Обряд (СИ)

— Это маме решать, — улыбнулась Агафья. — Попробуй. Просто скажи маме правду.
— Она меня накажет! — сразу же заявила девочка, отступив на шаг.
— Нет, — вступила в разговор её мама. — Не накажу. За правду я не наказываю.
— А правда будет что-то хорошее? — девочка вновь посмотрела в глаза Агафье. — Честно-честно?
— Честно-честно! — подтвердила Агафья с серьёзным видом.
— Если соврёшь, умрёшь?
— Маша! — укоризненно заметила её мама.
— Если совру — умру! — подтвердила Агафья и протянула девочке ладонь. Просто ладонь, безо всего. — Обещаешь, что скажешь правду?
— Обещаю! — твёрдо заявила девочка и прикоснулась ладошкой к ладони Агафьи. — Пока! — И потянула свою маму за руку прочь, время от времени оборачиваясь, чтобы посмотреть в лицо Агафьи. Та ободряюще кивнула, поднимаясь на ноги.
— Вы замечательный воспитатель! — заметила Наталья, глядя вместе с остальными на удаляющихся Машу и её маму. Девочка неожиданно замерла, потянула маму за руку и что-то сказала ей. Женщина с улыбкой присела перед дочерью и та что-то шепнула ей на ухо — и сразу же отпрянула. Женщина пару секунд смотрела в глаза дочери, затем что-то ответила ей, улыбнулась, и потрепала по голове. И вот они уже идут рука об руку, довольные. Уже в конце аллеи, перед поворотом, Маша обернулась и встретилась взглядом с Агафьей. И кивнула с довольным видом. Агафья кивнула в ответ.
— То, что вы обещаете, сбывается? — поинтересовалась Наталья, проводив маму с дочерью взглядом. — Если ребёнку обещали чудо, оно должно случиться.
— Сбывается, — согласилась Агафья. — Вы же слышали, чем я поклялась. Такими словами не шутят.
Наталья и Владимир переглянулись, и по спине Владимира в который уже раз сегодня прополз ледяной ручеёк.
— Простите, что не о высоком, — потянул он Агафью за руку. — Может, пообедаем? Наталья, может купить вам ещё бумаги?
— Ой нет, на сегодня хватит, — заявила Наталья и протянула Владимиру свою поклажу — сложенный мольберт, папку с рисунками. Карандаши, похоже, у неё в сумке. — А мы с Ганей выберем, где пообедать. Доверяете? — посмотрела она в глаза Владимира.
— Несомненно! — согласился Владимир. — Сейчас отнесу в машину и вернусь.
Владимир шёл, в сопровождении охранника, и настроение мало-помалу становилось самым радужным. От умений Агафьи оторопь берёт. И Наталья, похоже, что-то чувствует — не лезет с вопросами, не изумляется каждые несколько минут. И почему от её прикосновения всегда ощущение, что прикасаешься к самому себе? Тоже “суперспособность”?
Владимир глянул в зенит, и едва не споткнулся. Померещилось, что там раскинулась огромная радуга, на треть неба — кольцевая, яркая, сияющая. И это в ясном небе! Но, по счастью, только померещилось: рядом шли люди, их много, и такое чудо в небе они не могли бы не заметить.
“Только знамений не хватало”, подумал Владимир, сложив вещи Натальи в машину и возвращаясь назад в зоопарк. “Лучше как-нибудь без них”.
* * *
Они вернулись домой к Наталье уже в шестом часу вечера — ноги устали от ходьбы, и впечатлений получено — на неделю хватило бы. Художественная выставка, парк аттракционов, просто парк… И Агафья всё встречала восторгом — словно и в самом деле ничего такого не видела. Что очень странно: судя по воспоминаниям Владимира-второго, в тамошнем Новониколаевске всеобщая одержимость не только спортом и здоровым образом жизни, но и всевозможными культурными мероприятиями. Разумеется, теми, что одобрены цензурой.
Агафья сразу же направилась в душ, а Наталья поманила Владимира в коридор.
— Не поможете отнести зеркало ко мне в комнату? — попросила она. Владимир сразу же согласился и осторожно отнёс зеркало — как новенькое — и аккуратно повесил его на место. Наталья встала рядом, явно любуясь собой — и зеркалом.
— Вы точно волшебник! — покачала она головой. — Не расскажете, как вы сумели починить его? Я даже не вижу, где откололся тот кусочек!
— Если можно, в другой раз, — попросил Владимир. — Очень многое придётся рассказывать.
— Хорошо, — согласилась Наталья. — Скажите, вы ведь тоже видите там не только отражение? — и взяла Владимира за руку. — Я знаю, что вы не хотите говорить при Гане, — понизила голос Наталья. — Не хотите говорить — не говорите. Я вас понимаю, меня и саму считают сумасшедшей, за то, что поделилась однажды с врачом.
 
