Бог возмездия (ЛП)

Он хихикает, пока его пальцы массируют мои ягодицы.
— Сейчас ранее утро, а ты уже доминируешь, мой маленький огонек. Это очень сексуально.
Прижимаясь к его груди, я удовлетворенно вздыхаю.
— Это было потрясающе.
— Отличный способ проснуться, — стонет он, выходя из меня. — Двигайся, amore mia.
Я слезаю с него и, заливаясь смехом, бегу в ванную, чтобы успеть туда первой.
Я быстро опорожняю мочевой пузырь и умываюсь, а затем поспешно выхожу, чтобы Дамиано мог воспользоваться ванной.
За свою маленькую выходку я получаю шлепок по заднице, после чего он заходит внутрь.
Я поправляю одеяла на кровати и, услышав шум воды в душе, присоединяюсь к Дамиано.
Встав под теплые струи, я тянусь за гелем для душа.
Он целует меня в плечо, затем говорит:
— Счастливого Рождества, amore mia.
Dio! Я совсем забыла!
Мои глаза расширяются, когда я поворачиваюсь к нему лицом.
— Счастливого Рождества. — Мы обмениваемся нежным поцелуем, а затем я признаюсь: — Я забыла.
Он качает головой, а в его глазах светится любовь ко мне.
— Следующий год будет лучше. Я не хотел, чтобы наше первое Рождество было таким, но, по крайней мере, мы вместе.
Я киваю, начиная мыть его тело и улыбаясь ему.
— По крайней мере, мы вместе.
Он наклоняет голову, затем говорит:
— Куда бы ты хотела поехать в отпуск?
— Ты имеешь в виду наш медовый месяц?
Он качает головой.
— Все поедут с нами. Думаю, мы все заслужили провести пару недель вдали от Нью-Йорка.
Моя улыбка расширяется, и волнение разливается по моим венам, когда я говорю:
— Кейптаун. Я слышала, там очень красиво, и если у нас будет время, мы сможем посетить национальные парки и увидеть всех животных.
— Кейптаун, хорошо. Я попрошу Эмилио все подготовить.
Приподнимаясь на цыпочки, я целую его в губы.
— Спасибо.
— Для тебя все, что угодно, la mia regina.
Глава 45
Дамиано
Для отдыха в Кейптауне Эмилио заказал фургон Mercedes и автомобиль Porsche Cayenne. Пока мы едем в отель, мой взгляд прикован к Габриэлле, которая улыбается, любуясь пейзажем.
— Здесь столько зелени, а горы просто потрясающие, — говорит она маме.
Она удивилась, когда я разрешил нам всем ехать в одном автомобиле, и мне пришлось объяснить, что риск нападения в отпуске не так высок, как в Нью-Йорке.
— Дороги не такие оживленные, как на Манхэттене, — отмечает Габриэлла. — Это радует.
Я сжимаю ее руку и наклоняюсь к ней.
— Ты счастлива, amore mia?
Она улыбается мне, и от волнения зеленые искорки в ее глазах становятся ярче.
— Да. Спасибо, что организовал все это для нас.
— Эмилио сделал всю работу, — бормочу я.
— Не за что, босс, — говорит ублюдок, сидя за рулем.
— Не заставляй меня выкидывать тебя из машины, — ворчу я.
Когда мы подъезжаем к отелю The One & Only, расположенному недалеко от набережной, я открываю дверцу и вылезаю наружу.
Мои мышцы затекли от долгого путешествия, и я подавляю желание потянуться, пока мой взгляд осматривает окрестности.
— Добро пожаловать в The One & Only, — приветствует нас африканец с дружелюбной улыбкой.
— Спасибо, — отвечает Габриэлла, обнимая маму за поясницу.
— Я займусь нашей регистрацией, — говорит Эмилио.
Когда Габриэлла ведет маму в сад рядом с отелем, мы с Карло следуем за ними, а Вито и Томми держимся поближе к нам.
— Здесь есть дорожка из темно-серых камней, зеленый тростник и другие растения. Здесь так красиво, мама, — говорит она моей матери. — Попробуй представить себе рай. Вот на что это похоже.
Господи, я выбрал идеальную жену. Она так хорошо ладит с мамой.
Габриэлла указывает направо от отеля.
— Когда я просматривала информацию об окрестностях на Tripadvisor22, то узнала, что там есть аквариум. Мы можем его посетить?
— Конечно, — бормочу я.
