Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)

– Этого, – я ткнул пальцем в Питерсона, – с собой берем. Остальных прикончить.
Отвернувшись от пленных, судьба которых была решена, я направился в заросли за замком. Гдето неподалеку большая часть бирмингемского элитного спецбата бродит, и если принять с ними бой на их условиях, одними раненными мы не отделаемся. Нам такие расклады не нужны. Цель операции достигнута, Тедди Аргайл цел, и информация для Краснодара будет, так что пора хватать богатые трофеи и уходить.
  
 Глава 19 
  
 Британия. Остров Уайт. 22.01.2067 
  
Совсем тихо и незаметно покинуть некогда славный остров Британия не получилось. Идущие по нашему следу «мавры» были замечены в тот момент, когда рота Серого и люди из Армии Рединга уже поднимались на борт «Ветрогона». В двух километрах от порта, на развалинах Портсмута, появились небольшие разведывательные группы негров и, не желая принимать боя, я приказал отчаливать и уходить к острову Уайт, расположенному через небольшой проливчик напротив места нашей стоянки. Фрегат отвалился от потрепанной причальной стенки и развернулся на выход из залива принца Руперта. Напоследок, наши артиллерийские установки выпустили по паре снарядов в сторону бирмингемцев, которые спешили в порт, и когото даже накрыли.
В море, пока отмылись и поужинали, наступила поздняя ночь. Напрягать ни себя, ни воинов, я не стал, после боя было необходимо дать отдых телу и расслабиться, а вот с утра пораньше, нарезал всем задачи, и вызвал к себе Тедди Аргайла. Рыжий переводчик, явился незамедлительно и вытянулся передо мной по стойке «смирно». С чего бы? Не иначе, ему хорошую психологическую накачку сделали и проинструктировали как себя вести, и теперь он уважение проявляет, чтобы потом попросить о помощи для своих соотечественников. Знакомые подходы, на Кавказе на них вдоволь насмотрелся. Сначала, ляля, мирдружбажвачка, а потом раз, помоги братан, рискни своими людьми за красивые слова, а мы потом тебе в спину плюнем. Нет уж, на пустышку я вестись не стану, сразу ни на что не соглашусь, а сначала послушаю Тедди, разберусь с посланием Дойла, и только затем приму окончательное решение, помогать мне британцам или не стоит.
– Не тянись, – сказал я Аргайлу, и указал на кресло напротив себя. – Садись, говорить будем.
Тедди сел, встряхнул рыжими кудрями, и положил на стол пакет.
– Это личное послание Квентина Дойла, и мой перевод.
– Потом посмотрю, – я отодвинул бумаги в сторону. – Пока просто пообщаемся. Рассказывай все по порядку. Как в Рединг прошел? Как тебя встретили? И чем там люди живут? Излагай все кратко и постарайся обойтись без лишних словес, меня интересуют только факты.
Под моим пристальным взглядом, Аргайл, еле заметно, поежился, и начал:
– Когда меня высадили в Портсмуте, я решил, что наобум лезть не стану, а сначала присмотрюсь, что здесь и как. Поэтому к Редингу двигался осторожно, прошел через Винчестер, и прежде чем к людям выйти, несколько дней за ними наблюдал. В итоге, я был обнаружен, и меня повязали. Доставили в Рединг и там допросили, а когда убедились в том, что я не шпион бирмингемцев или индийцев из Кембриджа, то очень мне обрадовались. Люди в общине Рединга добрые, войны не желают и хотят жить в мире. Но на них постоянно потомки мигрантов из Африки и Азии накатываются, и за последние несколько лет, они почти заблокировали этот анклав. Командир, надо им помочь.
– Я тебе уже не командир, ты сам по себе, а насчет помощи, говорить пока рано. Продолжаем. Сколько людей анклаве?
– Точно не знаю, но не меньше сорока тысяч, последние свободные люди в Британии.
– Какую территорию они держат?
– Сам Рединг, точнее сказать, его руины, и несколько укрепленных деревень вокруг.
– Что с производственными мощностями?
– Плохо. Имеется пара мастерских и это все. Электричества и топлива нет, а без этого ничего не сделать. Правда, построено несколько ветряков, но их хватает только на подзарядку аккумуляторных батарей для радиостанций и обеспечение светом нескольких домов.
– С продовольствием, я так понимаю, тоже беда?
