Обряд (СИ)

— …Ты новые-то пишешь? — поинтересовался Павел на прощание, когда лично помог загрузить ту дюжину рулонов в салон. — В этом году на тебя дикий спрос. Будет что новое — сразу мне.
— Договорились! — пообещал Владимир и отбыл. Вроде бы своими глазами увидел тексты договоров с типографией, всю эту отчётность по продажам — а всё равно не верилось. Ну узоры и узоры, с какого перепугу народу так понравились? Тоже кто-то подшаманил, как со свадьбой?
Владимир перетаскал все обои в квартиру Агаты — заодно и размялся. Сегодня, похоже, годовую норму физической нагрузки получил. И при этом почти не устал. Владимир обратил внимание на коробку на письменном столе Агаты — раньше её не было — и на приоткрытую дверцу шкафа — того самого, пустого внутри, оклеенного обоями. Заглянул туда — никого — прикрыл дверцу и уехал домой.
* * *
К нотариусу Агата заехала, обнаружив в своей папке для бумаг — небольшом конверте, который сейчас замечательно умещался в “волшебной куртке” — опись принятых на хранение документов.
— Не терпится перечитать? — приветствовал её улыбкой нотариус. Его Агата помнила смутно — даже имя не пришло на ум само. А вот он, несомненно, знает её хорошо.
— Стёрла случайно фотокопии, — придумала Агата первое правдоподобное объяснение, и уже через десять минут вновь сдавала документы на хранение. Удивительно, но сдала бесплатно.
— Это в наших правилах, — пояснил нотариус. — Один раз повторно принимаем в течение недели, если владелец отчего-то решил взять документы.
Ну хоть он не предложил выпить кофе. Агата поблагодарила нотариуса, и, пока ехала в следующий пункт назначения, успела сделать ещё один важный звонок. Когда подъехала, получила сообщение от Владимира — всё доставлено. Вот и замечательно.
* * *
Повторилась прежняя история — биологические родители не узнали Агату, пока она не заговорила. Выражение их лиц могло бы испугать человека с воображением.
— Как ты нас нашла?! — было первым вопросом её матери, Маргариты Камышовой.
— Это было несложно, — заверила Агата. Судя по тому, как смотрит на неё биологический отец, Тихон Владимирович Камышов, визиту “отказной” дочери он рад ещё меньше её матери. — Похоже, вы мне не рады?
Биологические родители переглянулись.
— Чего ты хочешь? — поинтересовался Камышов. Агата услышала радостные вопли — и, в отдалении, увидела резвящихся детей — мальчика и девочку, лет десяти-двенадцати. То есть детей они всё же завели, предполагаемый диагноз Камышовой-старшей их не испугал.
— Ничего, — пожала плечами Агата. Плохая была идея… но стоит довести её до конца. — В ту субботу мы с мужем отправляемся в свадебное путешествие. Захотела хотя бы раз увидеть вас своими глазами.
— Я так и думал, — усмехнулся Камышов. — И сколько ты хочешь, чтобы отстать от нас раз и навсегда?
Агата заметила, что биологическая мать старается не встречаться с дочерью взглядом.
— Вы про деньги? — уточнила Агата. — Мы хорошо зарабатываем, у нас всё отлично. Я хотела спросить, не нужна ли вам помощь. Но похоже, у вас и так всё хорошо. Прощайте. — Не меняясь в лице, она кивнула, развернулась и направилась к воротам. Неплохо они тут устроились — судя по собранным бумагам, часть денег дядя — брат Тихона Камышова — припрятал у брата. Видимо, дровишки именно оттуда. Камышова-старшая сроду не работала, а её муж хоть и бизнесмен, миллионами всё-таки не ворочает.
— Агафья? — позвала Камышова-старшая. Робко, почти извиняясь. — Ганя? Постой!
Агата остановилась и оглянулась. Похоже, сработало. Неужели деньги их взаправду волнуют больше всего остального?
— Мы не хотели тебя обидеть, — посмотрела Камышова-старшая в глаза мужу, и тот кивнул. — Приходи, когда хочешь. Одна или с мужем. Пообедаешь с нами?
— Да, мама, с удовольствием, — улыбнулась Агата. — Только зови меня “Агата”.
* * *
Жизнью Агаты биологические родители не интересовались — их впечатлила и предыдущая юридическая карьера дочери, и её зарубежные перспективы. О которых Агата упомянута вскользь, небрежно.
