Маны – полные карманы! (СИ)

Я протянул руку, нащупал её голову и, запустив пятерню в волосы, положил её Марте на затылок, после чего пустил тонкий-тонкий поток маны, чтобы поддержать бедняжку. Думаю, что сейчас это ей будет нелишним.
Надо сказать, что я и сам был изрядно истощён. Даже не помню, когда у меня был такой низкий уровень маны!
Так мы и лежали некоторое время, пока Марта вдруг не издала сладострастный стон. Я повернул к ней голову и увидел, что щёки у неё зарумянились, дыхание очень частое, рот приоткрыт, из него вдруг показался язык, и она медленно облизнула им губы.
  
Надо будет с ней об этом поговорить. Похоже, что передача маны воздействует на неё каким-то необычным образом, приводя в состояние сексуального возбуждения. Так-то я против ничего не имею, получает она удовольствие от этого, и ради бога. Но сам я себя при этом чувствовал как-то странно. Ведь это состояние у неё возникало благодаря мне, а я, честно говоря, не в такой роли себя видел в наших взаимоотношениях. И больше всего мне не нравился сексуальный подтекст в самом способе передачи маны. Мне не хотелось их ассоциировать, потому что ману я передавал разным людям, и в следующий раз я буду думать, не доставляю ли я этим человеку сексуальное удовольствие. Блин, Марта сломала мне мозг! Вот как теперь жить?
Марта вдруг дёрнулась, резко напряглась, выгнула спину, несколько раз вздрогнула, через некоторое время расслабилась и шумно выдохнула.
— Спасибо! — прошептала она.
— За что? — на всякий случай спросил я.
— За ману! — ответила она, но по тону мне показалось, что она благодарит меня совсем за другое. Но развивать тему, я пока что не стал. Было не время и не место.
Я её подзарядил. Не полностью, но ей пока больше и не надо. Недавние скачки настроения меня тоже беспокоили. Уж не знаю, виноват в этом энергетический монстр, который к ней в тот момент уже подсосался, а в том, что он умеет воздействовать на эмоции, я только что убедился на собственном опыте. Или у неё и в самом деле был манотоксикоз. А может быть, одно наложилось на другое. Однако, Марта всё равно молодец!
— Спасибо! — сказал я ей, вспомнив, что именно случилось.
— За что? — теперь уже спросила она.
— Ты в очередной раз появилась очень вовремя. Похоже, что без тебя я бы не выжил!
— Всегда, пожалуйста. Хотя я спасала не тебя, а себя, — сказала Марта, — если бы он тебя сожрал, или что он там с людьми делает, то и мне бы недолго осталось.
Решив кое-что проверить, я вновь подсунул руку ей под затылок.
— Что? — удивилась она.
— Ничего, хочу кое-что проверить, — сказал я.
Мана была на месте. Теперь она уже никуда не утекала из неё. С этим понятно. Осталось разобраться с перепадами настроения. Потому что, если это не зависит от монстра, значит, может повториться, причём, в самый неудачный момент.
Я вновь убрал руку.
— Проверил? — спросила Марта.
— Проверил, — ответил я, ничего не объясняя.
Мы продолжали лежать так ещё долго. И ей, и мне нужно было время, чтобы восстановить силы. Мана за такое время, конечно, не восстановишь, тут нужен полноценный отдых. Но хоть что-то.
Пока мы лежали, мне всё не давал покоя странный звук. Сначала я даже не был уверен, что он на самом деле есть, а не мерещится мне. Потом я уже не сомневался, что звук настоящий, но никак не мог понять, что именно он означает и откуда исходит. Угрозы в нём не чувствовалось, скорее было просто любопытно, что же это такое. Ну не мыши же тут рядом пищат? Рядом с этим энергетическим монстром вряд ли кто-то мог бы выжить.
Постепенно с улучшением самочувствия и восстановлением сил, звук начинал интересовать меня всё больше и больше. Наконец, я не выдержал и сел, оглядываясь по сторонам и ища его источник. Наконец, я определил направление. Звук шёл откуда-то из угла. Оттуда, где раньше находился хозяин этого подвала. Я медленно встал и побрёл туда. Там, за небольшой кучей кирпичей, я увидел, что на полу что-то тускло светится. Присев на корточки, я ошалело уставился на открывшуюся мне картину.
