Амнезия (СИ)

– Это мне, понятное дело, аукнулось – Виктор грозился подать на меня в суд за совращение несовершеннолетних, угрожал, что если я не оставлю тебя в покое, то никогда не смогу устроиться на нормальную работу, у него ведь связи по всему городу, но до суда дело так и не довел. Ему самому не выгодно афишировать тот факт, что его единственный сын и наследник – гей, который живёт с мужиком-батраком. Я на тот момент перебивался с одной грязной работенки на другую, но когда ты переехал ко мне, мне неожиданно предложили неплохую работу в центре, в одной компании. После этого дела пошли в гору, разве что…
Нэйтан замолк, чуть нахмурившись, и кинул мясо на сковородку, перемешав со смесью, луком и специями.
– В общем, из-за этого мы начали часто ссориться, потому что у меня оставалось слишком мало времени на нас.
Он вытащил из холодильника бутылку холодной воды и опустошил сразу наполовину – после тренировки очень хотелось пить. А еще очень не хотелось говорить на эту тему. Не рассказывать же, что он очень хотел обеспечить Крису ту жизнь, к которой он привык, живя в доме отца.
Но от Криса все равно не укрылась эта заминка. Встав из-за стола, он подошел к Нэйтану со спины и неожиданно даже для самого себя обнял, сцепив руки у него на животе и уткнувшись носом ему между лопаток. Выше не доставал.
– Я был очень капризный и эгоистичный, да? – тихо спросил он.
Нэйтан замер. Рука его дрогнула, несколько капель воды упали на пол.
– Нет. Нет, конечно же нет, – чересчур поспешно ответил он, медленно закрутив пробку.
– Не отнекивайся, это ведь правда, – Крис мягко забрал у него бутылку, поставив обратно на полку в холодильник, закрыл его и развернул Нэйтана к себе лицом. – Я так многого не помню, но чувствую, что каждое твое слово – чистая правда. А вот сейчас ты мне врешь.
МакКалистэр опустил взгляд и преувеличенно равнодушно пожал плечами.
– Это никогда не имело значения, – сказал он. – Мы частенько ссорились по этому поводу, но какая разница? Я действительно слишком много работал и не мог уделять тебе достаточно времени. И я должен был…
Крис приложил палец к его губам, заставляя замолчать, а потом обхватил его лицо ладонями и прижался к ним своими в целомудренном поцелуе. Нэйтан сначала как-то странно застыл, а потом, тихо застонав, так сильно прижал к себе, что у Криса заныло все тело, но ни за какие сокровища мира он не отказался бы сейчас от этих объятий. Особенно когда почувствовал, как МакКалистэр с горячей жадностью набрасывается на его рот, сразу же глубоко проникая внутрь языком.
Томительная сладкая тяжесть образовалась внизу живота, а сознание помутилось от удовольствия – тело реагировало мгновенно на знакомые ласки, на прикосновения давно любимых рук. Может быть, он не помнил, но его тело знало наверняка, что Нэйтан именно тот, кого он любит.
Крис не знал, куда девать руки, то цепляясь за широкие плечи, покрытые вязью татуировок, то зарываясь пальцами в густые волосы на затылке. Нэйтан целовал и целовал его, пока Крис не начал задыхаться, но все равно тесно льнул к нему, с такой же пылкостью отвечая на поцелуй.
– Я соскучился по тебе, господи, как я соскучился, – с трудом оторвавшись от припухших губ Бэлла, горячечно зашептал Нэйтан.
Крис зажмурился, оглушенный внезапно захватившим его чувством абсолютного безоблачного счастья. Он только и мог, что подставлять лицо под обжигающие поцелуи, ощущая, что тоже безумно соскучился по всему этому. По домашнему уюту, по дымчатому зеленоглазому коту и зеленоглазому мужчине, завладевшему его сердцем.
– Никогда, слышишь, – вдруг яростно прорычал МакКалистэр, – никогда больше не делай так. Что бы ни случилось, как бы сильно мы ни ссорились, обещай, что ты не уйдешь и не пропадешь так надолго!
– Обещаю, – обхватывая руками его шею, судорожно закивал Крис, пытаясь проглотить ком, вставший в горле. Глаза почему-то наполнились слезами, и он попытался пошутить, чтобы сгладить неловкость: – Тем более, если это так плохо заканчивается для меня.
