Дочь Эйтны (ЛП)

— Ах-ха! Я вижу комедию, которая тебя так отвлекла. Маг Кори там, в северных садах, накладывает заклинание на леди Раэллу.
Мариэль бросила бы его в гневе, если бы ей позволили выйти из комнаты. Вместо этого она повернулась и прошла круг, прежде чем сесть на стул и яростно откусить яблоко.
Маркл сел рядом с ней.
— Ты все еще мила с ним, не так ли?
— Маг Кори меня меньше всего беспокоит, — хотя она наблюдала за ним, интересуясь природой его интереса к леди Раэлле. — И я не в восторге от него. Не так, как ты думаешь.
— Ты мила с ним только в том смысле, в котором это имеет значение.
— Это не правда. Кори и я… — она подыскивала слова, чтобы объяснить. — Мы маг и мага. Иногда нас зовет дух леса, вот и все.
— Дух леса? — он откинул голову в насмешливом хохоте. — Прекрасное оправдание, которое вы придумали, маги. Что, если я скажу, что Дух леса тоже зовет меня?
— Я бы сказала, что это хорошая и здоровая вещь.
— Тогда я слышу дух леса каждую ночь, Мариэль. Она шепчет твое имя мне на ухо и говорит, что мы созданы друг для друга.
Смех сорвался с губ Мариэль.
— Это не было шуткой.
— О, Маркл, — Мариэль изо всех сил пыталась дышать ровно. — Дело не в том, что ты говоришь, а в том, как.
— Значит, ты тоже хочешь меня?
— Нет! — она снова засмеялась и взяла его за руку. — Я имею в виду, ты мне нравишься, но нет. Зато у тебя хорошее чувство юмора. Кажется, я давно так не смеялась.
Оруженосец покачал головой и поднялся.
— Мужчине действительно не везет, если ему не везет с магой.
Он с важным видом отошел на несколько шагов, чтобы прислониться к стене, где он смотрел на нее прикрытыми глазами, жуя свое яблоко.
— Значит, тебя отправят обратно в Моэн, — сказал он, — чтобы ты свободно бродила по высокогорью.
— Не бесплатно, не совсем. Я буду под присмотром, и моя магия останется связанной. Тем не менее, Бортен и Кори говорят, что это к лучшему.
— Но ты не хочешь идти?
Мариэль покачала головой. Она оглянулась на окно.
— Из-за мага Кори?
— О боги, нет, — она закатила глаза. — Не из-за него. Из-за Магу Эолин и за всех моих сестер. Я не желаю расставаться с ними сейчас, хоть мне не разрешали их видеть. И из-за моего короля и моего народа. Я надеюсь, что эти ужасные подозрения пройдут, и скоро, так что он позволит нам снова взяться за оружие и сражаться на его стороне против узурпаторов из Рёнфина.
Низкий свист вылетел сквозь зубы Маркла.
— Ты благородная, не так ли? Я не понимаю вас, мага-воительницы. Война — скверное дело, и у тебя есть легкий выход из нее, просто будь женщиной. Тем не менее, вы настаиваете на изучении мечей и копий и магии военного времени. Мне это кажется более чем глупым.
— То, что я — ​​женщина, не спасает меня от войны. Я достаточно хорошо усвоила это, когда была девочкой.
Ужас и трагедия вторжения Сырнте все еще горели глубоко внутри. Рената обезглавлена, Адиана порабощена, Таша и Катарина убиты в кровавой жертве. И Сирена, милая, любимая Сирена. Образ прекрасной фигуры ее подруги, разорванной демоном Наэтер, с сердцем, пульсирующим в тисках его черных когтей, до сих пор преследовал Мариэль в кошмарах. Она вздрогнула и загнала эту мысль глубже в тайники своего разума.
— Нет спасения от войны, — сказала она. — В следующий раз, когда эта дверь откроется, чтобы выпустить кровожадных монстров, я предпочту противостоять им хорошо вооруженной.
Маркл пожал плечами и бросил огрызок яблока в угли в очаге. Яблоко лопнуло и стало выпускать пар, почерневшие края свернулись в пламя.
— Что ж, — сказал он. — Это была милая беседа, сэр Мариэль, но у меня есть приказ, и мой приказ — отправиться с вами сегодня в Моэн. Мы уже опаздываем, из-за некоторой путаницы с эскортом. Это и мимолетное, скажем так, отвлечение на одну из посудомоек. Я лучше уйду сейчас, пока Бортен не заметил, что мы еще не ушли.