– Да. Поля за пределами Рединга подвергаются постоянным нападениям «мавров». И все, что у местных жителей есть, это огороды в пределах городских укреплений и несколько голов крупного рогатого скота, на этом все. Люди голодают, особенно, дети, которые не получают полноценного питания.
– А с оружием у них как?
Переводчик понурился и втянул голову в плечи.
– Все, что у местных бойцов в руках, это либо трофеи, либо старые запасы, которых практически не осталось. Пару лет назад они начали порох производить и делать самодельные ручные бомбы да самопалы, но против минометов и пулеметов, которые у «мавров» в большом количестве, такое вооружение не играет.
– Как сражения проходят?
– Каждую весну и осень, герцог Бирмингемский Магомед собирает армию, и она переходит в наступление на Рединг. Почти всегда, «мавры» действуют одни, но иногда и индийцев подключают. Местные жители стараются встретить врага на подступах, в районе одной из своих укрепленных деревень. Затем, армии противников рассыпаются на более мелкие отряды, и они рубятся до тех пор, пока у когонибудь окончательно силы не иссякнут. Это продолжается, примерно, месяц, редко, два, и противники расходятся. Бирмингемцы собирают новое войско, а белые люди хоронят своих бойцов и восстанавливают укрепления.
– Понятно. Какое впечатление на тебя Дойл произвел?
– Это великий человек. В молодости он был рабом на мануфактуре в Ноттингеме. Смог бежать, нашел свободных людей, возглавил их, и семь лет назад, когда бирмингемцы перешли в наступление на юг, он создал Армию Рединга и с тех пор является ее главнокомандующим. Его неоднократно пытались убить, но Длань Господа прикрывает его. Он настоящий лидер, который поведет белых людей…
– Длань, говоришь, – прервал я Аргайла. – А ведь раньше, ты ни во что не верил, по крайней мере, не показывал это.
– Командир, я многое понял и стал совершенно другим человеком.
– Это заметно, – мои пальцы отбили дробь на столешнице, и я продолжил расспрашивать переводчика: – Как думаешь, сколько продержится Армия Рединга, без помощи из вне?
– Год, может быть, два.
– А как же слова Дойла о том, что враг будет разбит?
– Лидер не может показать своей слабости и неуверенности в завтрашнем дне, и он говорит то, что должен, а не то, что думает.
– Здравое суждение, Тедди. Значит, еще не полностью тебе мозг местечковой идеологией забили.
– Мне…
Аргайл хотел вскочить с места и возразить, но я взмахнул ладонью.
– Сидеть! Отвечать по существу!
– Ясно, – пробурчал переводчик.
– Какую помощь хочет получить Дойл?
– В первую очередь оружие, боеприпасы, топливо и продовольствие. Кроме того, нужны воины, готовые сражаться на стороне Дойла во имя освобождения острова от «мавров».
– Чем лидер Рединга может расплатиться?
– Золотом и драгоценностями, оплата для каждого воина вдвое больше, чем ставка в твоем отряде. Больше у них ничего нет, ни техники, ни оборудования, ни кораблей, ни самолетов.
– Угу. Что по остальным анклавам в Британии известно?
– Кроме Армии Рединга имеются еще три общины, каждая из которых сильнее и многочисленней белых людей. Самая дальняя, располагается гдето в Шотландии, вроде бы, сплошь арабы и полукровки всякие. Про них мало что знаю, слышал только, что за ними Эдинбург и Глазго. Ближе, находятся Кембриджская община из индийцев и пакистанцев, которые смешались и стали одним целым. Их до пятидесяти тысяч вместе с рабами, и помимо Кембриджа, они держат за собой Норвич и Колчестер. Сильны тем, что имеют большие запасы вооружений, оставшихся от британской армии и стараются никого не пропускать в Лондон, где они ведут мародерку. Третий анклав, самый сильный и опасный, это Герцогство Бирмингемское, почти двести пятьдесят тысяч «мавров» и больше ста тысяч белых рабов. У них есть электричество и топливо, совсем немного, но у других его совсем нет. Сейчас в Бирмингеме восстанавливаются заводы, а в Ноттингеме новые мануфактуры строятся. Помимо этого негры владеют Ливерпулем, Честером и Петерборо. А перед тем, как мне отбыть к вам на встречу, поступила информация, что «мавры» добрались до Йорка, а в КингстонеапонХалле обнаружены и ремонтируются морские суда.