Кубанская конфедерация. Пенталогия (СИ)

– Нет, не сможем. Люди есть, но тебе подготовленные воины нужны, а таких только полсотни свободных наберём.
– Согласен, и это хорошо.
– Какие задачи наши хлопцы будут решать?
– Охрана торговых караванов и походы в дальние малоизученные земли за пределами нашего государства.
– Сколь платить будешь?
– Три золотых в месяц рядовому воину и четыре сержанту. Вооружение, питание, обмундирование, снаряжение, медицина и жильё – всё с меня.
  
– А не разоришься?
– Постараюсь, и для того, чтобы по миру не пойти, придётся очень немало потрудиться. Через неделю пришлю за вашими воинами машины, старшим над всеми, кто ко мне пойдёт, остаётся Игнач. – Я оглянулся на своего боевого товарища, и тот утвердительно кивнул, мол, понял. – Вам оставляю рацию и свои координаты, так что если вдруг возникнут трудности или вопросы, то я всегда на связи.
– Ишь ты, – покачал головой Кустов, – какой быстрый, приехал и всё решил.
– Подругому никак, время не ждёт, господа атаманы.
Разговор был окончен, местная законно избранная власть, обсуждая перспективы работы с моей компанией, отправилась к праздничным столам и меня за собой потянула. Хотел было сослаться на дела и быстренько слинять, но не вышло. Пришлось посидеть с атаманами, выпить чаркудругую перцовочки домашней, так сказать, за хорошее начинание нового дела, да закусить хорошо, чтобы не развезло. Мне сегодня ещё ехать, и надо быть в форме, хоть я и не за рулём. А то разбойников на наших окраинных дорогах всё ещё хватает, так что каждая поездка – это почти полноценная боевая операция.
Прошёл час, люди насытились, и когото пробило на песню, а может, так и было задумано. Самое время покинуть это гостеприимное и славное место, и, пока народ отдыхал, я направился к своим джипам, стоящим в полукилометре от кургана на дороге. Рядом со мной шёл Игнач и ещё пара наших бывших гвардейцев. Отдав казакам последние указания и передав запасную рацию, я распрощался с ними, и наша автоколонна двинулась в путь. Но не на запад, к Краснодару, как бы мне того хотелось, а на юговосток, через Кропоткин и Армавир к Невинномысску.
Раз уж собрался укомплектовать свой отряд, значит, так тому и быть, тем более что степные и горные бродяги со всего Ставрополья уже стягиваются в этот пограничный город на осеннезимний период, а мне и надото всего четыре десятка лихих парней набрать. Думаю, дня за три уложусь. Отряд будет собран и приступит к своим первым тренировкам. Осень пролетит быстро, и за ней придёт зима, а на весну уже столько планов, что только надо выбрать, где рискнуть головами и уцелеть. И не просто уцелеть, а ещё и в прибытке оказаться.
 Глава 15 
  
 Кубанская Конфедерация. Краснодар. 
  
