Бог возмездия (ЛП)

— Карло? — Слышу я испуганный голос мамы.
Я слышу, как со стороны кладовой падают коробки, и быстро открываю дверь.
Видя, как мама пытается встать, откинув коробки с кофе и сахаром, облегчение охватывает меня с такой силой, что я едва могу дышать.
— Мама! — Хватаю я ее и, вытащив из кладовой, крепко обнимаю, прижимая к себе. — Слава Богу.
— Мне очень жаль. Я ничего не могла поделать, — начинает плакать она, и ее тело сильно дрожит от пережитого шока.
Я смотрю на Карло и вижу, как он укладывает тетю Грету обратно, а затем проводит рукой по ее щеке.
— Мы найдем виновных и отомстим, — шепчет он ей, а затем выдыхает сквозь боль: — Господи, ма.
Я веду маму к Карло, и ненавижу, что мне приходится говорить эти слова:
— Тетя Грета погибла. Побудь с Карло, пока я проверю остальную часть особняка.
Мама всхлипывает, осторожно опускаясь на пол. Ее рука натыкается на руку Карло, затем она обнимает его.
— Мне так жаль, — плачет она. — Caro Dio. Никакого предупреждения не было.
В воздухе витает горе, когда я подхожу к двери. Но прежде чем я успеваю уйти, слышу голос мамы:
— Габриэлла! Кажется, они забрали ее. Я не могла расслышать всего, но когда они спросили, где я, она сказала им, что она миссис Фалько. После этого все стихло.
Ужас пронзает меня, когда мама подтверждает то, о чем я уже и так догадался.
Пока я стою между кухней и фойе, мой взгляд скользит по всем разрушениям и телам.
Достав телефон из кармана, я набираю номер Дарио.
— Я в тридцати минутах езды, — отвечает он.
Я слышу рев его R8, когда он разгоняет спортивный автомобиль до предела.
— Кто-то напал и похитил Габриэллу. Включи систему распознавания лиц и ищи их по всему гребаному земному шару.
— Сделаю.
Я завершаю разговор и смотрю на маму и Карло, которые оплакивают потерю тети Греты.
Я отодвигаю все потрясения и горе на задний план, и в моей душе разгорается смертельная жажда мести.
— Вставай, — приказываю я. — У нас есть работа.
Глава 35
Габриэлла
Мое тело дергается, когда я прихожу в сознание. Плечи напрягаются, а веревка впивается в запястья, когда я снова дергаюсь от того, что меня поднимают.
Головная боль начинает пульсировать в висках, и когда я приоткрываю глаза, то вижу под собой бетонный пол.
Черт.
Воспоминания о нападении проносятся в моей голове.
Я помню, как особняк содрогался от громких взрывов.
Гибель Херардо.
Как тетя Грета хватала ртом воздух.
Тетя Грета.
Dio, надеюсь, она выживет после ранения.
Я поднимаю голову и, увидев двух мужчин в одной комнате со мной, меня охватывает ужас.
Один из них закрепляет веревку так, чтобы она удерживала меня в воздухе.
Туфли исчезли, а платье-карандаш, высоко задралось на бедрах.
Черт.
— Она очнулась, — бормочет один из мужчин. — Позовите босса.
Босса?
Мой разум начинает лихорадочно соображать, но в голове все еще мелькают воспоминания о нападении. Я также беспокоюсь о том, что будет дальше.
Надеюсь, с мамой все в порядке.
Может, Дамиано узнал о нападении и успел вовремя добраться до нее.
Дамиано.
Внезапно в комнату входит Стефано, и мое сердце почти перестает биться.
Это его голос я слышала по рации. Dio.
Он останавливается в паре футов и просто оглядывает меня с головы до ног. Затем его лицо медленно расплывается в улыбке.
— Миссис Фалько, — усмехается он. — Когда ты вышла замуж?
Я вздергиваю подбородок и смотрю ему в глаза.
— Вчера.
Одна из его бровей приподнимается.
— Должно быть, мое приглашение затерялось по почте.
— Тебя не приглашали, — выдавливаю я слова сквозь стиснутые зубы.
Не могу поверить, что он напал на нас.
— Почему? — Спрашиваю я.
