Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)
Впрочем, думки это в голове, а на слух мне оставалось только развести руками и сказать дежурную фразу:
– Так уж сложилось.
– Дада.
Ульф со мной согласился и, как бы случайно, бросил взгляд на телохранителей за моей спиной, которые держали в руках подарки, и были готовы выложить их перед троном. Намек был истолкован верно и, щелкнув пальцами, я произнес:
– Перед тем, как перейти к делам, позволь ярл преподнести тебе небольшие и скромные дары.
Арсен и Мустафа моментально выступили вперед и раскинули на деревянном полу, который еле слышно пах приятным сосновым ароматом и лаком, два ковра, в каждом из которых лежали мои подношения для местного властителя. В одном были десять красивых, сделанных под старину, кинжала, и десять понтовитых, с позолоченными рукоятками револьверов системы Нагана в открытых кобурах. В другом лежали патроны для пистолетов, тысяча штук в аккуратных коробках.
На этом все. Излишне баловать будущего торгового партнера не стоило. И как показали дальнейшие события, я поступил совершенно верно. Даже такая мелочь, как десяток огнестрелов с приличным боезапасом, это уже немало, так что мой дар был встречен благосклонно.
Глядя на новенькие «наганы», ярл масляно улыбнулся, чтото прошептал своим сотоварищам у трона и, кивнув на боковой выход из донжона, предложил мне прогуляться. Я согласился, и вскоре, оставшись вдвоем, мы прохаживались по стене замка, смотрели на порт, где стояли у причалов «Ветрогон» и «Аделаида», и осторожно прощупывали один другого.
– Скажи честно, майор, – после получасового обмена общими фразами, ярл все же решил вывести меня на откровенный разговор, – зачем ты к нам прибыл?
– Так ведь уже сказал, – сделав самое простецкое выражение лица, ответил я, – торговля и налаживание связей.
– И разведка?
– Это как водится, сами должны понимать, что без этого никак.
– И все же ты чтото недоговариваешь…
– Нет, я честен. От вас таиться, нужды нет.
– Допустим, что это так. Что ты хочешь купить и что выставишь на продажу?
– Продавать стану пистолеты и автоматические винтовки, боеприпасы, выпивку, табак, сахар и немного нефтепродуктов. А покупать буду здоровых и сильных мужиков, которые могут хорошо работать. Помимо этого меня интересует техника, транспорт, трактора и электроника.
– Сколько тебе нужно рабов?
– Минимум пятьсот человек.
– Много… Ты прибыл вовремя, у нас завтра ежемесячная ярмарка начинается, но больше чем двести, может быть, двести пятьдесят работяг ты не купишь. Насчет остального, не знаю. Товар у тебя, конечно ходовой и ценный, но с техникой и электроникой у нас не густо, почти все во время гражданской войны изничтожили.
– Ничего, я еще в Калининград зайду и у гатчинцев побываю, там людей и технику доберу. – Помедлив, теперь уже я обратился к Ульфу с вопросом: – Ярл, хочу спросить. А почему вы в Северное море не выходите, а только по Балтийскому гуляете?
– Что тебе сказать, майор. Ты человек в наших краях новый, и ничего не знаешь о Людях Океана.
– Как же, в Испании о них слышал. Говорят, приходили огромным флотом к берегам, все взрывали, и людей в рабство забирали.
– Вотвот, они самые. У нас они тоже побывали, и такие бесчинства творили, что мой отец перед смертью, призвал меня к себе и заставил поклясться никогда не выходить в Северное море. У других воинов, кто родителей имел, та же самая история. Не знаю, почему старики так боялись и до сих пор боятся Людей Океана, они молчали и молчат. А сам я их не видел, и только в молодости издалека на развалины Бергена смотрел.
– Это в Норвегии?
– Да.
– И что Берген?
– Там выжженное ядерным оружием ровное каменное плато, которое ночами светится.
– Ярл, а что про Людей Океана известно, кроме того, что их стоит бояться?
– Практически ничего. Никто не знает, сколько у них кораблей и где их стоянки, а драккары ослушников, которые выходили в Северное море, пропадали без вести, и назад ни один не вернулся. В итоге, всеми владетелями Швеции, Норвегии, Дании и Герцогства Альта было решено запретить проход через Зунд. Одно время, даже думали мин в проливе накидать, но както не сложилось. Ярлы, кто этим должен был заниматься, перегрызлись между собой, и во время боя склад с минами взорвали.
