Бум (СИ)
произойти между двумя молодыми и влюблёнными людьми.
Я думаю, что ты, моя правнучка, не осудишь своего деда.
Через день мы снова были дома. Париж остался где-то там, в туманной дымке
дождя, а вместе с ним и мадам Ленорман со своим странным предсказанием.
Мне хотелось думать, что прорицательница ошиблась и всё будет совсем по-
другому.
Женевьева удалилась в своё поместье. Несколько раз я пытался встретиться с
ней, но слуги говорили, что она больна и никого не принимает. И вот за день
до отъезда мне доложили, что меня желает видеть мадемуазель де Обинь.
На крыльях счастья я влетел в зал, где встретил Женевьеву. Едва я спустился
с лестницы, как она подбежала ко мне, обняла и поцеловала в щёку.
-Милый Поль, как мне жаль расставаться с тобой, ведь я люблю тебя больше
жизни. Мне хочется, чтобы ты помнил обо мне там, в далёкой России.
Возьми это, - Женевьева протянула прекрасный медальон со своим
портретом, - этот медальон будет хранить тебя от всех напастей и станет
залогом нашей любви, а впоследствии, когда исчезнет последняя надежда на
встречу, поможет вернуться в наш самый счастливый день.
-Ну что ты, не переживай, пройдёт всего два месяца и мы вновь соединимся и
тогда вся жизнь станет нашей и только нашей. Как же я буду скучать без тебя,
любовь моя.
-Поль, прошу только об одном: никому и никогда не отдавай этого медальона,
а когда у тебя появятся дети, передай его старшей дочери и поклянись, что
назовёшь её Женевьевой.
-Клянусь! - машинально ответил я, ничего не понимая из сказанного. Какие
дети? Если у меня и будут дети, то только наши с Женевьвой. Тогда что же
пытается сказать моя невеста?
-Поль, не бери в голову. Я так волнуюсь за тебя, что не отдаю себе отчёта в
том, что говорю. Ведь я пришла проститься с тобой. Я не смогу проводить
тебя завтра: мои родители решили уехать на юг. Ты же знаешь, что моей
матушке нездоровится, и врачи посоветовали ей больше находиться на
солнце. С ними еду и я. Отъезд уже сегодня. Прощай, Поль, я всегда буду
помнить тебя.
Зарыдав, Женевьва выбежала из зала, а я стоял истукан истуканом,
потрясённый тем, что только что услышал.
Из оцепенения меня вывел шум отъезжавшей кареты. Вскоре экипаж скрылся
под аркой и исчез за поворотом.
-Подождите! Женевьва, ради бога, подождите!
Я кинулся вдогонку.
-Лошадь, скорее!
Я вскочил в седло и направился в поместье де Обинь, благо оно
располагалось всего в двух лье от нашего замка. В этот раз фортуна решила
отвернуться от меня: слуги сообщили, что господа отбыли более двух часов
назад, а вмести с ними и молодая барышня.
Ничего не понимаю, если семейство де Обинь отбыло два часа назад, как же
могла Женевьева быть у меня?
-Куда они поехали?
Мне показали направление, и я погнался за своим счастьем. Для себя я
решил, если догоню Женевьеву, немедля попрошу её руки у родителей и
тогда, прощай Россия.
Впрочем, всё было напрасно: мне не удалось настигнуть экипаж семейства де
Обинь. В этот день я видел свою невесту в последний раз, но я ещё не знал об
этом.
Через два дня меня зачислили в пятую бригаду армии императора, и началась
новая жизнь, которая оказалась совсем не такой, какой её представлял. Вскоре
я познакомился с юношей одних со мной лет и взглядов. Звали его Шарль де
Вильмон и он являлся представителем славного дворянского рода. Вскоре мы
подружились. Начало исполняться предсказание мадам Ленорман: я нашёл
верного и преданного друга. Неужели всё, о чём говорила провидица,
окажется правдой, и я никогда не встречусь с Женевьевой. Такого просто не
может быть, ведь иногда и гадалки ошибаются. Возможно, мой случай как
раз и попадает под эту самую ошибку?
