S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 2. Часть 2 (СИ)

— Верю. Теперь верю во всё. Спасибо, Медоед, порадовал… очень и очень порадовал.
— Ваша очередь, — Дима стал ощущать себя чуть более уверенно, ему удалось выбить из колеи этого… кого? Древнего? Как таких иммунных вообще называют?
— Нестор… — начал Историк. — Знаю я его. Встречал и не раз. Правда, историй он мне никогда не рассказывал. Зачем он тебе?
Дима отрезал ещё кусок стакана. В этот раз скрип вышел особенно мерзким.
— Хочу убить его. Он убил мою мать…
Повисло молчание, длившееся, наверное, минуты две. Историк ещё более пристально смотрел на Диму, а тот еле удерживался от того, чтобы отвести взгляд. Выдержал.
— Не выйдет. Забудь. Вернее… не пытайся. Не сможешь. Даже я и ещё десяток таких, как я, не сможем. Он… во-первых, он гораздо старше меня. Не представляю даже, сколько ему лет. Две тысячи… три. Во-вторых, он уже давно не человек. Вернее, человек, но… не знаю, как объяснить… вот, представь себе копьё каменным, не железным даже, наконечником. Представил? Так вот копьё, это ты или я. А Нестор, или Джинн, Ифрит, много у него имён, он как современный пулемёт системы Гатлинга, а может и как танк. Не представляю предела его сил. Он не бог, конечно, но силён. Очень, очень и очень силён, — сделал короткую паузу, отпив давно уже остывшего чая. Продолжил:
— Ну и в-третьих, найти его НЕЛЬЗЯ. Не то, что не получится, а просто нельзя, — снова пауза, чтобы Дима смог осознать эти слова. — Он сам приходит… как тот пушной зверёк, если ты понимаешь, о чём я. И если он приходит… тут или смерть тебе или… как в случае с твоим отцом, со мной и ещё некоторыми иммунными, кому «повезло» обратить его внимание на себя. Так что… не пробуй даже. Стикс гораздо интереснее и лучше потратить свою жизнь на его понимание и изучение, чем на банальную месть, заранее обречённую на провал… мне жаль твоих родителей. На самом деле, жаль. И я сочувствую тебе. Но и попрошу принять мой совет. Не пытайся искать Нестора и даже не думай его убить. Если уж будет на то воля Стикса, — фразу эту Историк сказал со странным и непонятным выражением. — Нестор сам явится. А тебе стоит использовать свою жизнь более правильно. Говорил уже, есть в тебе потенциал. Ты можешь легко вырваться из… из всего этого, из этой песочницы… сделать свою жизнь гораздо интереснее и… полезнее, — он огляделся по сторонам. — Подумай, Дима. Хорошенько подумай. А мне пора. Ещё раз спасибо. Твоя история займёт одно из лучших мест в моём списке. Надеюсь, до встречи, когда бы она не произошла.
Как уходил Историк, Дима уже не видел. Он был оглушён. Опустошён. Не тех слов ожидал Медоед. И не верить Историку тоже нельзя, вот здесь его блок или что там у него, дало слабину и парень отчётливо понимал, что все слова о Несторе чистая и неприправленная красным словцом, правда…
Прошло, наверное, ещё с полчаса, прежде чем Дима осознал себя. Историк своим ответом не просто выбил из колеи, он ошеломил. И тот страх, который проскальзывал, когда он говорил о Несторе, был самым настоящим и неподдельным. И что теперь? Снова пустота. Медоед ощущал, как внутри него что-то снова рушится, что-то, выстроенное желанием отомстить и заполнявшее тот вакуум, что образовался в душе. Отступить? Послушать этого чудака? Хотя, нет, чудаком, Историк, как раз и не является. Нестора найти нельзя, он приходит сам. И в это тоже верилось. Получается, что все рыскания по Стиксу бессмысленны..? Бросить эту затею, как и советовал Историк? Нет. Отступить, значит, признать поражение. Это значит предать память о матери. Нет, не отступлю, решил Дима. Но, если Нестора не найти, значит нужно сделать что-то, что заставит старика появиться…
Времени много, вечность.
Из размышлений Медоеда вырвало сообщение на планшете. Шалый интересовался, где Дима. Ответив, парень расплатился за заказ и вышел, нужно срочно проветрить мозги, слишком уж неоднозначную информацию получил.
* * *
Дату рейда назначили на два дня раньше, чем планировалось. За прошедшие со встречи с Историком три дня, в целом, ничего не изменилось, единственное, только Шалый с остальными как-то странно посматривать начали, некоторые из бойцов даже с отчётливым негативом. Алина, окончательно утвердившаяся в статуте девушки командира, вообще, находилась в странном предвкушении. Причин этой резкой перемене Медоед не находил. Да, его недолюбливали, но не настолько же, чтобы дошло до откровенной неприязни. Но это только в эмоциях, ни словом, ни делом это никак не выражалось, так что Дима перестал обращать на это внимание.
 
