Она должна была стать идеальной женой

— В самом деле?
— Да, конечно. Смерть отца стала для нее очень тяжелым ударом, и она просто струсила. А когда поняла, что натворила, было уже слишком поздно.
— Как она? — Бен продолжал смотреть в окно, стараясь казаться безразличным.
— В порядке.
— Она… все еще одна?
Фрейя улыбнулась:
— Да. Веришь или нет, но с тобой не так-то легко сравниться, Бен Гордон.
Бен глухо рассмеялся:
— Я думал, она в конце концов сойдется с тем парнем, Люком, с которым работала. Она часто о нем упоминала незадолго до того, как мы расстались.
Фрейя покачала головой:
— Нет. Они просто дружили. И сейчас дружат. Но у него есть другая.
Бен кивнул и снова посмотрел на Фрейю:
— Теперь это уже не важно.
— Конечно, — согласилась Фрейя. — Но она рада, что ты смог это пережить и что у вас с Беллой родился ребенок. Она знает, как ты хотел детей.
— Да. Наверное, это была еще одна проблема: я хотел, а она — нет.
— Все не так просто. Дело не в том, что она не хотела детей. Думаю, она просто хотела быть абсолютно уверенной в том, что она хочет их именно от тебя.
— Да, понимаю. Что ж, видимо, просто не судьба. Иначе все не пошло бы под откос, верно? — он поднялся из-за стола. — В общем, мне пора обратно на работу.
Фрейя тоже встала, и они вместе вышли из кафе.
— Как здорово снова тебя видеть, Бен! Я по тебе скучала.
Бен приобнял ее:
— Я по тебе тоже.
— Я знаю, тебе сейчас не до этого, но позвони Мэтту, как появится возможность!
Бен кивнул:
— Конечно. Пока, Фрейя!
— Пока! — ответила она ему вслед и, лишь когда толпа поглотила его, поняла, что нужно было спросить его новый номер.
Глядя, как он уходит, уже уткнувшись в свой телефон, по-видимому, чтобы сообщить разъяренной Белле, где он, она с тоской осознала, что теперь еще очень долго его не увидит.
  
Глава девятая
 
Ну, и чем это таким важным ты сегодня был занят, что наплевал на мои звонки? — Карие глаза Беллы пылали еле сдерживаемым гневом.
— Я не плевал на твои звонки. — Бен пытался есть ризотто, но во рту было сухо, отчего еда по вкусу напоминала картон.
С самого его возвращения домой час назад атмосфера в доме становилась все более ледяной. Он понимал, что, если рассказать Белле правду о том, где он был, когда она пыталась дозвониться до него в обед, будет только хуже.
— Я был на работе, Белла. Я не могу бросить все и отвечать на личные звонки всякий раз, когда звонит телефон. Это непрофессионально, и у меня будут проблемы. Мне никак нельзя потерять эту работу.
Белла швырнула вилку с такой силой, что от лязга они оба подскочили на месте.
— А если бы это было срочно? Если бы это было по поводу Элоди?
— Ну, тогда бы я, конечно, бросил все и примчался. Но ведь это было не по поводу Элоди, так?
Нижняя губа Беллы дрогнула, и Бену едва ли не физически пришлось подавить нараставшее в груди раздражение. Всякий раз, стоило ему лишь слегка возразить, она тут же впадала в истерику или начинала плакать. И это надоедало ему все сильнее.
Но он строго напомнил себе, что она совсем недавно родила и еще охвачена эмоциональной и гормональной бурей. Нужно набраться терпения.
— Успокойся, милая. Не расстраивайся. Ты отлично справляешься с нашей замечательной малышкой. Я тобой очень горжусь!
Белла слабо улыбнулась и утерла слезы:
— Спасибо. Прости, что так часто тебе звоню. Просто иногда становится до чертиков одиноко. Мне очень, очень тяжело.
Бен взял ее за руку:
— Конечно. Я все понимаю, милая. Но… Тебе ведь не обязательно быть одинокой.
Белла отдернула руку и села, выпрямив спину, ожидая, что он скажет дальше.
— Уверен, мама очень хочет повидать Элоди и с радостью тебе поможет. Даст тебе немного передохнуть.
Белла поджала губы и посмотрела в сторону. Бен сделал глубокий вдох.
— Почему бы не пригласить ее к нам? Ну же, Белла… Иначе это все равно что отрезать себе нос назло отражению в зеркале.
Бен попытался понять выражение ее лица. То, что она сразу же не вцепилась ему в глотку, давало крохотную искорку надежды.
 