 22.11.2062 
  
Дыхание спокойное и ровное, а каждое движение выверено и отточено до автоматизма. Во время тренировок тело работает само по себе, а разум занят своим. Кулаки молотят грушу, под моими мощными ударами она раскачивается из стороны в сторону и глухо отзывается своим кожаным, набитым песком туловищем. Удар кулаком, отскок и сразу же блок. Прямой удар ногой, вслед за ней следует локоть и снова кулак.
– Первый, второй и третий, – слышу я голос Филина, – на огневой рубеж.
Разминка окончена, и я глубоко вдохнул. Затем на мгновение замер, правый кулак вложил в левую ладонь, и выдох. Хорошо! Сразу вспомнились первые тренировки в родном батальоне, и если сейчас закрыть глаза, то можно представить себя снова на том полигоне, где меня, совсем ещё молодого паренька, шесть лет назад гонял сержант Филин, который сейчас, по старой памяти, проводит мастерклассы на базе моего отряда в Гвардейском. И что про него можно сказать? На данный момент он – преуспевающий купец и промышленник. Дело его отлажено чётко, а тут под боком база с такими же, как и он, бывшими гвардейцами, так что большую часть своего времени он проводит именно здесь.
Я покидаю зал для проведения занятий по рукопашному бою, выхожу в левую дверь и, пройдя коротким коридорчиком, оказываюсь в самых настоящих развалинах большого трёхэтажного дома. Это придумка Филина: чтобы не тратиться на обустройство нормального стрелкового тира, он решил, что под стрельбища прекрасно подойдут руины дома, вплотную примыкающие к казарме воинов отряда. Надо сказать, что эта затея себя уже показала во всей красе и была одной из самых удачных. Действительно, показатели бойцов за то время, что они тренируются здесь, оказались очень хороши. Поле полем, беготня беготнёй, а такая тренировка, когда воин перемещается по всему этому дому и отстреливает мишени, вносит в их подготовку разнообразие и даёт представление о ведении полноценного городского боя.
– Ну что, – возле стены стоит Егор Черносвит, для своих Филин, и кивает на стол с оружием, – может, помакедонски, с двух рук?
– Мне бы с одной справиться, а с двух – это не ко мне.
– Что возьмёшь?
– Давай АКС.
Поверх горки я надеваю разгрузку, беру автомат, к нему три магазина и выхожу на исходную позицию. Жду команду Филина, который засекает время и даёт отмашку:
– Пошёл!
В автомат – магазин, передергиваю затвор и, перепрыгивая груду красных кирпичей, влетаю в первое помещение. Перекат в сторону и короткая очередь в несколько патронов. Соломенная голова мишени отлетает в сторону, а я отталкиваюсь от одной стены и по узкой полоске пола перекатываюсь к другой, где и прячусь за груду какихто досок. Так и есть: Филин, хитрец, рядом с первым условным противником разместил второго. И если бы я рванулся дальше, то пришлось бы начать прохождение стрелковой полосы по новой. Снимаю и эту мишень, путь свободен, и двигаюсь дальше.
Продвижение вдоль стен, и обнаруживается очередная цель – разместившийся на стене снайпер. Тело действует привычно, рука нажимает на спуск, и короткая очередь снова разрывает окрестную тишину. Гдето слева и справа идут ещё два стрелка, и, пройдя четыре комнаты, мы встречаемся, и начинается работа тройкой. Поочередно прикрывая один другого, экономно расходуем боезапас, сшибаем одну мишень за другой, прочёсываем всё здание и проходим развалины насквозь.
На той стороне нас уже ожидает Филин, который смотрит на хронометр. И, утирая со лба пот, застилающий глаза, я спрашиваю его:
– Как результат?
– Неплохо, Мечник. Две минуты сорок три секунды. Но тренироваться надо больше, и один из твоих бойцов условно подорвался на растяжке.
– А у кого самые лучшие показатели?
– У наших гвардейцев, из тех, кто с самого начала в отряде. Средний результат две минуты тридцать пять секунд. – И, предваряя мой вопрос, он говорит об остальных бойцах: – С казаками тоже норма, что здесь, что в поле, что по рукопашке, немногим от ветеранов отстают. А вот наёмники и искатели приключений, которых ты со Ставрополья приволок, полный швах. Половину можно хоть сейчас отсеивать и не жалеть, слабенькие ребята и, как правило, специалисты в какойто одной и очень узкой области.
– Например?
– Долго рассказывать, но в общих чертах: есть хороший стрелок, а в остальном дурак дураком. Или наоборот: настоящий мечник и лучник, а пистолета опасается. Что с ними делать будешь?
– Ничего, натаскай их по максимуму, а по весне мы этих бойцов, кто в наш коллектив не вольётся, Каре передадим, когда к нему обоз с боеприпасами пойдёт. У Бурова этой зимой такие потери в личном составе ожидаются, что он перебирать не будет и возьмёт к себе любого, кто автомат хотя бы издали видел. Ладно, с личным составом разберёмся, а у меня к тебе рационализаторское предложение по прохождению этих развалин.
– Какое?
– Надо пороховые имитаторы сделать и использовать их вместо гранат.
– Это я и так знаю, на моём заводе их уже делают, так что через пару деньков все будет. – Филин потёр свою усыхающую левую руку, поморщился и добавил: – Блин! Чуть не забыл, тебе Ерёменко минут пять назад на телефон звонил и просил с ним на связь выйти.