– И когда мой фрегат появился в районе Мальме, ваши воины решили, что мы Люди Океана?
– Нет, – Ульф отрицательно помотал головой. – Люди Океана первым делом обстреляли бы берег из орудий, а ты мирно шел, и рыбаков в проливе не трогал. Наши воины подумали, что ты беспечный заблудившийся дурак, и поэтому решили взять тебя на абордаж.
– Странно, Эрик Тролль мне про Людей Океана ничего не рассказывал.
– Молодой потому что. Для него это всего лишь детская страшилка, которую старики своим внукам на ночь рассказывают. Ужасный флот океанцев уже двадцать девять лет не видели и люди стали о них забывать.
– Долгий срок, – протянул я.
– Нормальный, – поморщился Ульф. Затем, по приятельски хлопнув меня по плечу и, кивнув сторону порта, он сказал: – К черту этих Людей Океана. Пошли к тебе на корабль, покажешь мне его, а заодно и некоторые торговые дела обговорим. А то, знаешь ли, меня огнестрельное оружие сильно привлекает. Понимаю, что все ты мне не продашь. Но хотя бы часть автоматов и пистолетов я бы хотел получить. И давай это обговорим сейчас, пока ярмарка не началась, и мои соседиярлы сюда как стая воронов не слетелись.
– Без проблем! Вперед!
Мы с ярлом сошли со стены и спустились к морю. После этого с экскурсией прошлись по фрегату, а вечером в замке случилась такая грандиозная пьянка, какой у меня уже очень давно не было. И пока две разведгруппы десантной отрядной партии в полном составе, во главе со мной, и несколько моряков с «Ветрогона», квасили в жилище Ульфа и с местными викингами дружеские отношения налаживали, остальные бойцы отряда демонстративно заняли оборону в порту, а артиллерийские установки «Melara» нацелились на замок. Дружба и партнерство, это все хорошо. Но бдительности ослаблять нельзя, отряд находится на чужой территории, и остается только вспоминать слова бывалых мариманов, которые говорят: «Safety first», что значит, «Безопасность, прежде всего», и уяснить, что они правы.
Глава 9
Королевство Швеция. Охус. 22–23.07.2066
Начало ярмарки в Охусе я пропустил. Мучался жестким похмельем, лечился свежим местным пивом и корил себя за то, что вчера повелся на разводку Эрика Тролля в споре, кто больше выпьет. В итоге, я проиграл, и за это отдал викингу два ящика водки и две канистры питьевого спирта. Алкоголя не жаль и о проигрыше не сожалею, гулять, так гулять, а вот потерянного времени назад не вернешь, это факт. И я, в очередной раз, зарекся злоупотреблять таким коварным напитком как водка.
Впрочем, потерял я не очень много. Ярмарка в Охусе проходила восемьдесять раз в год, и каждый раз длилась минимум три дня. В первый день люди съезжались, распаковывались, приценивались к товарам своих соседей, и торговли в этот день, как таковой, не было. Все основные движения начинались на второй день, и заканчивались на третий. Так что моя временная отстраненность от дел ни на что не повлияла. Тем более что рядом со мной были помощники, ветераны, которые ходили еще в Дебальцево, куда мы водили конный торговый обоз, кстати сказать, тоже на ярмарку, и они, естественно, знали как вести дела и что нам требуется.
К вечеру мне стало легче, головные боли отпустили, мозг прояснился, и я собрал офицеров на малый совет, своего рода, подведение итогов нашего пребывания на скандинавском берегу.
Первым высказался командир БЧ4 и дал расклад о торговых сделках, которые нам завтра стоит провернуть:
– Людей мы купить сможем. Шведы регулярно ходят в морские походы к финнам, немцам и полякам. Ну, и между собой частенько дерутся. В итоге, живой товар имеется постоянно, и хотя его не так уж и много, но двести крепких мужиков, как и говорил ярл Ульф, мы купим. Расходы при этом будут незначительными, один «макаров» с боезапасом за одного человека, отличный бартер для любого купца, перепродающего хабар лихой дружины, вернувшейся из весеннего похода.