Нетуристический Нижний (СИ)

— Не, против прямого приказа — не должны. Только если кто его главенство в гнезде захочет оспорить. Но таких дураков среди них нет — видно же, что он сильный.
Вообще Птицын предпочёл бы подождать упыря снаружи, но он решил, что, во-первых, не должен показывать свой страх. Во-вторых, должен с ним бороться. И в-третьих, нужно привыкать общаться со всякой нечистью — явно ведь часто придётся в будущем, так лучше сделать это в тепличных условиях, там, где тебя вроде как уважают и даже не пытаются сожрать. Потом-то сложнее будет.
Впрочем, вурдалакам общаться было некогда. Несмотря на слова Андрея Ивановича о том, что голому собраться — только подпоясаться, пожитков у вурдалаков было достаточно. Большая часть вурдалаков сновали по гнезду, складывая вещи в узлы, и только один, самый старший, сидел перед экраном ноутбука и очень шустро клацал по клавишам.
— Прошу прощения, что отвлекаю, а что вы делаете? — Любопытство прямо-таки глодала парня, так что он не выдержал и решился отвлечь явно занятого нечеловека от его занятия.
— Что? — вурдалак был слишком сосредоточен, и потому суть вопроса до него не сразу дошла. — А, тикет закрываю, последний. Видите ли, молодой человек, мы тут фрилансом балуемся. А на той стороне, видно, доделать дела уже не получится. Вот я и закрываю последний тикет. Так-то мы только-только довольно крупный проект закрыли, а это вот баг небольшой прилетел.
— А, простите тогда, не буду отвлекать, — покивал Птицын. Ощущение, что он сошёл с ума вновь разгорелось с новой силой.
  
Глава 9, в которой Птицын внезапно богатеет
 
Вурдалаки-программисты на фрилансе Валерку окончательно добили. «Не, ну а что? Кодят по ночам… поэтому и глаза красные. Что тут такого? Это не я сошёл с ума, это мир внезапно рехнулся!»
— Как же я мечтал когда-нибудь увидеть реакцию обывателя на такую новость! — раздалось из-за спины. Тот вурдалак, который закрывал тикет, был слишком занят, но кто-то из собиравшихся обратил внимание на эту сценку. — Я сам угорал, когда мы только начали этим заниматься. Прикинь, собрались два десятка мёртвых бомжей и организовали аутсорс — контору!
— Я в шоке, — честно признался Птицын. — Как вам такое в голову пришло?!
— Это главный наш придумал. Подобрал семь лет назад нотбук потерянный, кто-то из отдыхающих так набухался, что не до ноутбуков им было. Да ещё соска там была с интернетом. Ну, он и начал разбираться. Меня Артём, если что, зовут, — протянул руку для пожатия вурдалак. Высокий, чуть сутулый, с коротким ёжиком седых волос, и немного помятым лицом, одетый в синий комбинезон на подтяжках, он был похож на какого-нибудь сантехника или, скажем, монтажника, но уж никак не на программиста.
— А нам же делать-то нечего, по большому счёту. Охота… ну, сам видел, нам много не надо. Так, в общем, в основном побирались да по помойкам шлялись, потому что жрать-то хочется не только кровь и плоть, но и нормальную, человеческую еду. Водку пить смысла нет — не действует на нас больше водка. Вот и маялись со скуки. А тут Андрей Иваныч и начал разбираться. С интернетом я ему помог, потом нашёл, как зарабатывать. Ну и нас подтянул. Я-то среди нас самый молодой. И по возрасту до обращения, да и после — тоже. Остальных-то всех в жертву принесли неудачно, ещё в девяностые, а меня так просто уже в начале двухтысячных по пьяни зарезали. Вот они меня и вытянули, пожалели.
— И как, не жалеешь, что вытащили? — спросил Валерка.
— Сначала не знал, как относиться, — признался Артём, — думал, я нежить страшная, убивать всех буду… не, я так-то людей не очень люблю. Никогда не любил, до обращения — тоже. Но убивать не хотелось. Просто так, в смысле. Вот ту гадину, которая меня пырнула — да, с удовольствием бы грохнул, только он сюда больше не являлся. Боится, сволочь. Ну вот, а потом-то мне объяснили, что убивать не обязательно, так я и успокоился. Голод только порой мучает — спасу нет. Хорошо, Андрей Иваныч нас в ежовых рукавицах держит, а то сорвались бы, наверное. Кто-нибудь да сорвался бы. Мы ж тут все — бывшие алкоголики. Сам понимаешь, воля слабая. Если один раз сорвались, то и в другой — тоже. Так что я рад даже, что против Андрея Иваныча ничего сделать не могу, и подчиняюсь ему. Раз, понимаешь, своей воли нет, то хорошо, когда чужая есть.
 
