Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)
Пока ехали, имелась возможность посмотреть на поселение, возникшее на руинах военноморской базы, и я отметил для себя, что немцы устроились неплохо. В полукилометре от порта линия долговременных железобетонных укреплений с орудиями, тяжелыми пулеметами, рвами, колючей проволокой и заросшими по периметру полями, не иначе, как заминированными. Кругом порядок. В городке одноэтажные жилые дома ровными рядками стоят, на полянке невдалеке крупные коровы пасутся, а гдето невдалеке гудит одинокий дизельгенератор. Все просто замечательно, практически идиллия, вот только людей маловато, не больше двухсот человек встретил.
– Приехали, – сказал Иоган, останавливая повозку возле неприметного продолговатого здания из красного кирпича.
Спустившись на землю, вместе с переводчиком Лидке, мы двинулись за Лашем, который уверенно направился в здание. Вошли внутрь. Пусто. Открылась неприметная боковая дверь и обнаружилась лестница вниз. Мы начали спуск и через десяток пролетов оказались в таком месте, в каком я никогда досель не бывал. Перед нами был еле освещенный электрическими лампами огромный подземный гараж с высокими потолками и просторными помещениями, которые были просто таки забиты военной техникой. Танки, боевые машины пехоты, бронетранспортеры, бронеавтомобили, самоходные артиллерийские установки, грузовики, легковые автомашины и мотоциклы.
Огромнейшее и несметное богатство находилось в собственности всего лишь одного не самого многочисленного анклава и, невольно, я подумал о том, что какая там, на хрен, торговля. Самый лучший вариант отобрать все у немцев и присвоить себе. Жадность обуяла меня, но я сдержался, все же между мной и Лашем имеется предварительная договоренность, а это дорогого стоит. Видимо, Иоган понял, о чем я думаю, и сказал:
– Предупреждаю сразу. Это хранилище, как и другие, заминировано. И тот, кто пожелает нас ограбить, получит только груду хлама и развалины.
– Понимаю.
Я согласно кивнул подбородком, отметил, что это хранилище не единственное, и подошел к мощному тяжелому танку, который был покрыт толстым слоем серой пыли, но все равно выглядел чрезвычайно грозно. Моя ладонь прошлась по холодной броне спящего бронированного монстра, и Лаш пояснил:
– Это танк «Леопард2». Великолепная машина. Двенадцати цилиндровый дизельный двигатель MB 873 мощностью полторы тысячи лошадиных сил. Масса шестьдесят две тонны. Мощная броня, хорошая скорость, лазерный прицелдальномер со встроенным тепловизором, гладкоствольная пушка калибром сто двадцать миллиметров и пулемет MG 3.
– И много у вас таких?
– Лгать не стану, всего полтора десятка.
– Всего!? Хм. Скромничаете? Ладно, дело ваше. – От танка я направился дальше и остановился напротив серьезной самоходки, которая мне напомнила российскую «МстаС». – А это что за чудо военного гения?
– Бронированная самоходная гаубица «модель 2000». Масса пятьдесят пять тонн. Калибр орудия 155мм. Два пулемета MG 3. Скорость сорок пять километров в час, а по шоссе до шестидесяти разгоняется. Дальность стрельбы до пятидесяти километров. Мощность движка тысяча лошадей.
– И что здесь, в этом хранилище, еще имеется?
– БМП «Мардер», БТРы М113 и «Боксер», бронемашины «Орел4» и «ДингоАТФ», буксируемые 155мм гаубицы и грузовики «Унимаг».
– Серьезно, – протянул я и спросил: – Что вы за это хотите? Топливо? Сырье? Станки? Рабов? Помощи воинами?
Иоган прошелся по проходу, и сказал:
– Корабли, господин Мечников. Нам нужны корабли. Детей Океана давно уже нет, бояться их не стоит, а без морских судов нам не выжить. Понятно, что вы сможете поставлять нам все, что необходимо. Но нас это не устраивает. Поэтому, мы предлагаем вам артиллерию, бронетехнику и стрелковое вооружение, сразу же большую партию. Взамен, дайте нам два морских судна на ходу и некоторый запас топлива.
– Где же я вам корабли возьму?
