Студентка по неосторожности, или факультет для избранных (СИ)

Ровно через два часа такой работы девочки перестали меня игнорировать, умоляли ответить согласием начальнику и взять их для комплекта с собой, лишь бы больше не убирать эту дрянь. Я чувствовала себя, наверно, чуть лучше, чем сокамерницы, ибо ещё не дошла до такого состояния – «готова на всё». 
Охранник, узрев наши муки, разрешил нам отдохнуть и выдал всем по пакету молока, который мы с жадностью выпили через специальный клапан. Однако его невероятная доброта не продлилась дольше пяти минут, через которые нас снова выгнали работать. 
К обеду, я уже действительно всерьёз размышляла о преимуществах положительного ответа на предложение Рината. В тот момент, когда девочки расставались с завтраком, я смотрела на небо и думала, может, надзиратель даст мне другую работу?! Именно тогда неровная поверхность красноватой земли под моими ногами задрожала и в пяти метрах от меня появилась гидра. Огромная склизкая противная черно-серая тварь. Она открыла свою пасть и издала непонятный, трудно улавливаемый низкочастотный звук, больно ударивший по ушам. После чего из земли вылезли ещё несколько тварей. Я вместе с девчонками и надзирателем, бегущим впереди нас, пыталась свалить как можно дальше. Вот только гидры оказались быстрее. Одна из них, оттолкнувшись от земли, перескочила вперёд и слопала надзирателя, несмотря на то, что он в неё стрелял. Хотя, может, именно это ей и не понравилось. Поэтому она решила съесть его первым. 
Я резко свернула вбок и побежала между гидрами, надеясь проскользнуть. Однако если от их зубов мне и удалось увернуться, то от яда, которым они плевались – нет. Вся левая сторона оказалась в нём. Ткань начала шипеть. Я на ходу сбрасывала её, пока гидры отвлеклись на более медлительных жертв. Первой из девчонок погибла Ирина, она запнулась о камень, второй Марго. 
Я видела, так как снимала плавившейся костюм, и поверьте, этого кошмара мне никогда не забыть. Всё, что происходило со мной во снах, в больнице, на суде и вообще всё… это просто мелкие неприятности, по сравнению с этим побоищем. Гидры спокойно грызли осуждённых, разрывая их на части, ещё живых. 
Меня выворачивало наизнанку, трясло от страха и адреналина. Но чёрта с два я сдохну здесь. Дома меня ждала семья, которой я пообещала вернуться. А ещё я отчаянно хотела жить. За несколько секунд избавилась от костюма, хотя для его одевания мне понадобилось минут двадцать, схватила за руку догнавшую меня Алису, и мы вместе побежали вперёд к машине. Отовсюду начали доноситься крики и выстрелы. Значит, напали не только на нас. 
И всё бы ничего, мы с Алисой почти добрались до машины, когда гидры снова окружили. Я отпустила руку девушки, и мы бросились в разные стороны. 
Однако эти твари разгадали наш манёвр, я услышала лишь хруст и сдавленный крик, когда поняла, что осталась одна. Я и четыре гидры, как раз каждой по кусочку! Внутри снова вспыхивала ярость и дикое желание жить. Не знаю каким образом, но я всё же смогла забраться в машину. Вот только ключи от неё остались у надзирателя, которого съели. Чёрт! Я бессильно опустила руки и прижалась лбом к рулю. Чёрт! Здесь же всё запаяно. А хотелось, как в старых фильмах взять, связать проводки и поехать в закат. 
Ага, мечтать не вредно! Гидры тоже не разделяли моего стремления смыться, у них-то по расписанию обед. Поэтому они начали грызть и катать машину, в которой сидела вкусная закуска. Благо на этот раз я пристегнулась, и меня не швыряло по салону. Всё, что мне оставалось – молиться. И я молилась! Судорожно сжимала ладони, призывала богов, ангелов и даже демонов! Вспоминала молитвы, которых никогда не знала и обещала быть самой послушной девочкой, если выживу. Не знаю, то ли бог меня услышал, так как орала я знатно, то ли просто везение, но прибыла помощь. В тот момент, когда внеземная форма жизни вскрывала машину, как консервную банку, и собиралась пообедать мной, в воздухе появились они – о-ерои. Здоровенные махины, чудо современного роботостроения. Они двигались так легко и одновременно смертоносно для врагов. Все движения отточены и выверены до миллиметра. 