Дети Камышовых смотрели на нежданную старшую сестру настороженно, с ощутимой неприязнью. Похоже, их обрадовало, когда Камышов отослал их назад, в сад.
 
— Чтобы не возвращаться к вопросу, — посмотрела Агата в глаза биологическим родителям. — Я к вам без претензий. Что случилось, то случилось. Я устроила свою жизнь, мстить никому не собираюсь. Про помощь я тоже не соврала, если что — обращайтесь.
Вот теперь её отец с матерью не знают, куда девать глаза. Что ж, кто способен ощущать вину — не самый худший из людей.
— Я проверилась, мама, — продолжила Агата. — У меня нет шизофрении. Может, это вас хотя бы немного обрадует.
Камышова-старшая поднялась на ноги, посмотрела в глаза мужу.
— Тихон, сделай нам всем кофе. Ты ведь пьёшь? — посмотрела она в глаза дочери. Агата кивнула, тоже поднимаясь на ноги. Камышов кивнул — он явно рад поводу покинуть столовую. Камышова-старшая обняла дочь и расплакалась. Похоже, взаправду — Агата даже растерялась поначалу.
— Прости меня, Агата! — повторяла Камышова вновь и вновь. Не сразу успокоилась. В дверном проёме появился Камышов, с кофейником в руке — вопросительно посмотрел в глаза Агаты и та кивнула — проходите, мол.
— Я всё простила, мама, — улыбнулась Агата. — Я не буду вам мешать, у вас своя жизнь. Показать тебе фото с нашей свадьбы?
— Конечно! — заулыбалась Камышова-старшая, а её муж, это заметно, ощутимо расслабился.
— Я налью! — Агата взяла у него кофейник и вручила Камышовой-старшей свой телефон, открытый на одной из фотографий. Камышова-старшая с неподдельным любопытством листала фотографии, а потом передала телефон и мужу — и тот тоже пролистал, и тоже с интересом. Дальше разговор пошёл ни о чём, и обстановка разрядилась. Минут через двадцать Агата решила — пора.
— Я могу попрощаться с детьми? — поднялась она на ноги, и Камышовы обменялись удивлёнными взглядами. — Поговорить, прежде чем уйду, — пояснила Агата, улыбаясь. — Мне приятно, что у меня есть брат и сестра.
— Да, конечно, — улыбнулась Камышова-старшая. — Тихон, проводишь Агату к Володе и Глаше?
— …Мама, проводишь меня? — попросила Агата, и Камышова-старшая вышла с ней за ограду. Агата вызвала такси — будет через минуту. Отлично.
— Скажи, Тихон знает, что не он отец Глаши? — спросила Агата тихо — так, чтобы никто больше не услышал. Камышову-старшую словно ударили — лицо её окаменело, и пару секунд на нём читалась ненависть.
— Мама, я никому не скажу, — сухо пояснила Агата. — Но у Глаши предрасположенность к шизофрении. Неважно, откуда я знаю. Я помочь хочу, понимаешь?
Камышова-старшая не сразу вернула взгляд. Молча кивнула.
— Если они узнают, то не от меня, — заверила Агата. — Если потребуется лечение, что-то ещё — звони. Вот мой номер, — вручила она свою визитку. — Мир?
— Мир, — сумела улыбнуться Камышова-старшая и обняла дочь. — Прости меня, пожалуйста. — Губы её задрожали.
— Не извиняйся, — улыбнулась ей Агата. — Мы все ошибаемся. Не болейте! — помахала она на прощание и направилась к ожидающему такси. Пока ехали, Агате всё сильнее казалось, что не так давно искупалась в помоях. Что ж, зато сумела узнать всё, что хотела.
* * *
— Завтра ко мне приедут строители, — заявила Агата. — Ну, чтобы мебель отодвинуть и обои наклеить. Поможете мне там утром камеры установить? Неохота торчать там весь день и следить, чтобы чего не спёрли. А чемоданчик сюда привезём.
— Там точно нет ничего ценного? — уточнил Владимир.
— А у меня почти нет барахла, — пожала плечами Агата. — Одёжки я соберу, а самое ценное в банковской ячейке держу, или у нотариуса. Гаджеты все уже здесь. Всё, я хочу в ресторан — немного в себя прийти. — Агата привлекла к себе Владимира и поцеловала. — А это за то, что обои перевезли. Остальное вечером получите, — пообещала она и рассмеялась первой. — Нет, кроме шуток — есть разговор. Я узнала сегодня больше, чем хотела, нужно кое-что обсудить. У меня от таких приключений всегда жуткий аппетит.