Валерка покивал — что тут ответишь. Тем более их отвлекли. Что-то резко зашипело в углу, один из вурдалаков с визгом отскочил, потом начал материться — довольно изобретательно, но очень грязно. Птицын бросился смотреть, что случилось. Вурдалак сидел прямо на полу и баюкал руку.
«Где тут можно было обжечься?» — удивился Птицын.
— Откуда у нас эта дрянь?!
— Блин, Андрей говорил же, чтоб в эту кладовку не лезли! — возмутился Артём. — Сто раз!
— Я и не лазил раньше! А сейчас мы вроде как переезжать собираемся! На другую сторону, сцкнах! И Андрей сам сказал, чтобы всё забирали!
— О, железо! — Алиса была так увлечена наблюдением за программистом, что на шум прибежала последней. И тут же бросилась рыться в небольшом пыльном помещении. Птицын тоже заглянул. Ну да — прямо на земляном полу были неаккуратной грудой сложены всевозможные металлические хреновины — гнутые, ржавые, чаще всего вовсе непонятного назначения.
Валерка пожал плечами и собрался было отвернуться, потом хлопнул себя ладонью по лицу — только что же рассуждал, что ему нужно хоть чем-нибудь вооружаться! «Хотя глядя на то, с какой скоростью могут двигаться вурдалаки, вряд ли мне поможет какое-то железное пыряло, — признался себе парень. — Если только доспех себе полный сделать». Тем не менее, отказываться от идущего в руки «сокровища» было бы глупо, и парень спросил:
— Ничего, если я себе что-нибудь присмотрю?
— Да пожалуйста, — пожал плечами Артём. — Только в нас этими штуками не тыкай, а так никаких проблем. Нам-то это железо точно не нужно.
Птицын полез вслед за Алисой. Никаких мечей — кладенцов там, ожидаемо, не нашлось, однако он всё-таки подобрал себе какую-то загогулину, которую можно использовать как кастет, старый кухонный нож — если перемотать рукоять и заточить, то, может, и сгодится на что, и ещё десяток каких-то квадратных пластинок. Что это было прежде, чем превратиться в хлам, Птицын не знал, а себе взял с мыслью сделать ошейник. Чисто для защиты, на случай если кто-нибудь решит укусить в шею. То ещё садо-мазо, конечно, получается, но на что не пойдёшь ради собственной безопасности.
Пока они с Алисой швырялись в железном хламе, вернулся Андрей Иванович с напарниками и добычей тремя пакетами крови по литру.
— Нифига себе! — Валерка неприятно удивился. — Вы что, всё-таки убили кого-то?
— Не беспокойтесь, молодой человек, никто не пострадал, — отмахнулся упырь. — Точнее, сильно не пострадал. Навестили одну сауну — там сегодня большая компания гуляет, с девочками. Вот от каждого по сто и взяли. Нас никто не видел, камеры у них не работают по понятным причинам, никто ничего и не заметил. Следов не осталось, а то, что все заснули одновременно — так ничего, бывает. Там столько алкоголя, немудрено, что ребяток сморило. Зато нашей общине теперь года на три хватит. Плюс я подозреваю, кровь на той стороне должна использоваться как платёжное средство, вот и у нас будет на всякий случай. Сидеть без дела мы не собираемся, надо же как-то встраиваться в новую жизнь, а для этого начальный капитал никогда не помешает. Милая Алиса, пойдёмте скорее заниматься консервацией.
Лисица с готовностью отправилась на кухню вслед за Андреем Ивановичем. Все остальные обитатели провожали пакеты с кровью такими глазами, что Валере стало страшно. Как бы бунт не случился из-за такого-то богатства. Однако стоило упырю скрыться за дверью, упыри вернулись к своим делам. Некоторые приглушенно матерились и тёрли лица, стараясь побыстрее избавиться от наваждения.
— Чёртово искушение, — выругался рядом Артём. — Каждый раз как в первый раз.
— Мне почему-то кажется, что на меня вы гораздо спокойнее реагируете, — осторожно уточнил Птицын. — Хотя во мне крови гораздо больше.