Бог возмездия (ЛП)
— Для меня это в новинку, — объясняет он.
— Что? — шепчу я.
— Просыпаться рядом с женщиной. — Он смотрит мне в глаза. — Я привык спать один.
Мои брови взлетают вверх.
— Ты никогда раньше не спал рядом с женщиной?
Он качает головой и, ложась обратно, испускает глубокий вздох.
От осознания того, что я первая женщина, которая спит в его постели, по моему лицу расплывается улыбка.
Я поворачиваю голову, и когда мой взгляд падает на часы на прикроватной тумбочке, замечаю, что уже больше десяти утра. Я вскакиваю с кровати и бегу в гардеробную Дамиано, чтобы взять первую попавшуюся рубашку.
Надеюсь, Марта еще не заходила в мою спальню.
— Что ты делаешь? — спрашивает он.
— Мне нужно избавиться от постельного белья и смыть кровь, — говорю я, натягивая рубашку.
— Я уже позаботился об этом, — бормочет он.
Удивленная до глубины души, я останавливаюсь и, моргая, смотрю на него.
— Ты убрался в моей комнате?
Он кивает и похлопывает по месту, где я спала.
— Возвращайся в постель.
Когда я заползаю на матрас, он обнимает меня и прижимает к себе.
— Я не хотел, чтобы кто-нибудь видел твою девственную кровь. Это только для моих глаз, — объясняет он.
Черт, этот мужчина ужасный собственник.
И все же мое сердце тает.
Мое тело расслабляется, и я колеблюсь, прежде чем положить руку ему на грудь.
Мой взгляд скользит по его золотистой коже, мускулам, которые выглядят так, будто были вырезаны на нем, и его огромным размерам.
Все в нем пугает. И выглядит он весьма внушительно.
Он слишком агрессивен. Слишком властный. Слишком нетерпеливый. Слишком привлекательный. Слишком могущественный.
Перечислять можно бесконечно, но в итоге он мой.
— Сними рубашку, — приказывает он, вырывая меня из мыслей.
Я сажусь, и хотя чувствую себя немного неловко, делаю то, что мне говорят.
Он принимает более удобную позу, подкладывая под спину подушку.
Когда я бросаю рубашку на покрывало, его руки хватают меня за бедра, и он притягивает меня к себе. Я вынуждена сесть верхом на Дамиано, и в таком положении мы оказываемся лицом к лицу.
Я чувствую, как его твердый член приближается к чувствительной ложбинке между моих ног.
— Дай мне посмотреть на тебя, — бормочет он.
Его взгляд опускается к моей груди, и когда я чувствую, как его член еще больше твердеет подо мной, у меня внизу живота нарастает напряжение.
Руки Дамиано поднимаются выше, и когда его ладони накрывают мою грудь, по моему телу пробегает дрожь.
Его взгляд скользит по моему лицу, а затем он сосредотачивается на том, как его пальцы массируют мою грудь и соски.
От этого напряжение у меня внизу живота становится намного сильнее, и, желая прикоснуться к нему, я прижимаю руку к его прессу.
Мои губы приоткрываются, когда кончики пальцев касаются твердых бугорков, и когда он наклоняется вперед и втягивает в рот один из моих сосков, с моих губ срывается стон.
Я никогда не знала, что близость с мужчиной может быть такой приятной. Я всегда боялась этого или, по крайней мере, беспокоилась о том, что мне придется заниматься сексом с мужчиной, за которого меня заставят выйти замуж.
Пока Дамиано посасывает и покусывает мои соски, чередуя груди, я обхватываю одной рукой его шею, в то время как другой сжимаю его бицепс.
Прежде чем я понимаю, что делаю, мои бедра двигаются, и мне начинает не хватать его члена.
Дамиано отпускает мой сосок, и его глаза останавливаются на моем лице, после чего он спрашивает:
— Как ты себя чувствуешь?
Нежной, но отчаянно нуждающаяся в том удовольствии, которое он подарил мне прошлой ночью.
Не желая лгать, я уклоняюсь от ответа на его вопрос и говорю:
— Я хочу тебя.
Его глаза прищуриваются, когда он смотрит на меня.
— Как ты себя чувствуешь, Габриэлла?
— Немного нежной, — бормочу я недовольным тоном, потому что интимный момент исчезает со скоростью света.
Разочарование переполняет мою грудь.
