Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)
Все вместе мы прошлись по стройке. Я проинспектировал работы по расчистке портовых развалин, посмотрел на временные жилища для наших людей и укрепления по периметру форта. Все, что я видел, мне нравилось. Объем работ был проделан большой, а с прибытием людей с Балтики, темпы строительства серьезно возрастут, и уже к зиме мы будем под крышами и за оборонительными стенами. Дела идут хорошо и, конечно же, я не мог не похвалить Зубкова, который завязал с пьянками, перестал синячить и вспомнил о том, что он управленец каких поискать. Ясно, что если бы не стоял у Ярослава Петровича за спиной постоянный надсмотрщик, в лице Крепыша, он бы сорвался. А так, пока он под присмотром, инженер делает свою работу на совесть, жизнью вполне доволен и подсчитывает золото, которое по окончании трехлетнего контракта увезет на родину. Пусть мечтает, мы его здесь оженим, и останется он в форте на постоянной основе.
Оставив довольного Зубкова на стройке, мы посетили склады, и Панкратов показал добытое за минувшие месяцы при мародерках добро. Ничего такого, чтобы сильно привлекло мое внимания, я не заметил. В основном, у кладовщика скопились самые разные образцы древнего стрелкового оружия, позеленевшие от времени боеприпасы, некоторое количество электроники и небольшое количество золотых и серебряных украшений. Не велика добыча, но это не оттого, что места здесь для поиска бедные, а по той причине, что рота Крепыша и ГОП занимались охраной форта, обустройством огневых позиций и разведывательными рейдами по району. Ну, ничего, сейчас сил у нас прибавилось. Рота Серого возьмет на себя охрану Передового. Сицилийцы Джузеппе Патти начнут закрепляться в развалинах деревушек, вокруг бывшего ЛаФерроля. А воины Крепыша, полсотни питерских поисковиковповольников и десяток местных парней начнут настоящую работу по добыче трофеев. Тото будет дело.
Со складов, вместе со своим лейтенантом, я двинулся на командный пункт форта, все так же расположенный в здании военноморского училища. И когда мы остались с Крепышом вдвоем, я сказал:
– Хвались братка.
Крепыш раскинул передо мной карту ЛаФерроля с окрестностями и начал доклад:
– Мне хвалиться особо нечем. Чтото серьезное сделать простонапросто сил не хватало. Хотя, разведку проводил и обследовал весь участок побережья до гор Ксистраль на востоке и развалин городка Карбалло за ЛаКоруньей на западе. Все места старых заводов, фабрик и складов отмечены на картах автономного сообщества Галисия.
Посмотрев на карту и представив, сколько воинам Крепыша пришлось пройти, я уважительно произнес:
– Серьезная работа проделана. Альмугавар вам помогал?
– Кстати, насчет него. Мужик хваткий и помощь оказывает огромнейшую. Местность вокруг знает превосходно, а на мотопараплане своем, чудеса творит. Чуть погода спокойная, он уже в небесах, окрестности патрулирует и ведет разведку местности.
– Значит, мотопараплан, вещь хорошая?
– Еще бы. Нам бы таких десяток, и жизнь себе конкретно облегчили бы. Мечник, может быть, есть вариант этот вопрос както через Краснодар решить?
– Попробовать можно. В этом летательном аппарате, ничего сложного нет. Парашют пошить особым кроем, и движок к нему притулить надежный, а остальные мелочи мы в своих мастерских прекрасно сделаем. И здесь даже не надо Еременко беспокоить или еще когото из начальства. Дам инструкции Калуге. Он закажет все, что требуется, на столичных предприятиях, и при первом же удобном случае, мы получим части мотопараплана.
– Хорошо бы.
– Что по опорным пунктам в городе и вокруг?
Крепыш снова сосредоточился на карте и карандашом стал отмечать места будущих наблюдательных пунктов и острогов.
– На выходе из бухты ЛаФерроль, в самом узком ее месте, были две маленькие деревушки: СанФелипе и ЛаПальма. Там необходимо поставить минометные батареи и по взводу сицилийцев посадить.
– Так, продолжай.
