Зомбячье Чтиво (ЛП)

- Сделай это, - сказал я. - Скажи им всем, чтобы возвращались в дом. И мертвые тоже. Все.
- Ты тупица...
Я ударил его коленом по почкам, и он взвизгнул.
- В ГРЕБАНЫЙ ДОМ! - он вскрикнул. - ВСЕ ВЫ!
Я наблюдал, как они выстраиваются в шеренгу. Маленький клуб Марианны... точнее то, что от него осталось. Затем все головорезы Варга, по меньшей мере двадцать. Наконец Квигг и зомби с телами Марианны и её бойфренда. Они вошли внутрь. Дверь закрылась.
- Если кто-нибудь из них выйдет оттуда, - прошипел я, - ты умрешь, понял?
Он осторожно покачал головой.
- Они не выйдут, пока я не приду за ними.
- Ты уверен? - сказал я, прижимая нож к шее.
- Да, уверен, крутой парень.
Я потащил его по подъездной дорожке к ограде.
Может быть, я немного не рассчитал время, потому что мы едва успели добраться до ограды, как начался фейерверк. Раздался оглушительный взрыв, который швырнул нас на траву. И особняк развалился, как домик, построенный из палочек от эскимо. Огромные куски его исчезали, когда языки огня вырвались из окон и поглотили крышу. В воздух взмыли обугленная древесина, осколки стекла и горящие остатки. Они посыпались на нас со всех сторон.
Варга сел и просто смотрел на свой дом, медленно качая головой.
- Ах ты сукин сын, - сказал он таким тоном, словно ему хотелось плакать. - Ты грязный сукин сын.
Я начал смеяться и не мог остановиться.
- Все кончено, придурок. Вот и всё.
Но тогда я не был так уверен. Огромная фигура, спотыкаясь, выбралась из горящих обломков, сделала несколько шагов и упала. Она пылала так, что на ней можно было поджаривать сосиски.
Я решил, что это Большой Тони.
Через несколько минут прибыли пожарные и десятки любопытных соседей. Делать было нечего, кроме как смотреть, как догорает особняк. Они задавали мне и Варге вопросы, но у нас не было ответов.
Наконец появился Томми.
- Господи Иисусе, Винс, - сказал он. - Что, черт возьми, ты натворил на этот раз?
Предупредив босса мафии, чтобы он не рыпался, он потащил меня к своей машине. Он достал из кармана фляжку с бурбоном, сунул мне в рот сигарету и стал ждать. Просто ждать. Теперь всё кончено, и он это знал.
- Ну и что? - сказал он. - Не хочешь рассказать мне об этом?
- Всё зависит от...- начал я, выпуская дым.
- От чего?
- От того, любишь ты страшилки или нет, - я сделал еще одну затяжку. - Потому что, если да, малыш Томми, у меня есть как раз одна для тебя.
Перевод: Пол Импалер
 "Морг" 
 
Уэстон сказал, что его люди готовы надрать задницы и замочить кого угодно, и Сильва знал, что момент настал.  От того, что он сделает в следующие несколько минут, зависело очень многое. Решения, которые он принимал здесь и сейчас – или не принимал – могли преследовать его годами.
- Мы все сделаем правильно, понимаешь? - сказал он Уэстону. - Эта операция не станет еще одним Уэйко[7] или Руби-Ридж[8]. Я не собираюсь стать объектом расследования Сената.
И теперь, когда настало время покончить с противостоянием между ФБР и религиозными безумцами в лагере, Сильва впервые в своей карьере задался вопросом, годится ли он для этой работы.
Он разглядывал открытое поле с помощью прицела ночного видения, размышляя о том, что комплекс похож на нечто из старых фильмов о тюрьмах. Огромное скопление прямоугольных зданий с плоскими крышами, построенных из грязно-серого камня. Окна были высокими и узкими, с железными решетками. Здания окружали участки бесплодной земли, а по периметру они были окружены высоким забором из проволочной сетки, увенчанным спиральной колючей проволокой. Весьма утилитарное место. Примерно такое же уютное, как викторианская психушка.
Над головой прожужжал вертолет, а установленный на нем прожектор просканировал темные, соединенные между собой здания.
Сильве это не понравилось. Не понравилось ощущение скручивания в животе.
И еще меньше ему нравилось то, что должно было случиться в следующие десять минут или около того.
 