— Ты пытаешься избежать Бортена или той посудомойки?
— Оба могут быть одинаково неприятны в данный момент.
— Я просила, чтобы сэр Бортен подал петицию за меня, — сказала Мариэль. — Ты что-то слышал об этом?
 
— Нет. Что за петиция?
— Я хочу увидеть Магу Эолин, я имею в виду, нашу Королеву, прежде чем мы уйдем.
Маркл нахмурился и покачал головой.
— Ничего не слышал об этом.
— Хорошо, значит, нужно еще подождать.
— Бортен не думает ни о тебе, ни о твоих петициях, Мариэль. Король хочет, чтобы армия выступила через три дня, поэтому верный Бортен выполняет его приказы. Тебя отправляют в Моэн, потому что чем раньше ты уберешься с дороги, тем лучше.
— Но он сказал…
— Придется долго ждать, если ты ожидаешь, что Бортен выполнит твою просьбу. Ты будешь ждать, пока эта война не закончится.
— Он знает, как это важно для меня, — настаивала Мариэль. — Я не хочу уходить, не попрощавшись.
Маркл сел рядом и обнял ее за плечи. Этот жест должен был утешить, но он наполнил ее беспокойством. Почему он так старался отговорить ее от этого?
— Пойдем, Мариэль, — сказал он. — Ты не хочешь задерживаться в этом месте. Здесь все в дурном настроении. Будет весело снова вернуться домой. Когда мы доберемся до Моэна, мы выпьем пинту или две в таверне Оллео. Мы поговорим о былых временах, когда ты была невинной молодой магой, а я — вором из переулка Моэн. И мы будем танцевать. И немного споем. И проедем верхом по полям; может, даже посетим те леса, которыми ты никогда не можешь насытиться.
— У тебя не будет времени на все это. Полагаю, Бортен хочет, чтобы каждый здоровый мужчина из Моэна вернулся сюда, чтобы помочь королю. В твои приказы должно входить немедленное возвращение.
— Пха, — он отмахнулся от ее слов рукой. — Я не вернусь сюда.
Она разглядывала его, озадаченная.
— Ты серьезно?
— Мне нет дела до Бортена или короля. Не тогда, когда мы с тобой можем быть наедине в высокогорье, следуя сладостному зову эн-ласати.
Смех вырвался из груди Мариэль. Ей всегда нравился Маркл, даже когда он был неуправляемым мальчишкой, бегущим по улицам Моэна в полудиком состоянии. На мгновение ей захотелось прислушаться к его совету.
— Мы скоро будем в Моэне, — тем не менее, сказала она. — Но прежде чем мы уйдем, я должна поговорить с королевой.
Маркл хмурился и ворчал всю дорогу до Восточной Башни. Он сказал, что у них не было приказа от короля и доказательств петиции Бортена от ее имени. Без этого их никогда не пустили бы к королеве, так как она находилась в строгом заточении и едва ли имела право впускать гостей, особенно если этот гость был магой.
Его пессимизм просочился в дух Мариэль, она почти ожидала, что ее свяжут и отправят в подземелья, если она хотя бы появится у подножия Восточной башни. Тем не менее, она твердо держалась своего курса и своих намерений, не бросила это желание.
К тому времени, когда они подошли к первому барьеру охранников, Маркл впал в раздраженное настроение. Оруженосец попятился, вынуждая Мариэль в одиночку подойти к воинам-магам, мужчинам с мрачными лицами, с которыми она тренировалась. Во главе их стоял Реннерт, похожий на медведя, с историей битв, написанной на его широком лице. Кровь прилила к щекам Мариэль под стальным взглядом Реннерта. В его присутствии она чувствовала себя ребенком, дурой, раз даже подумала о том, чтобы разрушить эту тюрьму, воздвигнутую Королем-Магом вокруг ее наставницы.
— Если можно, добрый сэр, — она подавила дрожь в голосе. — Я пришла на аудиенцию к королеве.
— Она ждет тебя? — рявкнул Реннерт.
— Я не уверена, — призналась Мариэль, — хотя петиция была отправлена. Может, вы могли бы сообщить ей, что я здесь?
Реннерт оглядел ее с ног до головы, прежде чем выражение его лица расплылось не столько в улыбке, сколько в более расслабленной версии надежного хмурого взгляда.
— Ты всегда была слишком честной для своего же блага, Мариэль.
Она моргнула.
— Извините?
Он кивнул в сторону лестницы.
— Иди. Я уверен, она будет рада тебя видеть.