Она должна была стать идеальной женой

Я предположила, что это из-за стресса, но не испытывала к нему ни малейшего сочувствия. Его же не волновало, какое потрясение испытала я, когда он исчез, точно призрак, полагая, что сможет безнаказанно избавиться от меня!
Теперь я видела, как он пытался сосредоточиться на словах Бена, но его глаза то и дело нервно косились в мою сторону. Интересно, осталась ли в нем хоть капля любви ко мне? Пока мы были вместе, я хоть и понимала, что мои чувства к нему сильнее его ответных чувств, но была уверена, что с его стороны дело не только в похоти. Я была уверена, что однажды он решится бросить жену и станет жить со мной и нашим ребенком.
Какой же наивной дурой я казалась себе самой после того, как он так поступил со мной.
И тут в комнату влетела Джо. Она была на грани истерики.
— Эмма попала в аварию. Нужно съездить за ней.
Питер и Бен сразу вскочили с мест.
— Черт? С ней все в порядке? — Бен выглядел искренне обеспокоенным, и это было немного чересчур.
Я была практически уверена, что Эмма не сильно пострадала, иначе она не стала бы звонить родителям, чтобы те приехали и забрали ее. Она была бы уже в скорой помощи на пути в больницу.
— Она очень испугана и расстроена. Похоже, ударилась головой, но говорила связно, поэтому надеюсь, что с ней все хорошо. Питер, нам надо поторопиться, — Джо указала на дверь таким жестом, будто говорила с непослушным ребенком.
Питер коротко кивнул и выскочил из комнаты. Я взглянула на Бена, ожидая, что он сядет рядом со мной, но вместо этого он направился к двери.
— Я с вами! — громко сказал он.
— Нет, Бен! — не подумав, выпалила я, и все замерли. — Ты не поедешь, — добавила я, когда все три пары глаз уставились на меня.
Бен раздраженно нахмурился:
— Что? Я должен поехать с ними. Вдруг нам с отцом придется вытаскивать машину из кювета или еще что?
От его нахального тона меня сразу охватила злость.
— Ты не можешь бросить меня здесь одну! — прошипела я сквозь зубы, надеясь, что он поймет меня правильно и останется.
— Едешь? Не едешь? — набросилась на Бена Джо. — Только решай быстрее, потому что нам надо торопиться.
Под моим холодным взглядом Бен заколебался. Ему не нужно было ехать. Он просто пытался изображать героя перед матерью и отцом. А мне не хотелось оставаться в доме одной, когда я неважно себя чувствовала. То, что я прекрасно себя чувствовала, не имело значения — он считал, что мне нездоровится, и это главное.
К моему ужасу, он виновато улыбнулся:
— Извини, любимая. Это всего на несколько минут. Все будет хорошо.
С этими словами они втроем выбежали за дверь, оставив меня сидеть в одиночестве в состоянии такой жестокой обиды, что я по-настоящему расплакалась.
Мне не верилось, что Бен мог так нарочито ослушаться меня, пытаясь унизить и выставить дурой перед матерью и, в особенности, отцом.
— Вот ублюдок! — выкрикнула я в пустоту комнаты.
Прошло почти полчаса, прежде чем они вернулись. К тому времени мое огорчение переросло в холодную, непреклонную ярость. Я с отвращением наблюдала в окно, как Питер и Джо нежно помогали Эмме выбраться с заднего сиденья «рейнджровера». На вид с ней все было в порядке. Ну, если не считать шишки на лбу, которая, пожалуй, только выглядела страшно. Взяв Эмму под руки, они повели ее к дому, будто она вот-вот свалится. Эмма изо всех сил подыгрывала им, еле передвигая ноги, точно ей было девяносто лет. Когда они подошли к двери, на гравийную дорожку вполз ее маленький зеленый «фиат» с Беном за рулем. Надо признаться, машина была изрядно помята, но явно могла передвигаться своим ходом. Вовсе и не было нужды всем бросаться Эмме на выручку — она и сама могла доехать до дома. Похоже, этой истеричке просто захотелось, чтобы все суетились вокруг нее, а не вокруг меня.
Когда Питер, Джо и Эмма отправились на кухню, Бен пришел в гостиную. Я буравила его холодным взглядом, пока он нервно мялся передо мной, точно школьник, которого вызвали к директору.
— Бедная Эмма — попала в крайне неприятную аварию, — начал он.
