Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)

Домой я прибыл в бодром настроении, плотно поужинал со своими боевыми товарищами, которые за день хорошо отоспались и привели себя в порядок, а тут как раз и бывший комбат в гости зашёл, да не один, а со своей молодой супругой, между прочим троюродной племянницей Симаковастаршего. Жена Ерёменко вместе с Марьяной отправились наверх, а мы впятером продолжили пиршество и почти до самой полуночи вспоминали наше славное военное прошлое.
  
 Глава 5 
  
 Кубанская Конфедерация. Краснодар. 
  
 20.04.2062 
  
Подготовка к предстоящему походу торгового обоза за границы кубанских земель отнимала практически всё свободное время. И это хорошо ещё, что благодаря крыше в СБ мне везде был зелёный свет, а то сам я такое дело попросту не потянул бы, по крайней мере сейчас, не имея никакого опыта и работая только на энтузиазме.
Первая же проблема, которая образовалась, – грузовые повозки. Ранее, когда я служил в гвардии и почти всегда передвигался на автотранспорте, не задумывался о том, сколько может стоить обычная телега или хорошая тягловая лошадь, способная весь день с краткими перерывами тянуть по плохой дороге груз. А теперь пришлось коснуться и этой стороны жизни. Что тут сделаешь, нормального автотранспорта не хватает, и это факт. На днях посмотрел статистику и был удивлён – только пять процентов перевозок по стране осуществляется автомобилями, ещё пять – по морю, сорок процентов тянет на себе железная дорога, а пятьдесят процентов вытягивают лошадки. Такая вот не очень весёлая реальность, и с каждым годом роль лошади в жизни нашего общества возрастает всё больше.
Итак, обычная и добротная повозка на резиновом ходу, сделанная хорошим мастером за месяц, оценивалась в три золотых конфа, и ещё столько же стоила приученная к хомуту тягловая лошадь. Всего нам требовалось двадцать подобных повозок грузоподъемностью в полтонны каждая и сорок тягловых животных. И в довесок к ним – два десятка верховых лошадок по пять золотых за голову. Итого получалось двести восемьдесят монет, не считая сбруи, подков, сёдел, походной кузницы и всякой необходимой в дороге ремонтной мелочи. Худобедно, а четыре сотни отстегни и забудь, что они у тебя были.
Ладно, деньги не самое важное, всё окупится, и Ерёменко спонсирует, главная проблема – дефицит грузовых повозок, которые уже были заказаны другими купцами на полгода вперёд. И пришлось по такому вопросу беспокоить полковника. Тот отреагировал мгновенно, и проблема была решена. Однако парочка купчиков средней руки, у которых я изпод носа заказ увёл, зубик на меня всё же наточили. Ну да ничего, какнибудь переживу их недовольство, хотя заводить врагов среди купцов не хотелось.
Прошло три недели, и основа обоза, его материальнотехническая часть, была подготовлена. За это же время было нанято пятнадцать возниц и по моим пригласительным письмам пришло ещё двенадцать бывших гвардейцев. Так сложилась человеческая составляющая каравана, и сейчас люди находились в посёлке Пашковском, в том самом месте, где некогда формировался наш Кавказский экспедиционный корпус. В чистом поле стояли палатки, конюшня и сарай, то, что осталось после нашего отбытия в горы. Порядок поддерживался как в воинской части – караул, дневальные и дежурный. Личный состав был постоянно занят делом, а увольнительные – строго по распорядку. Народ у нас подобрался неглупый, коечто в жизни повидавший, и понимали, что намечается далеко не увеселительная прогулка, так что люди готовились основательно и большую часть дня проводили на полигоне.
Как только возник этот лагерь, через неделю в него подтянулись воины капитана Астахова, десять отличных бойцов спецназа СБ. Вместе с ними прибыло и вооружение для личного состава, и надо сказать, что безопасники не пожадничали. В нашем обозе должно было быть сорок четыре человека, и на это количество людей СБ выделила пять пулемётов ПК, два РПК, тридцать АКМ и десять гладкоствольных карабинов 12го калибра. Плюс к этому большое количество патронов, пара сотен ручных гранат и десять мин ОЗМ72. Это то, что от щедрот своих нам дали власти, а уж что мы сами понабрали, это для души. Ничего сверхъестественного, в основном личное оружие, пара снайперских винтовок и дополнительно полсотни мин с фабрики Егора Черносвита, так сказать, братский подгон боевым товарищам.