— А еще там есть рынок, который работает по субботам, — упоминает она. — Я бы хотела купить кое-какие сувениры.
— Хорошо, amore mia.
— А еще там есть Scratch Patch, где можно приобрести всевозможные кристаллы и камни. Это всего в часе езды отсюда.
 
Я киваю.
— Все, что захочешь.
Габриэлла отпускает маму и подходит ко мне. Вито быстро берет маму под руку и ведет ее в вестибюль отеля.
Жена обвивает руками мою шею и притягивает к себе для поцелуя.
— Не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы ты как следует отдохнул, — уверяет она меня, а затем снова целует.
— У нас все готово, — говорит Эмилио. — Осталось только отвезти машины на стоянку.
Четыре охранника, которых я взял с собой в поездку, идут с Эмилио, чтобы доставить багаж в наши номера.
Другой африканец указывает на гольф-кар.
— Я отвезу вас в ваши номера.
Я пропускаю Габриэллу и маму вперед, а затем занимаю место рядом с женой.
Вито садится рядом с мамой, а Томми занимает место рядом с водителем.
Пока мы объезжаем отель, я должен признать, что Эмилио превзошел самого себя. Проезжая по деревянному мосту, мы оказываемся на острове, где номера скрыты среди зелени, а над головой кричат чайки.
Это действительно похоже на рай.
Гольф-кар останавливается, и справа от нас находится ресторан и бассейн, где царит атмосфера спокойствия и умиротворения.
— Ваша мама будет жить на первом этаже, а мистеру и миссис Фалько мы выделили комнату над ней, чтобы вы были рядом друг с другом, — объясняет консьерж.
— Спасибо, — бормочет Габриэлла, оглядывая окрестности. — Здесь так красиво и спокойно.
Консьерж открывает дверь в мамин номер, и когда мы заходим внутрь, он объясняет, где что находится.
Я бросаю взгляд на Вито, и он быстро выходит, чтобы поговорить с консьержем, а я выхожу на небольшую веранду, с которой открывается потрясающий вид на водный путь, опоясывающий остров.
Как только консьерж уходит, я наблюдаю, как Габриэлла ведет маму по номеру, подробно объясняя, где что находится.
Я выдвигаю стул у небольшого круглого столика и сажусь, не желая торопить женщин.
Провожая их взглядом, я в очередной раз поражаюсь тому, как потрясающе Габриэлла ладит с мамой.
Она была создана для меня.
Она — моя лучшая половина во всех отношениях.
Когда Эмилио и другие охранники вносят багаж, я поднимаюсь на ноги и возвращаюсь в комнату.
— Вито, дай мою карту.
Он протягивает ее мне, и я говорю:
— Оставайся с мамой, пока ей не станет комфортно.
— Да, босс.
Взяв Габриэллу за руку, я вытаскиваю ее из комнаты и поднимаюсь по лестнице в наш номер.
Я провожу ключ-картой по замку и открываю дверь.
Как только мы оказываемся внутри, я обхватываю ладонями ее лицо и осматриваю каждый прекрасный дюйм.
— Нет слов, чтобы описать, как сильно я люблю тебя, — бормочу я.
Она мягко улыбается.
— Я тоже тебя люблю.
— Мы с тобой вместе навсегда, amore mia.
Она приподнимается на цыпочки и, прижимаясь к моим губам, произносит:
— Навсегда.
Когда я целую ее, испытывая голод, который способна вызвать во мне только она, я еще раз благодарю все святое за то, что оставил ее себе.
_______________________________
Габриэлла
Дамиано потребовалась целая неделя, чтобы наконец расслабиться, и я с гордостью могу сказать, что он даже надел джинсы и футболку.
Но он по-прежнему разгуливает с убийственным выражением лица, которое сильно пугает персонал отеля.
— Перестань хмуриться на всех, — шепчу я, пока мы идем по тропинке, ведущей к рынку.
В небольшом заливе стоят парусники, и летнее солнце ярко освещает нас.
— Я не хмурюсь, — бормочет он, как раз когда мимо нас проходят мама с малышом.
Бедный малыш смотрит на Дамиано, и его нижняя губа начинает дрожать. Затем он кричит маме, чтобы та взяла его на руки.
— Ты заставляешь детей плакать, — говорю я, хлопая его по руке, затем замечаю плавучую палубу, на которой загорают морские котики. — О боже! Смотри. Морские котики.