Лучший книжный парень (ЛП)

— Да, но что именно он сказал? — умоляет Меган.
— Честно говоря, не так уж много. Я отправила ему рекомендации по некоторым книгам, и он присылает мне свои мысли, пока читает их.
— Мысли? Сексуальные мысли? О мой Бог. Он прислал тебе фото члена? — Хэтти широко раскрывает глаза. — Пожалуйста, покажи мне фото члена!
— Пожалуйста, скажи мне, что он не присылал тебе фотографии своего пениса. Это крайне неприличное поведение для Книжного Парня. — Меган всегда меня поддерживает. — Если, конечно, ты не просила его об этом во время взаимного обмена.
— Успокойтесь. Он не присылал мне фото члена, и я их не просила.
Между нами тремя повисает молчание, и я поднимаю глаза от своей тарелки, чтобы увидеть, как они странно переглядываются. Они выглядят так, словно либо с треском провалились в игре в гляделки, либо пытаются соблазнить друг друга, но что-то подсказывает мне, что это ни то и ни другое.
Я подцепляю вилкой клейкий рис и перевожу взгляд с одного их лица на другое.
— Что вы двое делаете?
— Эм… — говорит Хэтти, поворачиваясь ко мне лицом. — Мы должны кое в чем признаться. — Эти двое ужасно умеют хранить секреты, поэтому, о чем бы они ни старались общаться телепатически, ничего хорошего из этого не выйдет. Я запрокидываю голову и испускаю долгий, медленный вздох.
— Что вы натворили?
— Ты не можешь на нас сердиться, — говорит она, и я прищуриваюсь, желая, чтобы она проболталась, но она проницательный противник и смотрит по сторонам — куда угодно, только не на меня. Меган, однако, ей не ровня. Из нее получился бы ужасный заложник. Я не думаю, что в ее мозгу есть те части, которые делают тебя способным лгать.
— Мы ходили к нему, — выпаливает она, с писком зажимая рот руками.
О, ради бога. Эти прекрасные, бесценные, приводящие в бешенство назойливые люди.
— Что значит, вы сходили к нему?
— Мы сегодня ходили в «Солнечное сияние», чтобы посмотреть на него, — отвечает Меган так, словно ее вызвали в кабинет директора для выговора.
— Когда?
— Сегодня утром, — говорит она самым извиняющимся тоном, который у нее есть. — Мы просто хотели посмотреть, как он выглядит, и убедиться, что он не серийный убийца-психопат.
— Конечно же, он не серийный убийца-психопат.
— Малышка, он горячий, — подхватывает Хэтти, подливая мне вина. — Ты преуменьшила описание. Он Чер. Блядь. Товски. Горячий. По крайней мере, мы решили, что это был он. Он был единственным парнем, работавшим там. Тебе стоит с ним перепихнуться.
— Хэтти, если думаешь, что он такой сексуальный, то сама с ним перепихнись, — говорю я, закатывая глаза.
— Я бы никогда не смогла с ним переспать. Он кажется хорошим человеком. Я бы разрушила его жизнь. — Она поднимает бокал, провозглашая тост за себя, и я разражаюсь смехом. Хэтти никогда серьезно не была в отношениях и не выказывала такого желания. Когда нам было чуть за двадцать, Адам пытался свести ее с парой своих приятелей, и это всегда заканчивалось тем, что они плакали и жаловались ему, как сильно хотят быть с ней, но она ни за что не соглашалась. Мы начали называть ее Разрушительницей жизни, и эта репутация закрепилась.
— Ты хочешь с ним перепихнуться, Кара? — даже слово «перепихнуться» звучит столь неприлично из невинных уст Меган, и через стол я вижу, как она краснеет.
— Я даже толком его не знаю, — пожимаю плечами я. — Как я могу ответить на этот вопрос?
— Ну, ты, по крайней мере, хочешь снова его увидеть? — спрашивает Хэтти.
— Вообще-то, я сегодня виделась с ним. — Они обе оживляются, как сурикаты.
Чёрт. Почему я позволила этому соскользнуть с языка?
— Что, на улице? — спрашивает Меган.
— Нет, я виделась с ним в кафе. Заскочила после работы, и мы поболтали.
— Как на свидании?
— Нет, не как на свидании. Как будто двое людей выпили по чашечке чая и поболтали. Удивлена, что не увидела, как вы обе выглядывали из окна, как парочка подлых извращенцев.
— Ты собираешься пригласить его на свидание? — настаивает Хэтти.
Я чувствую, что краснею.
— Нет, ни в коем случае.
  
— Кара, пожалуйста, пригласи его на свидание. Тебе это необходимо. — Меган тоже сейчас в положении умоляющей.
