Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)

Три дня заседали региональные лидеры, и в итоге из всех остались только два кандидата на пост главы государства, Симаков и Белов, представители двух самых больших семей и зачинатели всего дела об объединении регионов в Кубанскую Конфедерацию. Силы были равны, оба имели примерно поровну власти, воинов и сторонников в других группировках. И в один из дней, когда выборщики и претенденты, так и не приняв окончательного решения, разъехались по своим лагерям, раскинутым вокруг разорённого и разгромленного Краснодара, Евгений Симаков до стоянки своих войск так и не добрался. Весь кортеж ейского главы был полностью уничтожен одной из банд мародёров, которая по непонятной причине вернулась в город. Банду догнали и изничтожили, между прочим, это сделала дружина Беловых, а на месте того боя, где был убит Симаковстарый, быстро подоспевшие на выручку гвардейцы нашего Четвёртого батальона, которыми командовал отец моего командира полковник Ерёменко, в живых обнаружили только одного человека. Вы догадались кого? Правильно, это был нынешний диктатор, а тогда всего лишь сын главы клана, двадцатипятилетний Николай Симаков.
  
Итак, первым президентом Конфедерации стал тогдашний глава семейства Беловых, а уцелевший Симаков, в бою прикрытый телом своего отца, с разбитой в хлам правой ногой и тремя сквозными ранениями отправился домой. Именно в то время он получил от Юрия Белова, своего ровесника, с которым не ладил на личной почве, как говорили, изза женщины, обидное прозвище Недобитая Хромоножка. Годы прошли, а наш диктатор, видимо, этого не забыл до сих пор.
Старший Белов правил в столице пять лет, многое смог сделать и, когда пришла пора покинуть пост президента, с удивлением увидел, что ему на смену готовится заступить выживший Николай Симаков. Что тогда происходило, даже Денис Ерёменко не смог узнать. Но между главами кланов вспыхнул конфликт, и как итог – кровная вражда. Беловы подтянули всех своих сторонников и заблокировали кандидатуру Николая на пост президента, а тот вступил в союз с Семёновыми, и главой государства стал лидер их клана Владимир.
Новый президент основал КОФ, реанимировал промышленность, расчистил город от большей части развалин, восстановил ТЭЦ, улучшил положение своей семьи и укрепил власть государственных законов Конфедерации. После чего в самом конце срока своего правления тихо скончался от сердечной недостаточности, а ему на смену, опять же при поддержке Симакова, пришёл Андрей Драгунов. Снова летели годы, страна укреплялась, а между кланами тихо шла тайная и невидимая война, и в 2049 году на дом Николая Симакова в Ейске было совершено нападение. Сам глава семейства в это время был вне своего особняка, находился с тремя старшими сыновьями на одном из заводов, так что не пострадал. Но во время боя погибла его жена и двое младших детей.
Официальная версия гласила, что, как всегда, работала дикая бандитская группировка, скрывшаяся от возмездия в ПримороАхтарской пиратской республике. Разбойников было не достать, по крайней мере на тот момент. Но кто были заказчики, будущий диктатор понимал очень хорошо и вскоре нанёс ответный удар. Спустя два месяца от рук неизвестного снайпера погиб старый Белов, первый президент Конфедерации, и один из его внуков. Беловы решили, что это уже слишком, и подняли против Ейска все свои дружины и территориальные войска, договорились с пиратами, да ещё и наёмников набрали под тысячу стволов. И быть бы кровавой бойне, но появился тогдашний глава государства Драгунов, да не один, а с тремя гвардейскими батальонами за спиной, войсками быстрого реагирования и территориалами из других регионов.
Все заинтересованные стороны сели за стол переговоров, и путём компромиссов и договоренностей мир между кланами был заключён. Дочь Юрия Белова выходила замуж за Геннадия Симакова, сам Николай должен был стать четвёртым президентом, а крайними во всех бедах и нападениях объявили примороахтарских пиратов. Так началась война против азовской вольницы, и спустя два года Николай Симаков стал главой государства. Что было потом, я уже знал, так как многие события происходили на моих глазах.
