Дефектная (СИ)

Мои размышления были прерваны суетой, которую устроили целители. Наверное их не устроило, что я не смогла ответить на их вопросы. В результате ещё набежала туча целителей и всё осматривали меня и что-то спрашивали.
Особенно отличилась темноволосая женщина с острым подбородком и хищными чертами лица, которая встала напротив меня и начала пристально смотреть в глаза. Я не отвела взгляд. Наши гляделки продлились минут десять, во время которых остальные присутствующие в палате целители притихли и и не сводили с нас глаз. Я так и не поняла, что в том взгляде черноволосой особенного? Можно было предположить, что эта дама менталист и пытается поковыряться в моих мыслях, но в армейскую подготовку, которую я проходила, входили курсы по распознанию и противодействию ментальному воздействию. И вот никаких признаков, что у меня в мозгах ковыряются, я совершенно не почувствовала.
Темноволосой надоело смотреть мне в глаза и она отвела взгляд в сторону. Выглядела она чем-то очень недовольной и даже расстроенной. После непродолжительной беседы с остальными целителями она покинула палату. А через некоторое время ушли и почти все остальные люди, и в палате остались только двое целителей, которые находились в ней первоначально.
Мужчина подошёл, внимательно осмотрел меня ничего не спрашивая, и обратил внимание, на моё, скорченное от боли лицо. Он тут же одел обратно на меня маску и устроился поудобнее возле вычислительного устройство, а это точно был аналог наших интеллект-систем. Целитель нажал несколько клавиш на устройстве, и боль начала меня отпускать, а дальше я почувствовала сонливость и заснула.
***
После сообщения, что Элис пришла в сознание, барон Мадсен и его жена уже больше часа ожидали, когда у них появится возможность пообщаться с дочерью. Они с тревогой наблюдали, как поднялась непонятная суета и разные целители один за другим стали заходить в палату. Они некоторое время находились там, а затем постепенно покинули помещение, где находилась Элис.
Барон уже некоторое время сдерживал порывы войти в палату и узнать о состоянии дочери. Когда терпение подходило к концу, открылась дверь и из палаты вышел целитель Стрём. Он направился прямиком к барону и баронессе.
— Извините, что заставил вас ждать, у нас непредвиденная ситуация произошла, — вежливо начал разговор целитель, стараясь как можно осторожнее подвести родителей пациентки к важному разговору.
— Что-то случилось с Элис? — заволновалась баронесса. — Ей стало хуже?
— Здоровью ничего не угрожает, но наблюдаются некоторые проблемы…
— Какие проблемы?
— Пройдёмте в мой кабинет. Думаю, что вы сами заинтересованы, чтобы лишняя информации не ушла на сторону.
— Да. Вы правы. Посторонним не стоит знать о происходящем в нашей семье, — встревоженный барон подхватил жену за руку. — Дорогая, пройдём за целителем в его кабинет, он там всё расскажет.
— Хорошо, дорогой, — баронесса под руку с мужем проследовали вслед за целителем в его кабинет, расположенный в конце коридора.
Помещение, где обычно находился целитель, пока не был рядом с пациентами, было сравнительно небольшим с двумя дверями, одна из которых вела в душевую совмещённую с санузлом, а открыв вторую можно было попасть в небольшую комнату отдыха.
Сам кабинет был обставлен довольно скромно. Шкаф со стоящими на его полках книгами по целительству и папками с документами. Мягкий кожаный диван, на котором как раз и расположились барон и баронесса Мадсен. Стол с размещёнными на нём двумя ауриками подключенными к эфирной сети больницы, и на которые сходится информация о состоянии всех пациентах. Она снимается с помощью подключенных к больным магических конструктов, передаётся на аурик в палате, а дальше идёт в сеть, где получить её могли целители, имеющие соответственный допуск. И завершало обстановку мягкое зелёное кресло, в котором сейчас расслабившись сидел хозяин кабинета.
— Так что, уважаемый, вы хотели бы нам сообщить? — барон не стал затягивать и первым начал разговор.