Все пройдет хорошо, и никто не пострадает... Что ж, сегодня вечером он продвинется по карьерной лестнице. Но, с другой стороны, если все пойдет не так... крепко надерут чью-то задницу. И Сильва хорошо понимал, чья это будет задница.
Сильва был помощником директора ФБР в группе реагирования в чрезвычайных ситуациях (ГРЧС). Он был непосредственным руководителем элитного спецподразделения по спасению заложников ФБР (ССЗ). ССЗ было отделением тактической поддержки ГРЧС, высококвалифицированной военизированной группы, используемой в каждой сложной ситуации, от спасения заложников и арестов с высокой степенью риска, до штурмовых нападений и поиска оружия массового уничтожения.
Одной из их специализаций были рейды по забаррикадированным объектам.
Кое-что, что они собирались сделать очень скоро.
На объекте внизу находились члены "Божественной церкви Воскресения" – мрачного культа, возглавляемого мессией-неадекватом по имени Пол Генри Дейд.  Дейд занимался похищением новых членов культа, "промыванием" их мозгов и привлечением их к работе в своей внутренней террористической сети, которую он финансировал всеми средствами: от торговли наркотиками до продажи незаконного оружия.
Этот парень был настолько сумасшедший, что Чарльз Мэнсон открыто назвал его фанатиком в записанном на пленку интервью два месяца назад.
И на этот раз старина Чарли оказался прав.
Уже наступила ночь, и в непосредственной близости от полицейской блокады кипела бурная деятельность. Переговорщики по захвату заложников через громкоговорители пытались заставить людей Дейда сдаться. Комплекс был освещен прожекторами.  Были подтянуты бронетранспортеры и подразделения подкрепления, а за ними машины скорой помощи и пожарные машины. А в самом тылу – шериф округа и его люди, сдерживающие прессу и кучку зевак.
Господи, это цирк какой-то, - подумал Сильва.
Он взял рацию:
- Ладно, Уэстон, - сказал он странно пронзительным голосом, - скажи своим отрядам приготовиться к выступлению.
Подбежал лысеющий агент по имени Руньон, выпрыгнувший из кузова фургона тактической поддержки. На нем была темно-синяя ветровка, как у Сильвы, с надписью "ФБР" на спине ярко-желтым цветом.
- Сэр, - сказал он, - тепловизор до сих пор ни черта не уловил.
- Черт, - сказал Сильва. - Я знал, что мы должны были устроить рейд два дня назад.
Но это было не его решение. Время штурма было его, но фактическое решение было принято Генеральным прокурором. Споры длились почти неделю, и администрация как всегда облажалась со своей бюрократией. Итак, они задержались. До вечера. И это был полный провал, потому что тепловизор с раннего утра показывал им наихудшее: никаких инфракрасных сигнатур.
То есть, если в комплексе и было что-то живое, то оно должно было скрываться чертовски глубоко.
Сильва включил рацию.
- Уэстон. Разверни свою группу. Повторяю: начинайте. Пора...
* * *
 
Там было три тактических команды ССЗ: Красный отряд, Синий отряд и Зеленый отряд. В каждом было по четыре оперативника. Синий отряд подошел сзади, прорезав себе путь через сетчатый забор и взорвав заднюю дверь кумулятивным зарядом С-4. Зеленый отряд был доставлен ​​на крышу вертолетом и переведен в режим ожидания. Красный отряд прорвался через главный вход.
И попал прямо в пасть самого ада.
* * *
 
Красный отряд возглавлял сам Уэстон, бывший спецназовец подразделения "Дельта". Когда дверь взорвалась, он рванул вперед, а Леклер, Беккер и Хaкли последовали за ним. Все команды ССЗ были одеты в черные комбинезоны и кевларовые жилеты. Они также были оснащены баллистическими шлемами с наушниками и очками ночного видения, тактическими карабинами "Colt M4", штурмовыми винтовками и пистолетами-пулеметами "H&K MP5".