– Вокруг самой бухты еще четыре деревеньки. В случае, если противник нас обойдет, дикари там местные, или ктото из океанских просторов на берег десантируется, из них можно вести обстрел порта и наших кораблей. Значит, по любому, придется держать эти развалины под наблюдением. Это еще полтора взвода, половина сицилийцы, половина местные испанцы, и в каждом таком месте надо по крепкому доту поставить.
– Одобряю.
– Теперь сам город. Он слишком большой, весь его не удержать и на развалинах много ключевых точек. Пока, я вел патрулирование основных проспектов Кастела и Тринчейра, и держал дозоры в самых высоких сохранившихся зданиях. Теперь, предлагаю оборудовать стационарные наблюдательные посты. Места для этого следующие: выезды из города по автострадам N651, AC116, AP9, гостиница «Ферроль», отель «Валенсия» и площадь «ЭльКаудильо». На большее сил не хватит.
– Неплохо все разметил, – согласился я с лейтенантом. – Однако есть один минус.
– Какой?
Лицо Крепыша немного покраснело. Было заметно, что своей работой он доволен и, видимо, посчитал, что гдето допустил серьезную промашку. Но мое замечание касалась не обороны.
– Братка, я тебя инструктировал насчет того, что мы пришли в эти края навсегда?
– Да, – лейтенант согласно мотнул головой.
– Тогда что это за чепуха с местными названиями? Пора все под себя переделывать.
– А как?
– Просто. – Взяв из рук Крепыша карандаш, я начал черкать по карте. – Была площадь «ЭльКаудильо», стала имени Николая Симакова. Деревушка СанФелипе, отныне зовется Выселки. ЛаПальма будет Новоселово. В общем, в таком вот духе. До чего дотянулись и под контроль взяли, сразу переименовываем, а то привыкнем к чужому, да так оно и останется. Понял?
– Понял. Это единственное замечание?
– Да, больше пока не имеется.
– Хух! – выдохнул лейтенант. – Я уж думал, чтото серьезное…
– А это не шутки, братка. Я серьезен, как никогда. Именно из таких мелочей, как переделка всего местного житьябытья и названий поселков, и состоит успех нашей колонизаторской миссии. Пострелять всех врагов и удержать форпост мы сможем, но помимо этого, надо врасти в эту землю корнями. Представь, проходят годы, а ты своим внукам рассказываешь, как оборонял деревню Мугардос, и они тебя не понимают. А когда речь идет о Новокубанске, рассказ воспринимается четко и ясно. Вот к чему надо стремиться самим и испанцев со всеми остальными подстраивать.
– Уяснил.
– Вот и ладно. Теперь, давай перейдем к приоритетным целям. Где можно хороший хабар добыть?
– А нам это к спеху?
– Да. Семенов вчера сообщал, что средиземноморцы между собой собираются мирные переговоры провести и если они договорятся о прекращении огня и разделе территорий, то «Аделаида» вернется на родину. Попутно и мы свое добро переправим. Времени есть месяц, так что давай думать.
– Нууу, – почесав затылок, протянул Крепыш. – Сведения от местных жителей я собирал, все как ты и приказал. И вариантов имеется много, а вот какой лучше, сказать сложно. Дай время, я свои записи переворошу, карты посмотрю и тогда ответ дам.
– Хорошо, – хлопнув боевого товарища по плечу, я добавил: – Ты отлично поработал, братка, растешь как командир и руководитель. В форте порядок, народ не распустился и дисциплина на уровне. Молодца!
Лейтенант хотел чтото сказать, но я подмигнул ему и вышел. Следующее место, которое я хотел посетить, это расположение нашей радиостанции. Идти далеко не надо, поднялся этажом выше, и оказываешься в вотчине Кума. Кстати сказать, он тоже не отдыхает, навестил семью, и уже на своем основном боевом посту, подчиненным мозги вкручивает.
– Связь с «Гибралтаром» есть?
Входя в просторную комнату связистов, спросил я Кума.
– Да, – ответил он.
– Время, без пяти минут шесть, у меня разговор с Семеновым.
– Сейчас обеспечим.
Радисты защелкали тумблерами на аппаратуре, подкрутили настройки, проверили связь, дали мне понять, что можно разговаривать и, взяв в руки микрофон, я сказал:
– Это Мечник! Семенов, ты уже на месте?
– Привет Саня, слышу тебя хорошо. Рад тому, что ты еще жив и здоров, – услышал я в ответ бодрый голос каперанга.