Президент стал диктатором. Бунт недовольных региональных лидеров был подавлен. А Беловы отстоялись в стороне, так как у них был свой резон. Им было обещано, что именно дети Геннадия Симакова, наполовину Беловы, унаследуют всю полноту власти после диктатора. Однако Гена надежд отца не оправдал, предал родное государство, сдал свой корпус врагам, а его дети в наследство от отца получили нехорошую репутацию и клеймо потенциальных предателей.
СлавяноКубанский клан вновь оказался на обочине. Но, видимо, Беловы чегото подобного и ожидали, так как особо не расстроились и сложившееся положение дел приняли как должное. И только Юрий, решивший, что его предали и обманули, всё ещё продолжал мутить воду. Братья и сёстры пытались образумить его, вот только он никого и слышать не хотел, и тогда семья отошла от него и заняла выжидательную позицию. И как знак того, что они не поддерживают намерений своего брата, его демонстративно покинули клановые дружинники, а из бизнеса опального Белова были выведены почти все капиталы других членов семьи. Так что теперь он был сам по себе. И хотя Юрий оставался членом клана, если он будет убит некими бандитами с большой дороги, то особо рыть землю и искать виновников никто не станет. Не то время, однако, чтобы враждовать с правителем, да и возможности уже не те. Крупный отряд наёмников в Конфедерацию не проведёшь, территориальные войска отобрали, а дружина в две сотни бойцов против всей государственной военной машины не играла. Правда, оставались киллеры и удары исподтишка, но для этого надо было иметь решимость бороться до конца и нужен был лидер, который заставит клан выйти на тропу войны. А старший из братьев Беловых, Максим, от природы был миролюбив и хотел только одного – жить без потрясений и растить своих внучат.
Такая вот несколько запутанная ситуация взаимоотношений двух кланов, между прочим самых крупных в Конфедерации, и если копать историю остальных, которые здесь шли мимоходом, то можно потратить на это треть своей жизни и постоянно находить для себя чтото новое. Впрочем, интерес интересом, а я узнал, что хотел. За Юрия Белова никто мстить не станет, но для этого нужен стрелочник, и благодаря агентуре всё того же вездесущего Дениса Ерёменко он вскоре был найден. Им оказался очень удачливый и чрезвычайно дерзкий разбойный атаман Хрипа. Отряд у него был небольшой, полтора десятка стволов, а базировался он гдето в районе Крымска. Против охраны Южной торговой Биржи в двадцать человек банда Хрипы ничто. Но это вопрос второстепенный, потому что брать логово Юрия Белова будут не разбойники, а мы, и сам преступный авторитет с его людьми был нам нужен только для прикрытия.
Неделю я обрабатывал информацию, готовил людей к проведению силовой операции и по новым картам нашего Генштаба изучал обстановку вокруг объекта – новостройки на окраине СлавянсканаКубани. Предварительный план имелся, и за эти дни он приобрёл реальные очертания. Дело оставалось за малым: узнать, когда состоится сходка заговорщиков, в основном всяких мелких подручников семьи Беловых, и выследить атамана Хрипу.
С первым вопросом разобрались быстро, съезд бунтовщиков планировался на тринадцатое декабря, а вот со вторым, поиском разбойников, пришлось повозиться, и атамана Хрипу с его отморозками удалось достать только десятого числа, за три дня до проведения акции. Этот лихой хлопец, оказавшийся совсем молодым парнем с вырванными ноздрями, беглый каторжник с Дона, прятался в лесу на берегу Варнавинского водохранилища. А разыскать его удалось, только заплатив хорошую взятку одному из территориальных правоохранителей из Крымска, некоему майору МВД Тофикову, по кличке Тофа, который прикрывал «лесных братьев» и имел долю с каждого разбойного налета.
В нападении должны были принять участие двадцать проверенных в деле гвардейцев и два десятка казаков, хороших пластунов. Всего набиралось сорок воинов, на молчание и верность которых я мог полностью рассчитывать. Для остальных наших воинов, остающихся на базе, занятия и тренировки продолжались по плану, а про убывающих бойцов было сказано, что в качестве поощрения они отправляются во внеочередной отпуск. Пришло время начинать работу, и после поимки Хрипы с его разбойниками, которых потихому спеленали пластуны Игнача, план вступил в третью фазу.