— Возможно… — начала она, медленно прикрыв глаза. — Но ты тоже должен быть здесь. Чтобы мы с ней не встретились наедине. На всякий случай…
Ее слова повисли в воздухе. Бен радостно кивнул, не обращая внимания на недосказанность.
— Конечно, буду. Как насчет этих выходных? Позвать их к нам?
— Их? Твоего отца тоже позовем?
Бен нахмурился.
— Ну, да. Думаю, он хочет повидать внучку не меньше, чем мама.
Белла снова отвела взгляд, сохраняя полную непроницаемость. Наконец, безразлично пожав плечами, она сказала:
— Наверное.
У Бена закружилась голова от радости. До сих пор он даже не представлял, как сильно давило на него отчуждение от семьи. Он отчаянно скучал по родным, и встреча с Фрейей напомнила ему, что они не были чудовищами и что его мать была в сильном шоке в тот день, когда они с Беллой поругались. И где-то в глубине души он чувствовал, что, возможно, его мать кое в чем была права. На Рождество Белла вела себя странно, будто избалованное дитя.
Он доел ужин, стараясь не спешить, чтобы не показалось, что он торопится поскорее добраться до телефона.
— Может, пойдешь примешь ванну, расслабишься? А я пока приберу здесь все, — предложил он, не желая, чтобы она слышала разговор. — За Элоди я пригляжу.
Она чуть задумалась, затем кивнула:
— Да, было бы неплохо. Спасибо.
Бен принялся убирать кухню, пока не услышал, как она закрыла краны и залезла в ванну.
— Мам, это я, — сказал он, едва Джо ответила на звонок.
— Бен! — по голосу Джо было слышно, что она едва не плачет.
Последовала долгая пауза, прежде чем она немного успокоилась и заговорила снова:
— Милый, как я рада тебя слышать! Как ты там, сынок?
Бен вдруг почувствовал подступающие слезы.
Собравшись с духом, он ответил:
— Хорошо, мам. В самом деле.
— А Элоди? Она как?
В голосе Джо слышалась такая тревога, что Бену стало стыдно. Это была первая внучка Джо, и ей, похоже, было боязно даже спрашивать.
— Я за тем и звоню. Мы тут подумали — не хотите с папой заехать на этих выходных? В субботу, например.
После недолгого молчания Джо ответила:
— Мы бы с удовольствием. Конечно, приедем. А Белла к этому нормально отнесется? Я не хочу ее расстраивать.
— Конечно! Она тоже хочет вас видеть. — Бен с трудом выдавил из себя ложь, но по-другому он ответить не мог.
— Тогда мы с радостью приедем. Спасибо. А во сколько?
Бен попытался припомнить распорядок дня, который Белла завела для Элоди, но никак не мог вспомнить точное время.
— Э… Где-нибудь около полудня? Мы приготовим обед.
— Замечательно! — Джо казалась взволнованной, и от этого Бен почувствовал себя еще более виноватым. — Тогда до встречи!
Бен положил трубку, жалея, что не предложил Белле сделать это раньше. Его родители были хорошими людьми, и было несправедливо наказывать их за слова, сказанные сгоряча.
— Около полудня? — голос Беллы вырвал Бена из задумчивости, и он, обернувшись, увидел глубокую хмурую морщину, пересекавшую ее гладкий лоб.
— Да. А что не так? — У Бена тут же снова сжалось сердце — можно было догадаться, что все будет не так-то просто.
Белла театрально закатила глаза:
— Да ничего. Только Элоди будет спать. Я думала, они собирались повидать ее?
Бен вздохнул.
— Они приедут повидать ее. Не думаю, что ей сильно повредит, если она один раз ляжет спать немного позднее.
— Бога ради, Бен! — фыркнула Белла. — Как это на тебя похоже! Это же не ты надрывался, чтобы приучить ее к режиму. Я не хочу, чтобы мои труды пошли прахом из-за того, что тебе так удобнее.
— Хорошо! — огрызнулся Бен. — Тогда мы сначала пообедаем, а они смогут посмотреть на девочку, когда она проснется.
Белла склонила голову набок и уперлась руками в бедра: