Обряд (СИ)

— У меня от неё мороз по коже, — прошептала Агата. — Видели ту точку на карте? Идёмте, посмотрим.
Владимир кивнул и последовал за Агатой. У выхода из комнаты оглянулся — Ника, или кто это был, так и продолжала свою безмолвную пантомиму.
Они добрались до нужного тупика без приключений — давила на уши тишина, но к ней не так уж сложно привыкнуть. В конце тупика оказалось зеркало.
— Странно, его раньше тут не было, — заметила Агата. — Видите?
Он видел. По ту сторону зеркала — интерьер центрального помещения комнаты смеха. Всё то же, но без пыли, без мусора, и там ходят люди. Владимир машинально попробовал посмотреть на часы — там абсурдный набор цифр: “27:34:99”. На его глазах надпись перешла в “24:12:01”, ещё через секунду — в новый бессмысленный набор цифр.
— Смотрите! — шепнула Агата, стискивая ладонь Владимира. — Там другое место!
И верно: уже не каминная комната, а тёмное, безлюдное помещение — смутно видны книжные полки. Библиотека? Что-то ещё? Прошло секунд двадцать, зеркало вновь угасло и снова осветилось — и снова вид на другое помещение.
— Это Управа! — заявила Агата. — Точно говорю, на нашем этаже, слева от входа в контору!
Снова секунд двадцать — и вот зеркало вновь показывает комнату смеха. И там безлюдно!
— Идёмте! — решительно заявила Агата, схватила Владимира за руку и шагнула внутрь зеркала прежде, чем Владимир успел возразить.
* * *
Владимир не особо удивился, когда обнаружил их обоих в комнате с камином — настоящей, если можно так сказать. И все вещи, в карманах и сумке, снова на месте, а часы показывают правильное время. Они с Агатой недолго были в той комнате одни — секунд через десять появился охранник.
— Аттракцион закрывается! — сообщил он. — Просьба пройти к выходу — следуйте по указателям.
— Мы сейчас! — пообещала Агата и охранник, кивнув, последовал своему совету — пересёк комнату и ушёл по направлению стрелки “Выход”.
Агата подошла к тому самому зеркалу — постояла, вглядываясь. Вздохнула и оглянулась, встречаясь взглядом с Владимиром.
— Идёмте отсюда, — попросила она. — Хочу кофе. И чего-нибудь сладкого.
* * *
Пока они шли к кафе “Мечта”, Владимир обеспокоенно поглядывал на Агату. Её спокойствие там, дома, было не вполне искренним — заметно, что исчезновение Вероники не даёт Агате покоя. А сейчас она собрана, серьёзна и сосредоточена. Что-то случилось там, в зазеркалье — если считать его реальным.
— Вы не заметили, куда Вероника дела ваше кольцо? — спросила Агата неожиданно, пока они ожидали заказа. Заказ они делали на языке жестов: Агата, обычно словоохотливая, помалкивала; указала кончиком ногтя — это, это и вот это — и всё. Откинулась на спинку дивана и спокойно смотрела вокруг, время от времени улыбаясь. Когда она спросила про кольцо, Владимир вздрогнул от неожиданности.
— Не заметил, — признался Владимир. — Не до того было. Потом уже посмотрел — нет его нигде. Ни в карманах, ни в сумке.
— Моё развалилось и рассыпалось, — пояснила Агата. — Двигать руками-ногами я не могла, но глазами могла. Даже показалось, что мне всё померещилось. Но кольца потом больше не было… — Она выпрямилась. — Слушайте, а ещё не поздно найти рабочий ювелирный?
— Минуту, — покивал Владимир и показал ей на экран. — Ближайший к нам закроется через сорок минут. Туда минут десять ходьбы.
— Успеем, — согласилась Агата и принялась уничтожать принесённые пирожные и прочие вкусности. — Если уж мы муж и жена, я выберу кольцо вам. А вы — мне. Так пойдёт?
— Пойдёт, — одобрил Владимир. В голове всё ещё не укладывалось, что они с Агатой, вполне официально, супруги. Ещё как-то Агафье об этом придётся сказать. Чёрт, ну и каша заварилась…
— Вы не голодны? — поинтересовалась Агата. — Я на нас обоих заказывала. У меня после стресса всегда жуткий аппетит. Съешьте хотя бы пару, вам тоже нужны силы!
— Лучше с собой взять, — решил Владимир. — Дома, не спеша, всё и съесть. Лучше в ювелирный зайти пораньше.
Агата покивала — так и решили.
* * *
Они шли по парку — кратчайший путь домой — и любовались кольцами. Простые, без украшений, без изысков — просто кольца. Которые и ведут себя так, как положено добрым кольцам: снимаются, когда нужно и надеваются без сложностей.
 