Дамиано наклоняет голову, уголок его рта приподнимается, и я хмурюсь, увидев горячую ухмылку на его лице.
— Моей женщине нужен мой член, — говорит он, и в его голосе звучит удовлетворение.
Он наклоняется ближе, и его губы касаются моего подбородка. Приблизившись к моему уху, он рычит:
— Оседлай мой член, mia regina.
Он обхватывает мои бедра, и когда показывает мне, как нужно тереться о его твердый член, мое тело содрогается от мощной волны мурашек.
— Господи, неужели моему маленькому огоньку так нужен оргазм?
Я киваю и, крепче обхватив его шею, прижимаюсь к его губам, когда мои бедра начинают извиваться. Я отчаянно трусь своей киской о его член, массируя свой клитор.
Я целую Дамиано так же, как он целовал меня, но я не могу долго контролировать себя. Он хватает меня за волосы и оттягивает голову назад. Когда мое горло открывается для него, а бедра двигаются все быстрее и быстрее, мои губы приоткрываются, когда из меня вырываются судорожные вздохи.
Его темный взгляд обжигает меня, пока я продолжаю скакать на нем, отчаянно желая испытать то же удовольствие, что и прошлой ночью.
Моя спина выгибается, и я хватаюсь за его предплечье. В следующую секунду экстаз охватывает мое тело.
Когда я чувствую, как Дамиано дергается подо мной, я убираю его руку со своих волос и смотрю вниз. Вид того, как он кончает себе на живот, усиливает мое наслаждение, и я издаю горловой стон.
Caro Dio. Смотреть, как он кончает, чертовски возбуждает.
Я замедляю движения, и когда оргазм затихает, Дамиано проводит пальцем по своей сперме.
Когда он подносит палец к моему рту, я смотрю ему в глаза.
Резким тоном он требует:
— Открой.
Мои губы приоткрываются, и его палец проникает в мой рот. Я высасываю его сперму, удивляясь ее солоноватому, мужественному и слегка горьковатому вкусу.
Выражение его лица становится все мрачнее, пока он не становится похож на безжалостного капо, который забрал меня у родителей.
Медленно он вынимает палец из моего рта.
Я поднимаю руки к его подбородку, и его темная щетина царапает мои ладони.
Наклонившись вперед, я нежно целую его в губы, а затем спрашиваю:
— Почему ты выглядишь сердитым?
— Ненавижу отсутствие контроля, — ворчит он.
— Ты чувствуешь, что сейчас не можешь себя контролировать? — Я снова целую его в губы, надеясь успокоить его пыл.
— Не сейчас, когда ты голая сидишь на моем члене.
Отстранившись, я встречаюсь с ним взглядом. Постепенно выражение его лица смягчается, и, склонив голову, он просто долго смотрит на меня.
— О чем думаешь? — Шепчу я.
— Мне нужно идти на работу, но все, что я хочу делать, — это смотреть на тебя.
От его слов мой губы кривятся в улыбке, а в животе урчит.
— Полагаю, мне придется отпустить тебя, чтобы ты могла поесть, — бормочет он, поднимая меня со своих колен. — А мне нужно вернуться к работе.
Он встает с кровати, и мой взгляд задерживается на его чертовски горячей заднице, когда он идет в ванную.
Я встаю и беру рубашку, которая была на мне раньше. Надев ее, я смотрю на закрытую дверь ванной.
Услышав шум воды в душе, я выхожу из апартаментов Дамиано и быстро иду к себе.
Глава 24
Дамиано
Одетый в черные брюки-карго, рубашку с длинными рукавами, пальто и ботинки, я прячу свой Glock за спину и выхожу из комнаты.
Когда я спускаюсь по лестнице на первый этаж, мой телефон начинает жужжать как сумасшедший.
Я достаю устройство из кармана и, нахмурившись, отвечаю:
— Что?
— Отель горит! — кричит Эмилио; на заднем плане слышен вой сирен.
Гнев взрывается в моей груди, а пальцы крепко сжимают телефон.
— Блять, — бормочу я. — Я уже еду. Карло! — Мой голос разносится по фойе.
Он выбегает из гостиной моей матери.
— Что?
— Отель горит, мать твою, — сообщаю я ему, направляясь к французским дверям. Выйдя на веранду, я бормочу: — Тебе придется взять на себя управление вертолетом.