Сначала я не разобрал, что это такое… но потом вдруг ка-а-а-ак понял!
Энергетический монстр никуда не делся. Он выжил, но, видимо, от взрыва сильно пострадал, и на нём это сказалось многократным уменьшением размеров. Интересно, этот эффект от взрыва фиолетового шара так подействовал только на него, или может и на других тоже такое же влияние оказывать? На меня не оказал, но ведь я его создатель, как-никак!
Маленький тусклый монстрик копошился среди кирпичей и издавал какие-то тонкие пронзительные звуки. Судя по всему, ругался на чём свет стоит. Во все стороны торчали тонюсенькие волосики его энергетических щупалец. Он яростно ими шевелил, в надежде подсосаться откуда-нибудь энергией. Но было неоткуда.
— Вот ведь живучая тварь! — усмехнулся я.
— Я? — Марта удивлённо подняла голову и уставилась на меня широко распахнутыми глазами.
— Да причём тут ты! — ответил я не поворачиваясь.
— А кто же тогда? — не отставала она.
— Этот энергетический уродец, — сказал я, — ещё пищит чего-то!
Я осторожно поднёс к нему палец, позволив щупальцам в него потыкаться. Видимо, взрыв так его ослабил, что они не могли пробиться через мою естественную защиту и откусить хоть немного энергии. Ему сейчас можно было бы муху какую-нибудь высосать, или батарейку пальчиковую полизать, максимум. Подключиться к человеку он был не в состоянии, это было видно невооружённым взглядом. И от этого он сильно раздражался и начинал пищать ещё громче.
Я осторожно взял его в руку. Это было странно. Ведь сущность он бестелесная, однако вполне взаимодействовал с физическими объектами, вроде моей руки. Значит, некая физическая оболочка у него всё же есть, просто непривычная для моего восприятия.
Даже на ладони он занимал немного места. Это наводило на интересную мысль. Значит, если он когда лишается энергии, уменьшается в размерах, то что будет, если энергии у него много? Получается, что его размер зависит от его насыщения? И есть ли предел у его роста? Если, например, бросить его в реактор атомной станции, то что произойдёт? Кстати, интересно, что с ними стало, со станциями? Я про это ничего не слышал, да раньше такой вопрос и в голову не приходил. А вот тут вспомнил, и резко стало интересно.
Я поднёс тускло светящийся комочек с нитями щупалец к самому уху, чтобы, наконец, разобрать, что именно он там бормочет.
— Урод! Я всё равно тебя трахну! Я высосу тебя до капельки! Я посажу тебя на поводок и буду питаться твоей маной всю жизнь! Это ещё не конец! Я бессмертен! Меня нельзя убить! Меня нельзя уничтожить! Я вечен, как вселенная! — тоненько верещал он.
— Ты определись со своими желаниями, что именно ты хочешь со мной сделать: трахнуть, высосать, или что-то ещё! — сказал я копошащемуся комочку.
— Чего? — Марта приподняла голову и снова потрясённо уставилась на меня.
— Это я не тебе! — отмахнулся я, внимательно разглядывая монстрика и думая, что с ним делать дальше. Хорошо бы, конечно, убить. Но если он действительно неуничтожимый, то оставлять его здесь было нельзя. Он опять окрепнет и примется за старое. Будет убивать людей.
Марта ещё некоторое время смотрела на меня, ожидая более развёрнутых пояснений, но потом уронила голову обратно и снова закрыла глаза.
— Что же мне с тобой делать? — пробормотал я, слушая писклявую ругань этого существа.
— У нас же нет стеклянной бутылки или банки? — спросил я у Марты.
Она повернула голову ко мне, продолжая лежать.
— Нет, мы брали только пластиковые, чтобы они не побились, — немного подумав, ответила она.
— А вот сейчас бы очень такая пригодилась, — сказал я задумчиво.
— Стеклянная? — уточнила Марта.
— Ага, — кивнул я.
Она ещё некоторое время лежала, глядя на меня, а потом начала подниматься. Встала, отряхнулась немного, хотя это не сильно помогло, повалявшись в пыли и бетонной крошке, она теперь ещё больше стала похожа на бродяжку, и слегка пошатываясь, вышла в коридор.