— Присядем? — попросила Агата, когда они проходили мимо скамейки в пустующей части парка. Владимир кивнул — и вот они уже сидят, держась за руки, наслаждаются и жарким ветром, исполненным запахом сенокоса — недавно прошёлся газонокосильщик; и пением соловья — виртуозные сложные трели, их хотелось слушать и слушать. Но более всего ощущением мира и покоя. Даже странно, откуда всё это, учитывая всё случившееся безумие…
Агата прижалась щекой к плечу Владимира. Всхлипнула — и разрыдалась. Как тогда, в кафе — горько и безнадёжно. Владимир осторожно обнял Агату за плечо, бережно прижал к себе — и просто подождал. Не было смысла утешать, некоторым слезам просто нужно выйти. Иначе будет намного хуже…
— Простите, — шепнула Агата, когда сумела успокоиться. — Господи, ну я и пугало! — заключила она, посмотрев в экран выключенного мобильного — вместо зеркала.
— Вы не пугало, — покачал головой Владимир, предложив Агате бумажную салфетку — всё равно уже никто не носит носовых платков. — Это из-за Вероники?
Агата покивала.
— В голове не укладывается, — повторила она. — Был человек — и нет её, и все её забыли, и никому дела нет.
— Мы не забыли, — возразил Владимир. — Значит, всё это не напрасно. Мне кажется, или что-то случилось там, в зазеркалье, пока я не вошёл?
— Случилось, — согласилась Агата. — Но мне лучше не говорить вам. Нет, правда. Так будет лучше для всех.
— Понял, — кивнул Владимир.
— Я сейчас как в то день, когда дядя и тётя меня закопать собирались, — мрачно добавила Агата. — Знаете, что напугало сильнее всего? Со мной обращались как с предметом, все мелочи предусмотрели. Дождались, когда схожу в туалет — только тогда скрутили. И памперс надеть не забыли. Ну, чтобы меньше убираться, случись что. И рот аккуратно заклеили, чтобы следов от скотча не осталось. — Агата усмехнулась. — Понимаете? Я понимала, что до утра не доживу, но если бы на меня орали, били, всё такое — мне было бы легче. А они меня человеком уже не считали. — Агата прикрыла глаза. — У меня две просьбы, Владимир.
— Говорите, — предложил Владимир, когда стало ясно, что Агата ждёт хоть какого-то ответа.
— Мне завтра нужно будет поездить по городу. Одной, это важно. Не ищите меня и не беспокойтесь. Я знаю, что делаю.
— Хорошо, — согласился Владимир.
— И вторая. Верьте мне. Это очень важно. Вероника — там, в зеркале — оставила мне последнее письмо. Не хочу его читать вам. Может, потом когда-нибудь. Она объяснила, почему это важно.
— Верю, без проблем, — покивал Владимир. — Идёмте домой. Мне кажется, вам нужно просто посидеть в спокойствии, чтобы никто не дёргал. А думать начнём завтра.
— Мне нравится эта идея! — улыбнулась Агата и поднялась со скамейки. — Идёмте.
* * *
— Кто из нас чья копия? — подумала Агата вслух, когда закончили с ужином и немного пришли в себя. — Я про нас с Агафьей. Ведь такого не бывает, чтобы у людей ДНК совпадала. Значит, клоны — ну или всё-таки близнецы, в роддоме бумаги могли и подделать.
— Откуда знаете, что одна и та же ДНК?
Агата вздохнула и добыла свой новый телефон. Полистала на нём и показала Владимиру.
— Он делает полный анализ ДНК. Помните, он опознал меня как Агафью? Вот тут все инструкции, коснуться и прочитать!
— Слушайте, так не бывает! — уверенно возразил Владимир. — Секвенирование не делается в пять секунд!
 
Агата рухнула на диван и захохотала. Чуть не минуту не могла успокоиться. Вытерла слёзы и уселась, глядя на Владимира.
— Извините, — улыбнулась она. — Документы, которые сами чинятся. Все эти глюки с зеркалами. Ботинки, всё остальное. А этого не бывает, да?
— Да, действительно. — Владимир потёр лоб. — А это что за пункт, ниже справа?