— А почему бы и нет, — усмехается он. — Дамиано не единственный, в чьих жилах течет кровь Фалько. — Черты его лица напрягаются от гнева. — Я старше. Я слишком долго наблюдал, как он управляет Коза Нострой. Сидеть во главе стола — мое право по рождению.
Я качаю головой.
— Дамиано — Capo dei Capi.
 
— Ненадолго, — шипит Стефано. — Как только он умрет, я займу его место.
В какой реальности живет этот человек?
— Четверо других капо этого не допустят, — возражаю я.
Стефано подходит ближе ко мне, и я чувствую его дыхание на своем лице.
— У них не останется другого выхода, кроме как присоединиться ко мне, когда я убью Дамиано.
Dio. Он сумасшедший?
Сейчас уже не восьмидесятые, когда можно было убить Capo dei Capi и захватить власть в семье.
Я видела, как близки пять капо.
— Удачи, — бормочу я. — Она тебе понадобится.
Он усмехается.
— Нет, Габриэлла, она понадобится тебе.
Черт.
Он подает сигнал своим людям, и я вижу, как они подносят камеру ближе. Они кладут ее на металлический стол, и загорается красная лампочка.
Нет.
Я начинаю натягивать веревки, но от этого они только глубже врезаются в мои запястья.
Стефано поворачивается к своим людям и приказывает:
— Филиппо, сними с нее платье.
Нет, нет, нет, нет, нет!
Когда я снова начинаю сопротивляться, мое тело раскачивается, и один из мужчин хватает меня.
Мужчина, которого Стефано назвал Филиппо, подходит ближе и, используя ножницы, начинает разрезать мое платье от подола вверх.
Услышав, как Стефано заливается смехом, я прекращаю борьбу. Глубоко вздохнув, я смотрю в одну точку на стене.
Ты не будешь плакать.
Ты не будешь умолять.
Ты жена Дамиано. Не проявляй никаких эмоций перед ними.
Ткань срывается с моего тела, и, оставшись в одном нижнем белье, я продолжаю повторять эти слова про себя.
То, что тебя не убивает, делает тебя сильнее.
Ты — Габриэлла Фалько. Жена Capo dei Capi.
Они не сломят тебя.
Стефано берет лист бумаги формата А4, и я успеваю мельком разглядеть написанные на нем слова, прежде чем он подходит ближе ко мне.
Отступи, или она умрет.
Когда Филиппо берет в руки какой-то пистолет, меня охватывает ужас, и я крепче сжимаю челюсти.
Dio.
Дыхание учащается, когда Стефано прижимает лист бумаги к моему животу.
Филиппо прижимает пистолет к бумаге, и я готовлюсь к сильной боли, но чувствую лишь щипок, словно мне делают укол.
Я медленно выдыхаю с облегчением.
— Пришли запись мне, — приказывает Стефано и выходит из комнаты.
И это все?
Мой взгляд останавливается на Филиппо, и я смотрю, как он работает на ноутбуке. Камера по-прежнему направлена на меня и ведет запись.
После ухода Стефано я начинаю чувствовать боль в плечах и запястьях от долгого пребывания в висячем положении.
Филиппо кивает другому мужчине, о котором я забыла, посылая ему молчаливый сигнал.
Мужчины не насмехаются надо мной и не проявляют никаких эмоций, и почему-то это беспокоит меня еще больше.
Что теперь будет?
Я слышу, как мужчина заходит мне за спину, и вдруг чувствую острую боль, отчего мое тело бьется в жестоких конвульсиях. Каждый мускул сводит ужасной судорогой.
Боль проходит так же быстро, как и началась, и я плотно сжимаю губы, снова уставившись в стену и пытаясь дышать, несмотря на шок от удара током.
— Еще раз, — приказывает Филиппо.
Dio. Нет!
Что бы они ни использовали, это касается моей спины, и мышцы мгновенно напрягаются, а боль пронизывает все тело.
Мне тяжело дышать, и на четвертом ударе я издаю мучительный звук, о котором тут же жалею. Я не хочу показывать какие-либо эмоции перед этими людьми.
— Еще раз, — бормочет Филиппо.
То, что тебя не убивает, делает тебя сильнее.
Мое тело сильно вздрагивает от электрических разрядов. Когда они прекращаются, я не могу поднять голову и отчаянно пытаюсь набрать воздуха в легкие.