— Скажу только, что не считаю вас сумасшедшей, — посмотрел Владимир в её глаза, и Наталья осторожно обняла его: — Спасибо! — шепнула она на ухо.
А после ужина Владимир предложил продолжить игру в “данетки”, и Агафья, вновь с восторгом, согласилась. Наталья следила за игрой с большим интересом. Владимир напомнил ту игру, которую придумала сама Агафья — которую они начали, да так и не завершили во время их первого “свидания”.
— Мать запретила дочери поливать цветок — сказала, что ему вредно много воды. Когда дочь всё же полила его, мать очень огорчилась, — напомнила Агафья. Дочь намеренно полила цветок? Да. Цветок очень редкий? Да. Цветку и впрямь вредно много воды? Неважно. Дочь полила цветок назло? Да. У дочери с матерью не самые дружелюбные отношения? Да. Дочери нужно больше внимания? Да. Дочь хочет от матери подарка? Да. Дочь привыкла получать много подарков? Нет. Мать огорчилась из-за подарка дочери? Да. Подарок связан с цветком? Нет. Подарок был в горшке? Да. Подарок пострадал от воды? Да.
Наталья захлопала в ладоши.
— Ой, мне тоже очень нравится. А можно и я сыграю?
— Конечно! — отозвалась Агафья. — Владимир, у вас ведь было их много? Продолжим?
И они продолжили.
* * *
Они с Агафьей вернулись в свои апартаменты, когда за окном уже сгустилась ночь.
— Хороший был день, приятный, — задумчиво заметила Агафья, снимая кофту. — Очень необычный. Особенно зоопарк понравился… — Она внезапно зажмурилась и улыбнулась, замерев.
— С вами всё в порядке? — взял её за руку Владимир. Показалось на долю секунды, что Агафья засветилась. Вся, с головы до пят.
— Лучше не бывает! — заверила Агафья, открыв глаза. — Оно исполнилось. Помните то обещание, ту девочку в зоопарке?
— Машу? Что с ней случилось?
— Что-то хорошее, как я говорила. Я не знаю, что, но знаю, что хорошее. Вы останетесь? — Агафья взяла Владимира за руки и посмотрела ему в глаза. — Останетесь со мной? — понизила она голос. И Владимир кивнул. Агафья обняла его, и вновь нахлынули её чувства — и больше всего там было радости. Простой, яркой и светлой.
* * *
— Мэтр Зергас? — голос дежурного оператора. — Вы приказали сообщать обо всех изменениях.
— Слушаю вас. — Мэтра явно разбудили, и поводу для звонка лучше быть очень веским.
— Есть совпадение по второй метрике. Всё в рамках предсказанной модели.
— Отлично. Всей агентуре — доложить состояние мониторов. Режим наблюдения не изменять, докладывать каждые полчаса. Режим ожидания оперативных групп пока не изменять.
— Есть, — отозвался оператор. — Все уведомления отправлены, мэтр. Ждём дальнейших указаний.
  
24. Непреодолимая сила
 
Владимир и Агата несколько раз перечитали ту самую брошюру. Всякий раз оставалось ощущение, что прочли роман ужасов.
— То есть ад существует, и мы где-то в нём, — заключила Агата, в очередной раз забрав из холодильника бутылку минеральной воды. Налила им обоим и выпила свой стакан залпом.
— Для ада тут многовато удобств, — хмыкнул Владимир, выглянув в окно. Отпил минеральной воды — хороша, то, что доктор прописал. Открывать окна на всякий случай не стали — вроде бы там кругом ночной город, куда ни кинешь взгляд, но если вспомнить, кто стоит за дверью в апартаменты…
 
— Ну да, ну да. Островок безопасности, да ещё возвращается в исходное состояние время от времени. Живи и не горюй, ага. Ежу понятно, это Лиана нам удружила. Не то так и ходили бы по лабиринту, с той тётей…
— Её зовут Асвил.
— Да знаю я, — раздражённо махнула рукой Агата. — С ней бы только и общались. — Агату передёрнуло. Она посмотрела в лицо Владимира, вздохнула и прижалась щекой к его плечу.