– А это не наша проблема. Желаете получить танки и большие пушки с боекомплектами, будьте добры подсуетиться, и предоставить нашему анклаву то, что мы хотим.
Лаш замолчал, а я на минуту задумался и, обмозговав речь немца, сказал:
– Допустим, я добуду корабли, и мы более конкретно обговорим размен бронетехники и вооружений на морские суда. Как вы собираетесь использовать эти корабли? Вы хотите стать моими конкурентами в торговле или думаете о чемто большем?
– До вас нам далеко, за вами огромное государство стоит, а суда станут нашим последним шансом на спасение женщин и детей общины. Когда дикари навалятся на Вильгельмсхафен огромными ордами, мы можем не устоять, тут вы правы, и нам даже танки с пушками не помогут, слишком мало у нас людей, среди которых лишь пара десятков способна разобраться в сложном механизме боевых машин. И если мы потерпим поражение, то нам придется эмигрировать, а корабли дадут нам мобильность, и возможность, подобно вам, свободно ходить по морям и океану. Конечно же, мы будем торговать с другими анклавами, но мир большой, а мы ничего не производим, и наши товары быстро закончатся, так что мы для вас не конкуренты. Что толку в накопленных нами богатствах, если нас смогут уничтожить? Поэтому за корабли мы дадим очень хорошую цену, королевскую.
– И куда вы хотите отправиться, если вас прижмут к морю?
– Туда, где нет дикарей, и где мы могли бы жить свободно.
– В Европе таких мест не найдется. Везде неоварвары кочуют, а где их нет, там существуют устоявшиеся общины, которые не будут вам рады. В Британии англичане с «маврами» и индийцами бьются. В Скандинавии викинги, которые ваш анклав под себя подомнут. А на территории бывшей Российской Федерации русские и потомки россиян, для которых вы чужие люди.
– А Средиземноморье и побережье Африки?
– Тоже все занято. В Марокко местные воинственные племена, в Алжире султан, на Сицилии провинциальные кланы, а дальше владения Альянса или мелких самозванных царьков.
– Значит, ничего подходящего нет?
– Я таких мест просто не знаю. Наверняка, они есть, но их надо искать, ведь не обследована Ирландия, Гренландия, Исландия, Канарские острова и северные районы России, – помедлив, я спросил: – А вы не желаете стать гражданами Кубанской Конфедерации?
– Нет! – отрезал Лаш. – Наша община сама по себе. Даже вассалитет для нас неприемлем.
– Дело ваше, – сказал я, и направился на выход.
На поверхности мы остановились, и продолжили разговор. Глава германской общины прислонился к борту своей повозки и спросил:
– Итак, господин Мечников, мы можем на вас рассчитывать?
– Да, но вы сами понимаете, что корабли так быстро не найти. И если я, вдруг, их всетаки обнаружу и решу выставить на продажу, то мне придется обратить особое внимание на ваше условие, что они должны быть на ходу, а это обязательный ремонт судов. В общем, это дело не на один месяц и не на два, а как бы на год.
– Ничего, мы никуда не торопимся. Бронетехника стояла в этом хранилище больше тридцати лет, и еще постоит, – довольный Лаш протянул ко мне раскрытую ладонь. – Значит, по рукам?
– По рукам, – согласился я, пожимая его крепкую ладонь. – Однако, это договор на потом, а что вы скажите относительно дня сегодняшнего? Будем торговать или разбежимся?
– Торговать будем, ведь нам необходимы топливо и медикаменты, за которые мы можем расплатиться стрелковым вооружением и автомашинами. И этот разговор я предлагаю провести в порту.
– Я не против.
Снова мы погрузились в повозку. Вернулись в порт, и уже здесь все пошло так, как я себе представлял изначально. Германская община взяла тысячу тонн дизельного топлива, половину моего запаса из танкера, и некоторое количество медикаментов и продовольствия. За это я получил коечто из запасов германской морской пехоты. В частности двести отличнейших автоматических винтовок HK G36, десять легких пулеметов MG 4, десять снайперских винтовок G22, три военных джипа «GreenLander» и около четырехсот тысяч патронов. Стоит отметить, что все полученное нами вооружение и автомашины находились в отличнейшем состоянии, и это все я оставлю у себя в форте, хорошие стволы и транспорт мне еще очень пригодятся.