Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)
– Интересно рассказываешь. А откуда ты всё это знаешь?
– У меня дядька в Четвёртом гвардейском батальоне долгое время служил, пока ему во время рейда на ПримороАхтарск ногу не оторвало. Пока он был жив, многое мне порассказал, чего большинство граждан и знать не знает.
– Слушай, так куда мы завтра направимся?
– База нашего батальона находится в станице Павловской на границе с землями «беспределов». У нас работа такая будет – бродить по лесам и кончать всяких уродов, которые в Конфедерацию лезут.
– И почему именно мы этим будем заниматься?
– Эээ, – протянул Стас, – видать, что ты из лесов своих выбирался нечасто. Ладно, слушай. Каждый гвардейский батальон имеет свою особую специализацию, а получилось так опять же с Эпохи Хаоса. Первый батальон возник из Седьмой воздушнодесантной дивизии, которая в Новороссийске базировалась, они – штурмовики. Второй появился на основе артбригады и некоторого количества мотострелков из Майкопа. Они занимаются обороной и стерегут покой столицы. Третий – это сборная солянка из моряков Черноморского флота. Сам понимаешь, вся охрана нашего побережья на них висит. Это подразделение иногда ещё флотилией называют, хотя у них только пара военных кораблей на ходу, а основа личного состава – морские пехотинцы. Наконец, наш Четвёртый батальон – это всё, что осталось от Десятой бригады спецназа ГРУ, которая в Молькино квартировала.
– Никогда про такой населённый пункт не слышал, где это?
– Это там, где сейчас Саратовские болота. Слыхал про такие?
– Кто же из местных про них не знает? Знаю, бывал там. Мы со старостой туда за лекарственными травами ездили, скупали их у болотников.
– Вот, в самом центре этих болот и был военный городок нашего батальона. Когда наступил Хаос, ирригационные системы сдохли, а вода из Краснодарского водохранилища те места и подтопила. Тогдашний комбриг Ерёменкостарший поднял людей, заправил всю технику остатками горючего, загрузил боеприпасов, сколько смог увезти, да и покинул часть. С тех пор у Четвёртого гвардейского постоянного пункта дислокации нет, где работа, там и дом.
– Стас, так я не пойму, мы батальон или бригада?
– Батальон, но очень большой. Всё зависит от того, что себе комбат может позволить. Это, конечно, тайна, – он понизил голос, – но небольшая. Батальон – это только название, на деле, как дядя говорил, в нашей части около тысячи только солдат, не считая иждивенцев.
– Много, во всём Горячем Ключе сейчас, насколько мне известно, не больше пятнадцати тысяч человек проживает, и это районный центр.
– Да, многовато, – согласился Стас, – поэтому чиновники и не хотят усиления нашего подразделения. Наш «покупатель», Ерёменкомладший, здесь уже пятый день сидит, а только нас семерых и набрал, хотя имеет предписание на пятьдесят человек. По городу заранее прошлись народные стражники и всех семейных предупредили, чтоб никто в военный комиссариат не вздумал прийти. Вот поэтому только такие, как мы, которым деваться некуда или терять нечего, и подписали контракт.
– Надо же, – удивился я, – самые настоящие интриги.
– Ха, а ты думал? Конечно, большая часть моих измышлений ими и останется, но глаза есть, а соображалка работает, так что выводы надо делать из всего, мало ли, что и где пригодится.
Пока мы вели разговор, очнулся Домовой, который нелепо, как лягушка, захлопал ладонями по полу и открыл глаза. Я приподнялся и слегка толкнул его ногой в бок.
– Ты как?
– Нормально, – ответил он, встряхивая головой.
– Проблема исчерпана?
– Да, всё путём. – Голос Домового был спокоен, но глаза его полыхнули такой затаённой злобой, что мне было ясно одно: проблема никуда не делась.
Вор отправился смыть с лица слюну, а Стас кивнул ему вслед:
– Сейчас он на тебя не рыпнется, ему из города свалить надо, но в будущем будь настороже.
– Непременно.