 
Я плотнее завернулась в пальто и отвела взгляд, не ответив.
Бен пригладил волосы:
— Ты видела машину? Просто всмятку.
Я раздраженно пожала плечами:
— А мне кажется, все не так и плохо. Да и с Эммой все в порядке.
Бен нахмурился:
— Вообще-то, она очень напугана, Белла! И на голове у нее здоровенная шишка. — Он приумолк, потом продолжил: — Почему ты так себя ведешь? С самого нашего приезда ты будто с цепи сорвалась.
Тут же хлынули слезы, давно уже подступившие к глазам, и я закрыла лицо руками.
— Прости, Бен. Просто мне нехорошо и даже показалось, что я могу упасть в обморок. А я была тут совсем одна и не знала, что делать. Я так беспокоилась за ребенка.
Как всегда, стоило мне заикнуться о благополучии ребенка, как все раздражение Бена мгновенно улетучилось. Он тут же подбежал ко мне, встал на колени и обнял.
— Ох… Милая… Бедняжка. Что ж ты сразу не сказала?..
— Не хотела портить Рождество твоей маме. Она столько сил в него вложила!
— Ты не испортила Рождество. У нас еще достаточно времени повеселиться, — Бен ободряюще погладил меня по спине.
Я закатила глаза. Я совершенно не собиралась задерживаться здесь ни минутой дольше, чем нужно.
— Но я ужасно себя чувствую, Бен. Прости, но я хочу просто добраться до дома и лечь.
Бен отпрянул, и я увидела на его лице борьбу чувств. Или он расстроит меня, или маму. Но исход борьбы уже был предрешен, и мы оба это знали.
— Может, ты здесь приляжешь? — предложил он неуверенно, понимая, что сражение уже проиграно.
Я печально покачала головой:
— Думаю, мне лучше быть поближе к больнице… На всякий случай.
Бен неохотно кивнул и поднялся.
— Хорошо. Я только схожу скажу маме.
Он вышел из комнаты, ссутулив плечи, и я поняла, что он смертельно боится этого разговора.
Мне было немного неловко бросать его одного в этот скандал, и я последовала за ним через прихожую в сторону кухни, в дверях которой остановился Бен. Я остановилась на полпути так, чтобы слышать его слова.
— Э… Белле что-то нездоровится. Извините, но нам, наверное, лучше поехать домой.
— Что? — жалобно захныкала Джо. — А как же обед, ваши подарки… Вы же собирались остаться на весь вечер.
Бен нервно оглянулся и встретился взглядом со мной.
— Прости, мам, — сказал он и направился ко мне.
— Питер, может, ты с ней поговоришь? — сказала Джо, как она думала, шепотом, но по прихожей ее слова разнеслись достаточно громко, чтобы мы с Беном услышали. — Попробуешь убедить ее остаться? Похоже, ты ей нравишься больше, чем я…
Я едва не рассмеялась — настолько иронично звучали эти слова.
— Пожалуй, нет, — ответил Питер.
«Вот уж это точно приуменьшение века», — подумала я.
— Не думаю, что это поможет, а если она и в самом деле неважно себя чувствует…
— Пожалуйста, Питер! Если они уедут, все будет испорчено. Я же вижу, что Бен не хочет уезжать. Это все она!..
Бен в панике посмотрел на меня и попытался увести подальше в глубь прихожей, где ее не было слышно. Но я оттолкнула его и подошла к кухонным дверям.
Джо стояла спиной ко мне и не замечала моего присутствия, но Питер и Эмма уставились на меня в ужасе.
— Она терпеть не может, когда хоть на секунду ее оставляют без внимания. Она просто чокнутая! В самом деле, Эмма. Видела бы ты, как она отказалась даже снять пальто!
Я едва не захлопала в ладоши от радости. Она сделала именно то, на что я рассчитывала, и дала мне идеальный повод уехать, целиком и полностью обвинив в этом ее. Последовала долгая мучительная пауза, когда она поняла, что Питер и Эмма с ужасом смотрят ей за спину и что я, должно быть, услышала ее. Я увидела, как она напряглась, прежде чем медленно повернуться ко мне лицом.
— Ого! Спасибо, Джо, — произнесла я таким тоном, в котором, как я надеялась, прозвучала глубочайшая рбида, понимая, что нужно как-то сдержать рвущуюся на волю улыбку. — Как хорошо, что мы уезжаем. Теперь я точно знаю, где мне не рады.