействовал последний тубус и вступил в переливающийся всеми цветами радуги проход.
Эрнадил очутился в полумиле от Бальгона, на гребне невысокого, пологого хребта. Отсюда было прекрасно видно, как вспухает синими трещинами последняя сфера, как разлетается на тысячи осколков, осыпаясь горящими искрами на Город Мёртвых.
Ольгерд вздохнул с облегчением и только сейчас почувствовал, что ноги у него подкашиваются. Он опустился на камни и положил голову на руки. По вискам струился холодный пот, одежда прилипла к телу. Так он провёл чуть меньше четверти часа. Он выполнил задание, совершил почти невозможное, обрёк род вампиров на постепенное вымирание. Теперь его честь была восстановлена, а совесть спокойна — так что можно было немного и отдохнуть.
Эрнадил вытер пот рукавом, с трудом поднялся и обвёл Кадрады неторопливым взглядом, прикидывая, где относительно этого места должна находиться оставленная им лошадь.
Пора было возвращаться в Малдонию.
* * *
Люцеус Скарандо поставил чашку с горячим чаем на маленький круглый столик и подался вперёд, прислушиваясь. До него донеслось только испуганное хлопанье птичьих крыльев, быстро исчезнувшее вдалеке.
На веранде пахло вереском и соснами — их стройные стволы качались всего в полусотне метров от домика, где Эл поселил бывшего ректора Ялгаадского Университета.
— Ты всё-таки почувствовал меня, старик, — голос донёсся из-за спины, и Люцеус обернулся.
Он увидел худощавого мужчину в серебристых доспехах и тёмном плаще.
— Кто вы⁈ — Люцеус невольно огляделся, пытаясь отыскать глазами охрану. — Зачем здесь⁈
— Бесполезно, — предупредил незнакомец, подходя и садясь в плетёное кресло слева от алхимика. — Мы здесь совершенно одни. И всё же советую вести себя тихо, — он взглянул Люцеусу в лицо, и старик понял, что гость не шутит.
— Что вам угодно⁈ — спросил алхимик дрогнувшим голосом.
Его рука нашла чашку и крепко сжала, словно ища в ней опору.
Мужчина усмехнулся.
— Позвольте представиться, — сказал он, расстёгивая под горлом пряжку плаща. Люцеус заметил, что вокруг шеи у него стальной воротник. — Меня зовут Дарон. И я собираюсь узнать у вас формулу, которую вы любезно предоставили в распоряжение новому королю Малдонии, — он холодно улыбнулся алхимику.
— Боюсь, я не давал ему никакой формулы, — ответил Люцеус, призывая на помощь всё мужество. — У вас неверные сведения!
— Нет? Но что-то ведь он от вас получил? Иначе вы не сидели бы здесь на веранде и не попивали бы чай, — Дарон взглянул на чашку, и алхимик тоже невольно посмотрел на неё.
— Я дал королю немного зелья. Но не формулу.
— Правда? И сколько он получил от вас зелья? — тон Дарона ясно говорил, что он не верит ни единому слову.
Старик судорожно сглотнул.
— Один кубок.
— И за это он поселил вас здесь под охраной? Неужели вы думаете, что я вам поверю⁈ — Дарон резко поднялся с кресла, и его плащ упал с плеч. — Боюсь, нам придётся изменить тон разговора! — в голосе вампира звякнул металл.
  
Люцеус тяжело вздохнул.
— Я был готов к появлению кого-нибудь вроде вас, — сказал он, поднося к губам чашку и делая глоток.
Стекло стукнуло о передние зубы.
— Правда? — Дарон посмотрел на старика сверху вниз. — И много вам это дало?
— Больше, чем вы думаете.
— Ладно, оставим этот никчёмный разговор и перейдём к делам насущным. Итак, мне нужна формула, и могу вас заверить, что рано или поздно… Эй, что ты делаешь⁈ — Дарон метнулся к старику и схватил его за руку мёртвой хваткой, но алхимик лишь торжествующе улыбнулся.
— Поздно! — сказал он, глядя Дарону в лицо.
— Проклятье! — вампир с отвращением оттолкнул старика, и тот рухнул вместе с креслом на бок.
Алихимик перехитрил его: он носил в перстне яд и, когда Дарон на секунду отвёл взгляд, принял его. Средство было сильным: Люцеус Скарандо уже бился в агонии.
Дарон переступил через него и вошёл в дом. Его не было около четверти часа, а затем он появился с большой стеклянной бутылью в руках, наполненной зернистым чёрным порошком.
Не взглянув на труп на веранде, вампир расправил крылья и взлетел. Через несколько секунд он исчез за вершинами сосен.
  
Глава 66
 
— Ты их видишь? — голос Эла был тих, но каждое слово отчётливо звучало в наступившей тревожной тишине, предвестнике бури.
Некромант сидел перед чашей с водой, вглядываясь в чуть дрожавшую чёрную гладь.
— Да, они приближаются очень быстро, огибая холмы и одинокие деревья. Кажется, ничто не сможет их остановить, — Ирд стоял возле окна, поставив одну ногу на табурет, и напряжённо вглядывался в темноту. — Даже страшно делается, если честно.
— Сколько их?
— Не могу сказать. Много.
— А машины? Ты видишь катапульты?
— Нет.
— Значит, их подтащат позже. Как я и думал, носферату побоялись приближаться к стенам Венста заранее, опасаясь нашей вылазки. Что ж, они будут драться до последнего, ведь другого шанса взять город у них может не быть.
Ирд кивнул, не отводя взгляда от окна.
— Да, они постараются ворваться до рассвета, иначе им придётся отходить слишком далеко.
— Но это их не спасёт, — проскрипел Эл. — Мы нападём днём, если продержимся эту ночь.
— Они разделились на четырё потока, и во главе каждого я вижу вампира, несущего на щите свой герб.
— Вот как, — Эл задумчиво покачал головой. — Значит, они решили атаковать без поддержки машин. Это странно. На что же они рассчитывают?
— Думаю, мы видим только пробу, — сказал Ирд. — Первую попытку.
— Вполне возможно. Необходимо отразить эту атаку, во что бы то ни стало.
— Твои воины сделают это без труда.
— Откуда такая уверенность?
— Я уже вижу, как они натягивают луки и заряжают арбалеты. В котлах кипит смола, мечники переминаются с ноги на ногу в нетерпении. Они жаждут встретиться с врагом. Их даже не пугает, кто именно противник.
В этом Эл очень сомневался, но возражать не стал.
— Тем лучше, — сказал он. — Но битва будет жаркой. Вампиры — сильные противники. Хорошо, что они зависят от времени суток, иначе ни за что не начали бы атаку без осадных машин.
— Надо полагать, тараны и передвижные башни недалеко. Мы ещё увидим их этой ночью.
— Наверняка, — Эл рукой возмутил в чаше воду и поднялся. — Ты пойдёшь?
— Конечно, — Ирд снял со спины сложенную глефу. — Разве я могу пропустить такую битву?
— Мне казалось, ты не любишь войн.
— Но ещё больше я не люблю вампиров. И тебе это отлично известно.
Эл взял со стола шлем с забралом в виде головы барса и отворил дверь.
— Знаю, — сказал он. — Старые обиды долго жгут сердце. Иногда всю жизнь.
Вместе с Ирдом они вышли в коридор. Во дворе спутнику некроманта подвели коня, а Эл забрался на Гора. Мутант был слегка возбуждён, словно предчувствовал сечу и надеялся на добычу. В последнее время он слегка засиделся и жаждал размяться. Эл рассеянно потрепал его затянутой в перчатку рукой по чешуйчатому загривку.