День прошёл, обед и ужин ничем не отличались от завтрака, и спать я ложился с таким же пустым желудком, с каким встал поутру. Однако мой новый товарищ, я говорю про Стаса, фамилия которого, кстати, была Иноков, заверил меня, что в части с продовольствием будет получше, и, успокоенный его уверениями, с надеждой на светлое будущее я лёг спать. Завтра меня ожидала первая поездка на поезде, и к такому знаменательному событию необходимо было подготовиться основательно, то есть выспаться.
Глава 3
Кубанская Конфедерация. Станица Павловская
21.11.2056
На следующее утро на железнодорожной станции города Горячий Ключ мы погрузились в обшарпанный плацкартный вагон, разделённый на несколько отсеков, который прицепили к составу, идущему в столицу с грузом строевого леса. Через пару часов его зацепил старый допотопный паровозик, работающий на угле, поезд дёрнулся, и всё, туту, привет, дорога, прощай, родина.
Паровозик нещадно чадил чёрным дымом, наш состав шёл по новой ветке в обход Саратовских болот. Я сидел у окна, от которого постоянно сквозило, и наблюдал окрестные пейзажи. По большому счёту смотреть было не на что, кругом болота и лес, то же самое я мог видеть и дома. Двигались мы не очень быстро и в столице должны были оказаться уже поздней ночью. Попробовал поспать, так не спится, холодно, и я перешёл в соседний отсек, где майор Ерёменко достал из своего рюкзака какойто продолговатый пластиковый предмет, вытянул из него металлический штырь, нажал кнопочку, и из коробочки послышалась музыка.
Едрить того налево, это же радиоприёмник, самый что ни есть настоящий. Вот это я понимаю, вот это цивилизация. Сколько читал про такой приборчик, а видел впервые. Интересно, сколько же он стоит, в любом случае совсем не дешёво, и даже мне понятно, что этот прибор сделан ещё до пришествия Чёрного Трёхлетия. Все наши новобранцы, за исключением Домового, который после вчерашнего разбора держался отдельно от всех, собрались в плотную кучку и слушали радио, которое ловило передачу столичной вещательной станции.
– Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте, дорогие граждане Конфедерации! – радостно затараторил далёкий от нас диктор. – С вами снова я, Жора Путёвый, и вы слушаете первое информационноразвлекательное радио «Голос Столицы». Наш девиз: «Нет формализму!» На часах десять часов утра, а значит, пришло время новостного блока. Напомню вам о нашем спонсоре, и он неизменен – Краснодарская оружейная фабрика братьев Семёновых. Купи ствол и спи спокойно! Так говорят наши оружейники, и они, вне всякого сомнения, правы. Итак, новости. Самая основная на сегодня новость – прибытие в столицу официального посольства из Содружества Горских Народов. Для тех, кто не в теме, напомню, что это те самые «индейцы», которые выжили на территории Кавказа во время Эпохи Хаоса. Уцелело их немного, слишком сильно и жестоко они резали друг друга все минувшие годы, а потому, чтобы выжить, пять лет назад им пришлось забыть все старые обиды и распри и объединиться в единый народ. – Ведущий усмехнулся и продолжил: – А кто не захотел объединяться, тот сейчас на рынках Трабзона с колодкой на шее стоит. Мы попросили начальника дипломатической службы нашего государства, советника первого ранга Бродова Илью Александровича прокомментировать это событие.
В эфире послышался приятный женский голосок, наверняка принадлежавший молодой девушке:
– Илья Александрович, здравствуйте.
– Здравствуйте, – ответил девушке густой басок, и мне сразу же представился солидный чиновник в костюме и при галстуке.
– Вы можете рассказать нашим радиослушателям, с чем прибыло посольство?
– Только для вас и вашей радиостанции, Мариночка. Вы всё узнаете первыми. Представители Горского Содружества желают закупить у нас многие так необходимые им товары и установить постоянную связь между нашими государствами.
– Это не союз?
– Ни в коем случае. Это обычное налаживание добрососедских взаимоотношений. Мы им – оружие, продовольствие и одежду, а они нам – продукты нефтепереработки и ценные металлы.