Только разобрались с транспортом, личным составом и его вооружением, как возник второй вопрос. Нам следовало определиться, каким путём двигаться на Харьков, и здесь было два варианта. Один из них – морем, из Новороссийска до Таганрога, там разгрузка, и через Матвеев Курган и Снежное – выход на трассу Е40, которая шла от Ростова до Харькова. Этот путь я отверг сразу. Слишком много волокиты, и возникают трудности при транспортировке, хотя был плюс – нам не требовалось проходить через Донское Царство и платить пошлины тамошним властям. Другой вариант, он же и основной, – доставка лошадей и повозок железной дорогой до Батайска, разгрузка, полная и окончательная подготовка обоза и выдвижение на Новочеркасск. После чего через Новошахтинск выход на ту же самую трассу Е40. В этом случае мы привлекали к себе внимание донских таможенников и властей, но этот путь был наиболее безопасен и сокращал время путешествия на несколько суток. Неделю определялись с дорогой, и когда решились, то вновь пришлось подключать к решению наших вопросов Ерёменко. Всё бы ничего, но железнодорожники заломили за транспортировку имущества и лошадей такую цену, что волосы дыбом вставали. Впрочем, с СБ не спорят, и сказанные полковником Ерёменко заветные слова «государственное дело» вновь решили все проблемы.
Вроде бы порядок: люди есть, с транспортом решено, путь выбран, собирайся себе потихоньку, снаряжайся и отправляйся в дорогу. Но не тутто было. Мы – купеческий караван и официально двигаемся с чисто коммерческой целью, а значит, необходимо то, чем собираемся торговать. Что ценно в местах, которые за времена чумы и хаоса несколько одичали? Вопрос простой, и ответ на него несложный – то, что не могут произвести технологически отставшие и слабозаселённые анклавы. То есть оружие и боеприпасы, взрывчатка и топливо, техника и лекарства, крепкое и очищенное спиртное, табак, соль и сахар.
Из двадцати наших повозок, каждая из которых, как я уже говорил, могла перевезти полтонны груза, под товар выделялось восемнадцать, то есть надо было взять девять тонн чегото полезного. Техника и топливо отпадали сразу – нет нормальных дорог, и этот товар запрещён к вывозу. Лекарства весят немного, но они и у нас – дефицит, и единственное место, где их производят, – это небольшой полукустарный заводик в Анапе. Поэтому всё, что смогли добыть, – это немного анальгина и пенициллина. Та же самая ситуация с табаком – он есть, но распределялся только через государство, и нам удалось достать всего полтысячи пачек самого дешёвого курева. Следующий груз – соль и сахар, с этим товаром проблем не было. Две тонны сахарарафинада было закуплено в Лабинске и полтонны соли – в районе Шедокского месторождения, которое совсем недавно стали разрабатывать всерьёз. Цены были вполне приемлемые, и на этом можно было получить очень неплохую прибыль.
Остальное свободное пространство планировалось забить патронами 7.62 и 5.45 к автомату Калашникова, а как довесок – боеприпасами к пистолету Макарова. На территории бывшей Российской Федерации и незалежной неньки Украины это сейчас самый ходовой и дефицитный товар. Советская власть запасла много, стоит это признать, но потомки поистратили практически всё, так что оружие есть, а стрелять из него особо нечем, и доходит до того, что за пределами Конфедерации, Дона и Трабзона патроны идут наравне с золотом как денежное средство и твёрдая валюта.
Итак, мне требовалась крупная партия боеприпасов. Всё должно было пройти ровно и гладко: я прихожу в КОФ и как акционер предприятия со скидкой в пять процентов делаю оптовую закупку товара. Мне и нужното немного, всего шестьсот тысяч патронов. Однако, когда после полудня я появился в конторе КОФа, мне отказали и отговорились тем, что на складах пусто. Враньё чистейшей воды, так как справки о наличии необходимых мне боеприпасов я наводил заранее и прекрасно знал, что товар имеется. В свете этого отказ выглядел странно, но спорить я не стал и, оставив решение этой проблемы на завтра, покинул контору КОФа и вышел на улицу.