— Нам это нужно. Ты же знаешь, что нам необходимо утолить желание наших отношений через тебя. Я трахаюсь только с эмоционально недоступными мужчинами, а Меган, ну… — Хэтти морщится. — Как у тебя сейчас обстоят дела, Меггс?
— В спячке, — говорит она, и мы с Хэтти фыркаем от смеха. — Не будьте такими злыми. Мне просто нужно время, чтобы во всем разобраться.
После того, как Меган пару лет после университета встречалась с кем-то полусерьезно, у нее была череда кратковременных ухажеров, прежде чем она начала встречаться с мужчиной постарше по имени Макс. Все закончилось, когда Макс вернулся в Австралию, и она не знала, что делать дальше. Он продолжает намекать ей, что вернется в Великобританию, но я поверю в это, только когда увижу собственными глазами.
— Мы любим тебя. — Я наклоняюсь над кофейным столиком и целую ее руку. — Мы здесь для твоей, спячки. Спяки? Спяченюшки?
— Не важно, перестань менять тему. — Она легонько шлепает меня по щеке. — Пожалуйста, ты могла бы пригласить Люка на свидание и просто сходить с ним на одно крошечное свидание.
— Нет. Прекратите. Я не буду приглашать его на свидание. — Они обе издают один и тот же громкий стон и плюхаются навзничь на диван. Клянусь, если бы вы только узнавали этих двоих по звукам, которые они издают, вы бы подумали, что это один и тот же человек.
Я даю им немного повременить, прежде чем заткнуть уши и как можно быстрее взорвать свою бомбу правды.
— Но я снова встречаюсь с ним на следующей неделе.
Как и ожидалось, они подпрыгивают, как будто выиграли в лотерею, и я чувствую себя виноватой за то, что так говорю о Люке. У меня что-то странно трепещет в животе, как и всякий раз, когда он пишет мне, но еще у меня появилось тяжелое чувство с тех пор, как он рассказал мне о своей жене.
— Я должна вам кое-что рассказать.
— Ты поцеловала его? — они обе визжат.
— Нет. Пожалуйста, успокойтесь. Это серьезно. На самом деле, есть две вещи.
— Ладно, извини, буду вести себя как подобает, — Хэтти смотрит на меня с непроницаемым выражением лица.
— Во-первых, он попросил меня организовать книжный клуб в его кофейне.
— О-о-о, — произносят они в унисон, и я вспоминаю маленьких зеленых инопланетян из «Истории игрушек».
— Я в восторге, — Меган хлопает в ладоши. — Мы придем!
— Здорово, приятно это слышать, мы все еще работаем над деталями. Второе… — Мне неловко даже говорить об этом. Это не моя история, но мне кажется, что ее стоит упомянуть. — Он также сказал мне, что был женат, и что его жена умерла пару лет назад от рака.
— Черт, — говорит Хэтти.
— О нет, какой ужас. — Положа руку на сердце, Меган выглядит искренне расстроенной. — Бедняжка.
— Да, я имею в виду, правда ужасно. Я не знала, что сказать. — На мгновение мы все замолкаем. — Так что, раз уж мне понравилось с ним разговаривать, и я договорилась встретиться с ним на следующей неделе, не могли бы мы, пожалуйста, положить конец всей этой болтовне о сексе, потому что, во-первых, он горюет, а во-вторых, если я собираюсь организовать у него книжный клуб, мне нужно, чтобы все было дружелюбно и профессионально. Хорошо?
— Хорошо, — говорит Хэтти, — скучно, но хорошо.
— Пожалуйста, Хэтти, пожалуйста, не приставай ко мне с вопросами о свиданиях. Я не хочу этого делать, а если и захочу, то сделаю в свое время. Обещаю, вы обе узнаете об этом первыми.
Мы устраиваемся на диване и включаем «Все сложно», но у нас у всех была напряженная неделя, и девочки засыпают еще до конца фильма. Я перебираюсь в свою постель, чувствуя беспокойство. Пытаюсь читать, но, похоже, не могу сосредоточиться, поэтому беру блокнот и начинаю записывать идеи для книжного клуба.
Знаю, Люк, вероятно, сегодня не флиртовал со мной, но очень надеюсь, что мы сможем стать друзьями. Печальная правда в том, что, кроме Меган и Хэтти, в моей жизни не так уж много близких людей. Адам действительно был моей второй половинкой, и, хотя я всегда находила это выражение странным, оно определенно относилось к нам. Мы были вместе каждый божий день на протяжении более десяти лет. Я могу по пальцам одной руки пересчитать, сколько ночей мы провели порознь. Раньше я говорила это с гордостью, но теперь думаю, что, возможно, это было не так уж и хорошо, что вся моя жизнь была связана с ним.