Городской ведьмак (СИ)

У женщины из руки ведро вырвалось, вода на нее выплеснулась. Звякнуло, цепь натянулась и посудина с грохотом полетела в колодец.
— Вот жеж!.. — выругалась незнакомка и провела ладонью по лицу и закусив губу стала меня внимательно рассматривать.
Молчит, ничего не говорит и все больше хмурится.
— Ты часом не родственничек Трофима Ивановича? — наконец спросила она.
— А это он помер? Мне телеграмма пришла, словно живем в каком-то старом времени! Велено похороны организовать, — ответил я, решив не упоминать про какое-то наследство.
Что в деревне может достаться? Старый дом, пара курей и поле картошки? А оно мне надо? Долг отдам, местным барахлишко раздам и свободен. Вообще-то, стали закрадываться сомнения в правильности решения о поездке. Другой бы телеграмму в мусорное ведро выбросил и забыл. Да чего там греха таить, скорее всего и сам бы так сделал, да что-то на меня нашло. Не иначе благостное настроение накатило, после принятия чудо-похмельного порошка.
— А-а-а, — протяжно сказала моя собеседница, как будто ей все стало понятно. — Ты езжай прямо, дом крайний, думаю, тебя там ждут.
— Спасибо, — поблагодарил я и со скрежетом выжав сцепление, направил тачку по деревенской дороге.
Женщина забыла про воду, провожает взглядом и ладонь держит у лба. Какой-то неприятный осадок от разговора. Ничего, сейчас все разрешится. Ага! Фиг-то там! Забор сплошной, под два метра, ворота крепкие, калитка заперта изнутри и никто не спешит на мой стук. Минут десять ломился, устал и мысленно себя обругал, что повелся на чей-то розыгрыш.
— Семен, ты ли это? — неожиданно спросил какой-то дед, стоящий и опирающийся на капот моей машины.
Готов поклясться, еще пару секунд назад его тут не было!
— Да, это мое имя, — подтвердил я и уточнил: — А вы кто будете?
— Дед твой, вскорости покойный, — хмыкнул тот. — Пойдем-ка в дом, разговор непростой, подготовиться надо, ритуал честь по чести провести, как никак, а передача силы не требует суеты.
 Глава 1. Передача силы 
 
Озадачил меня дед, стоит ухмыляется в бородку, а у самого глаза проницательные, взгляд холодный и расчетливый. Какой из него покойник? Конечно не молод, на вид лет семьдесят, если не больше, седой, но поджарый, из ума точно не выжил, а несет ахинею. Одет тоже интересно, шаровары заправлены в кирзовые сапожки (где их сейчас достать?), рубашка на выпуск подвязана плетеным ремнем, а довершает картину военная защитная куртка.
— Вас Трофимом Ивановичем звать? — поинтересовался я.
— Для тебя — дед Трофим и никак иначе, — усмехнулся тот. — Одной мы крови, в этом нет сомнений.
Ну, я бы так не стал утверждать. Тем более, что по отцовской линии, как и по материнской со всеми дедами был знаком, пусть с некоторыми и заочно, не дожили они до моего осмысленного возраста.
— Дед, ты прости, но как-то все чудно, — неопределенно пожал плечами.
— Кхе-кхе! — кашлянул тот в кулак и ко мне приблизился. — Чудно? Это верно подметил! Чувствует кровушка, что силу вскоре обретет. Ничего, пойдем в избу, сядем в горнице и поговорим, а потом и приготовлениями займемся. Ночь впереди сложная, мое время приходит. Оно же подкрадывается незаметно, вроде еще вчера гонял демонят в гражданскую, а уже и срок подошел, сила стала таять, временной цикл сменился.
— Какую гражданскую? Уж не про семнадцатый ли год толкуешь? — уточнил я, мысленно прикинув, что деду требуется хороший психиатор.
— Правильно догадался, молодец, историю знаешь, — покивал тот и двумя пальцами взявшись за ручку калитки, легко ее отворил.
Ни одна петля не скрипнула! А я-то дергал и ломился изо всех сил, чуть ногу не отбил, когда дубасил по доскам. А дед, раз, и готово!
— Проходь Семен и ничему не удивляйся и не бойся, не съем я тебя, — в очередной раз усмехнулся мой собеседник.
— Машину надо закрыть, — кивнул на тачку.
— Не боись, не угонят, — покачал дед Трофим головой. — И в салон никто не влезет, даже муха не залетит. Про опущенное стекло не беспокойся, дождя три дня не предвидится, а вот потом неделю поливать будет.
 
