Арка первая: "Порт Даль" (СИ)

— Эпично, — кивает Полчек, — и как же выкрутились?
— Отвратительно, — отмахивается Вар. — На скорую руку набросали поверх какую-то туфту в цветочках, лишь бы блестело, да так и поехали. Кошмарное позорище, между нами говоря. Рад, что ты этого не видел. Но знаешь, что самое гадкое?
— Дай угадаю — никто ничего не заметил?
— Именно! Народу всё равно, что ему показывают: тончайшее и сложнейшее произведение искусства, созданное сотнями лучших мастеров, или аляповатую никчёмную дрянь золотым по алому, накиданную ремесленниками сцены за пять минут. Все были в восторге, а в газетах написали: «Дом Теней в этом году превзошёл сам себя».
— Очень поучительно, — смеётся Полчек. — Но причём тут девушка, с которой ты начал свой рассказ?
— Инцидент, как ты понимаешь, расследовали очень тщательно. Разобрали минута за минутой и шаг за шагом, кто где стоял, кто что делал, кто что видел. Результат засекретили. Официально для своих объявили, что была случайная флюктуация. Нефилимка лежала, крылышком махнула, иллюзия упала и разбилась. Тщательней, мол, в следующий раз делайте. Для всех остальных вообще сделали вид, что ничего не случилось. Народ доволен? И прекрасно. Но мои родители, как ты знаешь, входят в Совет Дома. И от них я узнал, что во всём виновата эта девушка, Летана. Оказалось, что она носительница редчайшей способности — антиморока. Никакой пользы от неё нет, ничего толкового сделать не может, но любую иллюзию эта балбеска сносит на раз, какой бы великий мастер её ни ставил.
— Ломать не строить? — веселится Полчек. Они с Варом уже приговорили третью бутылку, и вечер становится крайне непринуждённым.
— Именно! — салютует ему бокалом полуэльф. — Самое смешное, что она об этом и сама не знала. Не было случая проявить. Что там с ней случилось на параде — то ли за попу кто-то ущипнул, то ли мышь под юбку забралась, — я не знаю. Но вдруг её заклинило, и привет. Неделя работы табакси под хвост.
— Впечатляет, — соглашается Полчек, откупоривая четвёртую бутылку. — Но ты обещал романтику.
— Сейчас будет, — обещает Вар. — Итак, девочке погрозили пальцем, велели больше так не делать, да и всё. Она же не виновата, что такой уродилась. Велели избегать мышей, не даваться щипать за попу, держаться подальше от мест, где много иллюзий, а главное, ни в коем случае не заводить детей. Потому что, по мнению птах-лекариц, дети её непременно эту особенность унаследуют. И дети её детей. И их дети, и…
— Я понял, понял, — разливает вино Полчек. — Через какие-то пару тысяч лет, буквально не успеешь оглянуться, а твои могучие иллюзии сшибают щелчками уличные мальчишки.
— Вот ты смеёшься, друг, — укоризненно отвечает Вар, — а Дом мыслит именно так, тысячелетиями. В общем, плодиться и размножаться девушке запретили, а всё остальное нет. Родная же кровь, хоть и порченая. И вот тут вступает Её Величество Романтика!
— Девушка внезапно влюбилась?
— Отчего же внезапно? У неё был в разгаре роман с неким милым молодым человеком, и дело уже шло к свадьбе. Парнишка не очень родовит, поэтому невеста без способностей его не смущала. Там вообще, похоже, была настоящая Большая Любовь с больших букв БЛ. И жить бы им поживать, но выяснилось, что до свадьбы они себе ни в чём не отказывали, и Летана уже на сносях. Когда вся эта история закрутилась, она отказалась решать проблему у птахи-лекарки. Сказала: «Мой ребёнок мне дороже вашего Дома», ― и подалась в бега.
— Одна?
— Нет, с отцом ребёнка. Поженились втихаря, сели на корабль, прихватили что смогли из имущества — и только их и видели. Пока Дом спохватился, их и след простыл. С тех пор ищут. Теперь тебе достаточно романтики?
— Даже перебор, — сказал неожиданно серьёзно Полчек. — Зачем ты мне это рассказал, Вар?
— Тебе не понравилась история? — улыбается в ответ тот.
— Ты только что указал мне на то, чем можно здорово подгадить твоему дому. И не говори, что это вышло случайно.