– Я думал все это время, что ты всерьез решил меня бросить, – хрипло пробормотал Нэйтан. – Это ужасное чувство. Я все пытался смириться с твоим решением, выкинуть тебя из головы, жить дальше, как ни в чем не бывало, но…
 
– Но у тебя не получилось? – тоже почему-то охрипшим голосом спросил Крис, поднимая на мужчину темно-синие глаза и улыбаясь.
Нэйтан лишь вздохнул.
– Как бы я ни старался.
– Какое счастье, что не получилось, – засмеялся Крис. – Значит, ты не очень-то и хотел стараться.
В ответ Нэйтан лишь снова впился в его губы требовательным поцелуем. И Крис подумал, что не так уж и важно, вспомнит ли он прошлое. Ведь настоящее гораздо лучше. Как хорошо, что ему хватило смелости и духу прийти по раздобытому адресу и лицом к лицу столкнуться со своими воспоминаниями. Может быть, не все из них хорошие, самое главное, что они были. Были с Нэйтаном, и вместе они создадут новые. А все остальное – дело второстепенное.
Он чувствовал, что все происходящее – правильно. Он находится здесь, потому что его тут ждали. Его зеленоглазый кот и его зеленоглазый мужчина.
========== Эпилог ==========
Крис оказался прав. Оставшись с Нэйтаном, он с каждым днем все больше убеждался в том, что все сделал правильно. И ничуть не жалел о том, что сбежал из больницы от совершенно чужих ему людей. МакКалистэр его на руках носил, выхаживая после аварии, ведь Бэлл на самом деле был все еще слаб, как котенок. Все силы ушли на то, чтобы найти его и добраться по нужному адресу.
Для того, чтобы Крис быстрее поправился, Нэйтан даже взял длительный отпуск. Вдвоем с Рюшиком они окружили его уютом и заботой. Воспоминания тоже возвращались потихоньку, но самое главное Крис уже вспомнил.
Через неделю утром к ним внезапно нагрянули родители Криса. Виктор заявился вместе с женой собственной персоной. Даже более того – притащили с собой детектива и полицейских, которые предъявили ордер на его арест и обыск квартиры. МакКалистэру пришлось впустить весь этот цирк в единственную комнату, где на диване лежал Крис, любовно закутанный в халат. Под ноги Нэйтан ему подложил подушку, чтобы не затекали: после перелома парень слишком быстро уставал лежать в одной позе. Крис держал чашку с кофе, а на журнальном столике рядом стоял поднос с его завтраком. Сидеть на кухне ему было все еще тяжеловато.
Конечно, родители начали наперебой обвинять Нэйтана в том, что он похитил их сына, орали с пеной у рта, пытаясь доказать, что он насильник, маньяк и похититель.
МакКалистэр все это время стоял между ними и диваном так, чтобы загородить собой Криса, напугавшегося от такого количества незнакомых людей. Полицейские не вмешивались, внимательно наблюдая за происходящим. Нэйтан, скрестив руки на груди, с нечитаемым выражением лица, ждал, пока Бэллы успокоятся. Он даже не пытался оправдаться, вставить хоть слово в эту обличительную тираду. Это спокойное молчаливое ожидание и то, как он заслонил собой парнишку на диване, и даже этот долбанный поднос с завтраком, куда больше импонировало стражам порядка, чем неадекватное, почти истеричное поведение двух взрослых людей, которые даже не потрудились первым делом кинуться к своему драгоценному сыночку, чтобы удостовериться, что с ним все в порядке.
– Детектив, немедленно арестуйте его! – приказал Виктор громко.
Матерый полицейский, представившийся детективом Уолсоном, не двинулся с места.
– Вы сказали, что вашего сына похитили и что вы даже знаете кто, – опасно вкрадчивым голосом произнес Уолсон. – Мы пришли с вами на предполагаемое место преступления. Я ради этого взял с собой целый отряд. И что же я вижу? Вы хоть понимаете, что за ложные обвинения тоже полагается срок? Не говоря уже о том, что вы мне важное задание сорвали.
– Что? – Виктор уставился на него в раздражении. – Вы что, глухой? Вы не слышали, что я сказал? Этот человек похитил моего сына и держит его тут взаперти! И насилует уже четыре года!