За эти дни парень окончательно определился с дальнейшими планами. Он решил остаться в Камелоте. Здесь уже и репутацию кое-какую заработал и живёт, можно сказать, ни в чём себе не отказывая. Да и Отряд теперь не придётся бросать, всё же многое вложил в это дело. И как ни крути, интересно здесь, котёл из эмоций тот ещё. Планировал всё отправить в Гвардейский весточку через караван, но отчего-то никак не доходили руки.
Поучаствовал ещё в одном бою, обычном. Ожидаемо выиграл, хотя и пришлось немного попотеть. Противник достался опытный и всё время пытался перевести бой в партер, чего Дима всячески избегал. Нет, боролся он неплохо, попросту не любил эту возню с пердежом. Сопернику, правда, удалось пару раз уронить Медоеда, но он ловко выворачивался из захватов и снова бой переходил в стойку. На третьей попытке прохода в ноги всё и закончилось. Противник с забавным именем Йогурт, лицом встретил колено Медоеда и «поплыл». Ну а дальше хватило пары ударов на добивании, чтобы бессменный рефери Лоскут остановил бой и присудил Диме очередную победу нокаутом. Итого, двенадцать боёв, одно поражение, которое можно таковым не считать, дрался с квазом, десять досрочных побед, одна по решению судьи.
Рейд начался довольно странно. Во-первых, группа зачем-то разделилась. Первая машина, в которой уехали Шалый, Алина и ещё четыре человека, отбыла тремя часами ранее, как сказал Клоп, остающийся на время рейда старшим. Во-вторых, раньше готовились гораздо скурпулёзнее, а тут буквально за вечер накидали маршрут, прикинули, что с собой брать и на чём будут добираться. Всё.
Ну и наверное, главное, это тревога, что росла у Димы в душе с каждым днём. Что-то должно случиться. Но вот что именно, он не мог понять и поэтому постарался подготовиться по-максимуму. Стилету все пароли от «казны» Отряда даже выдал, благо доступ был. Это, как он объяснил товарищу, на случай, если они вдруг встрянут и не вернутся, чтобы Стилет мог спокойно продолжать дело. Так же дал доступ и к своему счёту, сделав зама своим доверенным лицом в Банке Камелота. Зачем всё это, объяснил предчувствием и «на всякий случай». Стилет порывался тоже ехать и ребят взять, но Дима отговорил. К слову, зам сам взял в свои руки создание «противовеса» преданным людям Шалого и уже три тройки вполне можно было считать «своими».
Дима сидел на переднем месте в пикапе и размышлял, пытаясь определить причины свей тревожности. Что же должно произойти? Машина только-только преодолела «змейку» перед воротами в стаб. Время тоже, уже к полудню, обычно в рейд рано утром выдвигались. Всё не так. Даже бойцы и те, напряжены и в ожидании. Чего именно? Знают что-то, чего не знаю я?
Проехали зону отчуждения и дорога плавно повернула, скрыв машину в реденькой лесополосе и тут же, метров через пятьдесят, въехала в частный сектор. До границы стаба осталось совсем недолго. Дальше лес, поле с небольшой деревенькой, от которой проваливается едва ли половина домов…
 
Эмоциональный фон бойцов на заднем сиденье вдруг резко сменился решимостью и каким-то злорадным чувством удовлетворения. Тут же сиреной взвыла Чуйка, но угроза исходила не из внешнего, так сказать, мира. В шею Димы больно кольнуло. Боец позади шикнул: «есть!».
Химия или что там впрыснули Медоеду, подействовала мгновенно. Сознание меркло стремительно, двигаться стало слишком тяжело, словно накрыли свинцовым одеялом. Про Дары и говорить нечего, не успел.