— Я большой патриот своего Дома, — Вар уже не выглядит таким пьяным, каким казался минуту назад. — Но одно дело Дом, а другое — те, кто им управляет. И если тебе вдруг, совершенно случайно, подвернётся под руку что-то, что поможет весёлому, умному и вообще замечательному, но не имеющему никаких перспектив войти в Совет, члену Дома подвинуть кое-кого вверху пирамиды… В общем, ты знаешь, к кому обращаться.
 
— Ты же не любишь политику, Вар?
— Я просто не понимаю любви без взаимности, Полчек. Выпьем?
— Выпьем!
Первый игрок:
— Спасибо, Мастер! Отличная история.
Обращается к третьему игроку:
— Вот это, племяшка, и рассказывает мой Полчек твоей Завирушке. Надеюсь, она потрясена?
Третий игрок:
— Кажется, она снова пьяна. В стельку.
 Глава 7 
 Под покровом иллюзий 
— Я бы на её месте ещё и не так нарезалась, — сочувственно говорит Спичка, глядя на уснувшую в кресле девушку. — Отнесу ребёнка в кровать.
— Осуждаешь? — спросил Полчек.
— Её?
— Меня.
— Тебя — да. Но не за то, что ты рассказал. Девочка имеет право знать о родителях. Мне не нравится, для чего ты это сделал. Нельзя превращать людей в оружие, Полчек.
— Она уже оружие, Спичка. Она такой родилась. И это отлично понимали те, кто отправил за её матерью андедов.
— Это не делает твои мотивы чище, мальчик мой… — вздохнула дварфиха, легко поднимая с кресла хрупкую девушку.
Завирушка свернулась в её могучих руках, уткнулась носом в бороду и уютно засопела, распространяя запах моркови и алкоголя.
* * *
— Для непьющей ты слишком часто просыпаешься с похмелья, — заметила Фаль, подавая Завирушке стакан воды.
— Ох, — вздыхает та, — сама не пойму, как так получается. Спасибо.
— Если ты потерялась во времени, то сейчас утро, а Мастер ждёт тебя в кабинете.
* * *
— Кофе? — предложил Полчек.
— Да, пожалуйста. Вы только не подумайте, что я пьяница! Обычно я вообще не пью!
— Ничего страшного, не думаю, что это успеет стать твоей проблемой.
— Вы считаете, что я в опасности, господин Полчек? — испугалась девушка. — Но ведь никто не знает, что я…
— Ты уже дважды проявила свой талант антиморока, и оба раза так, что слепой бы заметил.
— Но я же не специально! Я никому не хотела навредить!
— Твоя мать тоже не специально. Но её это не спасло. Если Дом Теней узнает, не спасёт и тебя.
— Вы думаете, меня найдут?
— Я же нашёл, — сказал флегматично Полчек, отхлебнув кофе.
— Но за что? Я никого не убила, не ограбила. Наша способность — не некромантия, не боевая магия, она совершенно безобидна! Почему убили мою семью? Почему захотят убить меня? Я не понимаю!
— Думаю, нам стоит обсудить это в ходе небольшой прогулки по городу. Готова, или есть ещё вопросы?
— Да, один, — смущённо потупилась Завирушка.
— Задавай.
— Господин Полчек, а почему этот кофе солёный?
— Поверьте, юная леди, к некоторым вещам проще привыкнуть…
* * *
— Пан! — позвал Полчек в вестибюле.
— Да, Мастер? — козёл прибежал из зала, встрёпанный и слегка пыльный. — У нас там репетиция, которая…
— Которая подождёт, — решительно сказал драматург. — Мне нужно, чтобы ты пошёл с нами.
— Но ваша репутация, Мастер? Прогулки с козлом по городу могут счесть чрезмерным эпатажем… — осторожно возразил Пан.
— Моя репутация после столь драматично закончившейся премьеры достигла нижней точки возможного, и ей уже ничто не повредит. Пошли.
— Напрасно вы так думаете, Мастер, — стучит по полу копытами идущий впереди Пан. — Вы просто не читали сегодняшних газет. Город только о вас и говорит! Спичка ожидает сегодня аншлаг и закупает эль бочками. Кстати, барышня! — обернулся он к Завирушке. — Вы не могли бы как-то, ну, поскромнее использовать ваш талант?