Впрочем, времени на размышления о прошлом оставалось всё меньше и
меньше: армейская жизнь только издали кажется такой романтичной.
Блестящие кивера, шпага, приятно постукивающая по левому боку, форма от
которой млеют барышни. Всё это лишь внешняя и хорошо видимая сторона,
но есть ещё и изнуряющие тренировки, повседневная муштра, способная
довести до помешательства, но впоследствии, как это не покажется
странным, спасающая твою жизнь.
Все эти «прелести» армейской жизни захватили меня и на некоторое время
оторвали от грустных размышлений. Войско Бонапарта постоянно
находилось в движении, и вскоре наша бригада расквартировалась вблизи
Дрездена. Шарль, как мог, отвлекал меня от хандры. Через три дня после
прибытия в город случилось событие, показавшее, как тесен мир. Во время
посещения оперного театра я увидел знакомое лицо. После окончания
представления судьба свела меня с мужем Мари.
-Поль, рад, очень рад тебя видеть. Я искал встречи и ужё потерял всякую
надежду, а ты вот он предо мной живой, здоровый, энергичный, но слегка
грустный. Поверь, я способен разогнать чёрную тоску в твоём сердце.
-Продолжайте, месье, не томите. Как там, матушка, что с сестрой?
-Молодой человек, не все вопросы сразу. Однако, как мне показалось, вы не
задали самого главного вопроса.
Я густо покраснел, но сделал вид, что не совсем понимаю собеседника.
-Не хорошо забывать друзей, которые помнят о вас. Не проходит и дня как
нарочный из их имения прибывает узнать, нет ли от вас каких новостей. Вы
всё ещё пребываете в недоумении, мой юный друг?
-Месье, извольте объясниться.
-О, юность, юность. Поль, вам письмо.
Мне протянули конверт, перехваченный лентой.
-Это от ваших родителей, а вот это…
Мне был вручён ещё один конверт.
-Не хочу называть имени отправителя, думаю, вы догадаетесь сами, а сейчас
разрешите проститься. Увидимся завтра. Извините, меня ждёт император.
На этом мы расстались. Письма буквально прожигали мне руки, но я решил
прочитать их чуть позже. Наняв извозчика, вернулся в расположение своей
бригады. Как мне не терпелось распечатать конверты!
Наконец, наступил долгожданный момент. Первым было письмо от моих
родителей. В нём они сообщали, что у них всё по-прежнему. Сестра
помолвлена с сыном барона, проживающим по соседству. Дело идёт к
свадьбе, и ждут только меня, просят возвратиться поскорее и обрадовать их
внуками, истинными продолжателями рода. Слёзы навернулись на глаза и тут
я, пожалуй, впервые пожалел о своём опрометчивом поступке. Вернулся
Шарль, и временно пришлось отложить знакомство с новостями из дома: мне
не хотелось, чтобы кто-то мог видеть проявления моей слабости и поэтому я
поспешно спрятал письмо. Мой друг предложил пройтись по расположению
лагеря и слегка развеяться, но я, отказавшись от предложения, предпочёл
остаться один и продолжить чтение. Отец сообщил, что семейство де Обинь
вернулось из своей поездки на юг. Женевьева нигде не показывается. Только
несколько раз в наш замок приезжал её слуга узнать, нет ли известий от меня.
В конце письма родители выражали надежду на скорую встречу и просили
беречь себя.
С волнением, переполнявшим меня, я вскрыл второй конверт с посланием от
Женевьевы. В нём моя невеста сообщала, что любит меня, и по-прежнему
будет ждать возвращения. Далее шли рассказы о мелочах, понятных только
нам. Как я был рад читать всё то, что написала моя любимая. В конце письма
была непонятная приписка, в которой говорилось, что к моему возвращению
домой меня будет ждать сюрприз, но какой, я смогу узнать, лишь вернувшись
на родину.
Я тут же решил написать письма моим родителям и Женевьеве, а завтра
попросить мужа Мари переправить их как можно скорее моим адресантам.
В письмах я описал всё, что со мной происходило в последние недели и дни.