— Процедура прошла успешно, мана не отторглась и почти растворила осколки ядра, — целитель сделал паузу. — И всё бы хорошо, но когда ваша дочь пришла в сознание, она ничего не поняла из того, что я и младший целитель Эмма Шмидт ей говорили. Её ответ мы совсем не поняли. Возможно это какой-то язык, который нам незнаком, но не исключено, что просто набор слов. Возможно у неё потеря памяти.
 
— Вы предполагаете, что у неё проблемы со психикой?! — возмутился барон.
Баронесса также хотела что-то сказать, но муж её остановил, обняв и прижав к себе.
— Мы не исключаем такой вариант.
— И что вы будете делать дальше?
— Её уже смотрела наш штатный менталист, — как-то неуверенно произнёс целитель.
— И какой результат осмотра?
— Нулевой, — смутившись произнёс целитель.
— Это как, нулевой? — сильно удивился барон.
— Она не смогла ничего увидеть. Ваша дочь полностью закрыта от ментального воздействия, — растерянно произнёс целитель. — Никогда подобного не видел, только слышал, что бывают такие феномены, но очень редко. Именно поэтому я и пригласил вас в свой кабинет. Вы же понимаете, что подобную информацию о вашей дочери надо сохранить в секрете во избежание ненужного внимания.
— Я понимаю, — барон задумался. — Невосприимчивость к ментальной магии. Это большие возможности…
— И проблемы.
— Вы это о чём?
— В последнее время появились магонические устройства, управлять которыми можно с помощью мозговых волн. И при их производстве не обходится без менталистов.
— Да. Наша компания проводит исследования в этой области, и я немного разбираюсь в этом вопросе.
— Дело в том, что для вашей дочери подобные устройства буду недоступны. Она не сможет с ними взаимодействовать.
— А вот это действительно проблема. Но мы что-нибудь придумаем. Можно ведь и без них обойтись.
— Я только проинформировал, а как поступать, это только вам решать. Здесь мы ничего сделать не можем.
— Спасибо, — барон задумался. — А информация о невосприимчивости моей дочери для ментала может остаться в секрете?
— Наша клиника гарантирует конфиденциальность информации о своих пациентах, — уверенно произнёс целитель. — Сейчас информацией о вашей дочери владеет наша менталистка Эва Соммер и я. Эва скинула мне сообщение на мэйджфон, поэтому больше никто его не видел.
— Вы в этом уверенны? — настойчиво допытывался барон.
— Да. Теперь ещё вы двое знаете и всё.
— Хорошо. В вас я уверен и знаю, что посторонним информацию не выдадите. А что насчёт этой менталистки?
— Эва Соммер уже давно работает в нашей клинике и у неё безупречная репутация. Она как никто умеет хранить секреты своих пациентов.
— Это хорошо. А что дальше будет с моей дочерью?
— С завтрашнего дня ей будут заниматься специалисты. У нас одни из лучших психиатр и психолог. Скорей всего девочке заново придётся учиться разговаривать.
— Это не скажется пагубно на ребёнке? — забеспокоился барон.
— Вероятность маленькая. Она ещё очень юная и есть все шансы, что при правильном подходе эта ситуация обойдётся без далеко идущих последствий. Да это просто чудо, что она выжила при том взрыве.
— Мы этому сами рады. И спасибо, что не дали ей умереть.
— Это моя работа.
— А как сейчас состояние Элис?
— После лечения у неё ещё остались боли, которые скоро пройдут, но на это время я принял решение погрузить её в сон. Так что она сейчас спит.
— А можно просто посмотреть на дочку, — умоляюще произнесла баронесса.
— Я не могу вам отказать, — улыбнулся целитель, и сделал звонок по мэйджфону. — Эмма! У меня в кабинете сейчас родители Элисабет Мадсен. Я разрешил им посетить дочь на пять минут. Пожалуйста, проводи их в палату и проследи, чтобы они не потревожили девочку, — звонок закончился и мэйджфон был положен на стол.
— Мы можем идти?
— Да. Сейчас за вами зайдёт младший целитель и отведёт к дочери.
Почти сразу дверь открылась и зашла девушка, которую Мадсены уже видели в палате дочери. Целительница им кивнула и без слов покинула кабинет. Барон и баронесса последовали за ней, оставив, задумавшегося о чем-то целителя Стрёма, в одиночестве.