— Вы мои мысли читаете?
— У тебя все на лице написано. Вот такими, — он развел руки в стороны, — буквами.
— В машине еда и водка, — сказал я, а потом ехидно добавил: — Для твоих поминок.
— Молодец, предусмотрел, одобряю, — серьезно ответил дед. — Бери еду и пошли, неча время тратить, уже десять минут языками чешем, а ни слова главного не сказали.
Не стал с ним спорить, да и интересно стало, что же происходит-то. На розыгрыш не тянет, так подготовиться вряд ли возможно. Нет, для какого-нибудь выдающейся личности могут и не такое замутить. Но я-то деньгами не богат, чиновничье кресло не занимаю. Кто-то пытается развести? Так и брать у меня нечего. Тачка старая, квартира далеко не престижная и недорогая, чтобы под это все замутить такую аферу. А с другой стороны, пока не сходятся концы с концами и вопросов больше, чем ответов. Ну, послушаю, за спрос денег не берут. Отдохну немного и обратно поеду. Можно за грибами сходить или искупаться. Тут наверняка где-то поблизости есть река, смогу до нее доехать? Сумку-холодильник взял, а вот пакет с водкой оставил в багажнике. Поминки-то отменяются, а бухать с неизвестным дедом я не собираюсь. Уже когда из салона выбрался и слепня прибил, то удивился, что внутрь никто так и не залетел, все как дед говорил.
Молча прошел в калитку, двор ухожен, травка скошена, стволы яблонь побелены. Собаки не видно, как и другой, какой-либо живности.
— Не досуг большое хозяйство вести, — ответил на очередной невысказанный вопрос, идущий позади спутник. — Последняя собака отслужила верой и дружбой, пять лет назад померла от старости, а щенка не стал брать по понятным причинам. Зачем травмировать пса сменой хозяина, да и тебе бы он стал обузой. Яйца, молоко и творог приносят бабы, живущие рядом. Им от меня защита и покровительство, они с уважением. Так и живем. Охотой промышляю, то чего лес и вода пошлет. Тут же места глухие, зверья много, как и рыбы. Охотников и рыбаков от этих мест отвадили, они если и появятся, то добыть ничего не могут. Так последние двадцать лет решил пожить, в тиши, отдохнуть за бурную молодость. Имею право, хоть и обижаются на меня многие. Ничего смирились, как-то приспособились без ведьмака обходиться.
— Кого? — уточнил я.
— Если привычно говорить, то колдуна с определенными способностями и проявлениями, — спокойно пояснил дед. — Ты не смотри, что я немощен и стар, нечисть за весту чую.
— А это что? — вырвалось у меня, когда увидел стоящий на двух табуретах гроб обшитый темным бархатом.
— В него меня положишь и на кладбище свезешь, могилка будет готова, дорогу покажут, — отмахнулся дед. — Да, чуть не забыл! Лопату с собой возьми, зарывать предстоит самому, никто другой помочь не сможет. В ноги поставь крест, чтобы, если понадобилось, смог легко выбраться.
— Крест? — помотал я головой.
— Да, его подготовят, заказ давно сделал, — покивал дед и указал рукой на входную дверь в избу: — Пошли, поставлю чай и обстоятельно все расскажу.
Голова кругом, какой-то частью сознания начинаю верить в происходящий со мной бред. Да-да, именно так это можно назвать, словно пыльным мешком по голове ударили, но уверяют, что по волосам погладили.
Кстати, дверь за нами закрылась сама, как и открылась… Гм, может это мне надо бежать в психушку и требовать доктора? Подозрения только усугубляются! Не успели войти, а чайник стал закипать, лампадка зажглась… Тряхнул головой и пожалел, что водку в машине оставил. Черт с ними со всеми, ночь мог бы в салоне переночевать, чтобы ментам не попасться. Тут же без пол-литры не разобраться.
— О, несет нелегкая, — покачал дед головой, смотря в окно. — Семен, смотри, эта тут в помощницах у главной ведьмы. Способная ученица, и когда только успела пронюхать, что ты появился? Уже и пирожки напекла, заговоренный морс с приворотным зельем сварила. Она думает, что я силу потерял! Вот пожалуюсь Лидии, она ей порку задаст, сидеть Варька на своей тощей заднице долго не сможет.