 
Гидры сразу же отвлеклись от меня, сменили приоритеты и пошли на более крупную добычу. Я же, наконец, перестав орать, отстегнула ремень, выбралась из остатков машины, спряталась за камнем и оттуда наблюдала за сражением. 
Огромные механические боевые доспехи, которые казались мне громоздкими и неповоротливыми, двигались с такой лёгкостью и грацией, что даже балерины бы обзавидовались. И убийство парочки гидр для моих спасителей выглядело как разминка. Они явно бывали в передрягах гораздо хуже этой. 
Я внимательно следила затем, как серебристый о-ерой срубил голову последней гидре, и вышла из укрытия, размахивая руками. Хотела, чтобы меня спасли. Забрали с поля битвы. Очевидно, зря. Оказалось, позади меня гуляло ещё одно голодное инопланетное существо. Естественно, оно решило полакомиться мной и плюнуло в меня. Его яд попал мне на лопатки. Он моментально прожёг оставшееся на мне бельё. Спина горела огнём. Казалось, что с меня заживо сдирают кожу и пытаются добраться до костей. От удушливого запаха кислоты и собственной плоти тошнило. В голове всё помутилось, я упала на землю и взвыла не в силах выносить эти адские муки. Но несмотря на это, я продолжала наблюдать, как о-ерои уничтожают инопланетных монстров – гидр. Я всё ещё надеялась, что военные спасут меня. Поэтому продолжала ползти к ним, продолжала бороться за свою жизнь. Я как никогда хотела жить. Хотела вернуться домой, увидеть родных, окончить институт, выйти замуж и создать свою семью. Я слишком молода и пока просто не готова умереть. Я молилась, чтобы пилоты боевых доспехов заметили меня и помогли. Внутренний голос шептал: «Глупая. Забыла?! Ты преступница и всем плевать на тебя». Но тоненький, хрупкий и призрачный образ надежды шептал: «А вдруг у тебя есть шанс?! Вдруг они будут добры и милосердны?» 
Внезапно самый ближний серебристый доспех убил гидру, ранившую меня и остановился. Крыша кабины поднялась, и я увидела парня божественной красоты. Возможно, меня уже посещали предсмертные видения и это всего лишь игра воспалённого сознания, но я видела, как умопомрачительный красавчик спускается и бежит ко мне – грязной, умирающей от боли преступнице. 
Я не могла поверить, что этот голубоглазый блондин в серебристом костюме, чётко обрисовывающем весь внушительный рельеф мышц, бежал именно ко мне. Внезапно в метре от меня он застыл. Повёл носом, принюхиваясь и сделал маленький шажок ко мне. Его глаза широко распахнулись, и он покачал головой, будто не верил увиденному. 
– Помогите, – прохрипела я и протянула руку. 
Парень тут же подскочил, присел возле меня и открыл аптечку. Обхватил мою грязную содранную ладошку своей рукой, приподнял, понюхал и туже застегнул сумку с красным крестом. Пилот будто передумал меня спасать. 
– Терпи и оборачивайся! – потребовал что-то невразумительное он.
– Пожалуйста, помогите, – попросила я, не понимая, чего от меня хочет пилот. 
– Тебе нужно обернуться, тогда раны заживут! Давай. Ты же оборотень! Я чую твой запах. А мой нос ещё не подводил меня, – произнёс какую-то ересь блондин. 
Какой ещё оборот? Какой запах? Какой к чёрту оборотень, если я человек?! Похоже, парень не в себе ещё больше чем я. Сознание начинало ускользать, мои силы заканчивались, а единственной надеждой на спасение был этот умалишённый. А с виду здоровый. Говорила мне бабушка, внешность обманчива. 
Из последних сил я сама потянулась к аптечке. Уж обезболивающее там должен быть! Сама вколю себе, а то этого малахольного ничего не дождёшься. 
– Давай! Чего ты медлишь? – поторопил меня красавчик и отодвинул ногой аптечку. 
Я взвыла. У меня даже связно мыслить еле получалось не то что говорить. 
– Не можешь? – догадался этот гений. 
Я просто качнула головой, соглашаясь, и с губ слетел болезненный стон. Неужели он всё-таки спасёт меня? 
Теперь красавчик, кажется, смекнул и перестал требовать от меня невозможного. Быстро вколол мне что-то в плечо, подхватил мою изувеченную тушку на руки, запрыгнул в доспех и куда-то полетел приговаривая: